Завтрак

Стив хихикает. Он видит, как Баки разочарованно и обиженно смотрит на разбившееся о столешницу яйцо и переживает свой первый кулинарный крах. Зря он вчера выразил своё нежелание заботиться о себе – Стив решительно настаивал на том, чтобы Бак как можно больше времени чувствовал заботу и чужое присутствие. Эти предписания врачей весьма раздражали Джеймса, как, впрочем, и всё окружение башни Мстителей. Он чувствовал себя заложником под неусыпным надзором полоумных конвоиров, которые пялились на него с ожиданием вулканического всплеска безумия даже тогда, когда Зимний солдат всего лишь брал в руки столовые приборы. Это бесило. Они смотрели на него как на пещерного человека, который лишился возможности завоевать себе авторитет адекватного и разумного существа. Капитан же старался незаметно шикать на сокомандников, ревностно переключая и фиксируя внимание «пациента» только на себе. Звёздно-полосатая нянька досаждала Зимнему солдату больше всех. - Блять, - пробормотал Баки, выискивая тряпку поблизости. - Баки, - едва подавляя приступ смеха, сдерживался Стив, - спокойно. И не выражайся, пожалуйста. - Откуда ты знаешь, что я выразился, если ты не гу-гу по-русски? – огрызнулся Зимний солдат, сгребая какой-то тряпкой неудавшийся омлет в сторону раковины. - Наслушался от русских. В сорок третьем, да и… Наташа периодически очень бурно выражает свои эмоции в пылу битвы. Редко, но цветасто и метко. Тебе помочь? Капитан Америка видит с каким трудом другу удаются элементарные манипуляции с продуктами, что колбаса и хлеб нарезаны криво, что помидор был явно казнён раздражённой рукой как средневековый еретик инквизицией. У Джеймса после реабилитации не было самого главного для выздоровления качества – терпения к самому себе. Его приучили есть, спать, бодрствовать только тогда, когда это было нужно заказчику. Его раздёргали в разные стороны как куклу, с которой можно было делать всё, что пожелаешь. «Хайль Гидра!» - фиксация внимания, ещё несколько сотен «хайль Гидра» и шарнирный податливый убийца вращал конечностями, спускал курок, никогда не переспрашивал и не требовал. Бросался на любого, заслышав беззвучный манок кукловода. Его снабжали всем, что было необходимо: еда, витамины, биодобавки, энергетики, наркотики. Дающей руке было всё равно – ещё один запуск, ещё одно обнуление. Зимний солдат не был одноразовым черновиком, но кукловодам было по сути всё равно. Два поколения людей, использовавшие обученного пса, в тайне надеялись по шаблону настрогать таких как можно больше. Даже уникальность бионического протеза не смущала пользовательское отношение хозяев. Вены вспухли, потемнели, желудок был убит к чертям – вот в каком состоянии Зимний солдат попал к Мстителям. А сейчас Баки отчаянно пытался доказать свою независимость от чужой заботы и знаний, он противоречиво и яростно выбивал себе доверие и право на самостоятельность. Тони злобно обзывал его «подростком из сорок пятого», что, впрочем, было не далеко от истины. Тело Джеймса старело и изменялось, адаптировалось и приспосабливалось, а вот разум… Все его знания кроме отработанных до автоматизма боевых приёмов были искусственными. Что Гидра, что русские – все торопились вложить в голову не самыми гуманными методами знания, которые понадобятся шпиону, убийце, оперативнику, подрывнику, агенту. Из Барнса лепили многофункциональный набор для убийств. И этот набор мог решить какую угодно задачу в области стратегии и тактики, но, черт дери, не мог себе приготовить даже яичницу! Губы Баки плотно сжаты – сейчас либо снова потечет вереница ругательств, либо снова придется заменять пострадавшую столешницу. Бионический протез был скуп на эмоции, но всегда эффективен в их проявлении – одного удара по плоскости было достаточно, чтобы она разлетелась в щепки. Стив прикрыл глаза и громко протяжно выдохнул. Он осторожно стал за спиной Баки, вложил ему в руки нож и положил свою руку поверх его. Без комментариев и властного нажима, он помог другу аккуратно нарезать салат, огурец, и намазать масло на хлеб. Джеймс судорожно сглотнул, задержав на миг дыхание – перед его глазами творилась магия, а позади было теплое и надежное тело Стива. Его рука, сильная, с тонкими пальцами художника: направляла, вела, показывала. Редкое осторожное дыхание растекалось теплом по шее и плечу справа, а потом на него лёг мужественный подбородок. Зимний солдат ощутил уже иной вид беспомощности. Паника длилась не долго, но от неё заходилось сердце. Баки давно не ощущал такого единства и близости – Стиву удалось скомкать его негласное правило не прикасаться к себе. - Стив… - М? – увлеченно произнёс тот. - У тебя здорово получается. Но можно я сам? Баки не увидит за своей спиной мягкой улыбки, не поймёт, что капитан Америка только что мысленно записал победу на свой счёт. Он впервые зашёл так далеко и приблизился настолько тесно. Осталось закрепить успех. - Пожалуйста. Тогда и на меня сооруди. Стив садится рядом, делает безучастный вид, читая газету, но всё же краем глаза поглядывает за Баки, словно родитель, который доверил малышу впервые самостоятельно почистить себе ножом апельсин. Через несколько минут безмолвия и редких звякающих звуков на сковородке зашкворчала глазунья. Ещё через мгновение завтрак на двоих появился на столе. Капитан посмотрел на друга с той степенью нежности и теплоты, с которой мы смотрим на дарящих нам подарки в рождество. - Не знаю насколько съедобно, но другого ничего нет, - буркнул Джеймс, плюхаясь на соседний стул. Двух кривеньких сэндвичей и глазуньи было достаточно для первого раза. Самое главное в этом действе было не это. Баки впервые захотел сделать что-то не для себя, и впервые позволил себе помочь. Хороший знак. - Ммм! То, что нужно! – бодро сказал Роджерс, уплетая завтрак. А ещё он подумал о том, что Баки в кои-то веки ест не один, а в его скромной компании. Это тоже не может не радовать. Всё же он молодец, раз старается побороть в себе этот грязный налёт гидровской скорлупы. Человеческое не так сложно достать из сундука. Достаточно только подобрать ключ. - Ага, - задумчиво прожевал свою порцию Барнс. Его не покидало изумительное ощущение чужого тепла на ладони, и тот факт, что память тела была куда интимнее и важнее просто памяти. Это с ним уже было: Стив, прижимающийся сзади, его дыхание в затылок, его забота. - Блять, – внезапно воскликнул Баки, заставляя Стива буквально подпрыгнуть на своём месте. - Что случилось?! – подхватился капитан Америка, готовый лететь и спасать весь мир в любую секунду. - Я про кофе забыл! – прикрыл рукой лицо Зимний солдат, переживая своё очередное кухонное фиаско.