Мамой клянусь!

Дома на Гриммо Поттер разыскал книгу о сексуальном образовании волшебников и углубился в чтение. Спустя часа два он вынырнул из мира оргазмов, клитора, предсемени и семенных каналов, с ужасом осознавая, что, дожив до стольких лет, совершенно ничего не знал о сексе. Откровением стала информация о бисексуальности волшебников. Он, герой всея Британии, всегда считал себя законченным натуралом, любил большие сиськи, длинные ноги и пухлые губы, и уж точно не собирался начинать думать о том, чтобы пошебуршать языком в источающем сарказм и ехидство рту. Не говоря уже о чем-то другом. Но мысли-скакуны упорно возвращали его в существующую реальность, которая грозила ему или скончаться без ласк, завянуть сорванным цветком во цвете лет без радостей секса, либо же познать вкус этого сальноволосого ублюдка, который, на данный момент, был единственным из всех возможных сексуальных партнеров. Не считая кактуса, конечно. По молодости с перепою Гарри, конечно, целовался с парнем, но в упор не помнил, как это было. Кажется, после этого он долго блевал. Так как Гарри был никогда не склонен к разработке долгих стратегий, то решил, что будет действовать по обстоятельствам. Его член Снейп видел уже сто (ну, не сто, конечно)  раз, а вот он так и не удостоился чести лицезреть детородный орган муженька. Кажется, пришла пора платить по счетам, а, Север? Гарри вытащил из шкафа свои самые разодранные джинсы и полюбовался на них. Милые сердцу воспоминания нахлынули океанской волной. Жанетта, Жоржетта, Полетта, Кларетта, оооо, Мариетта… Хрустальные куколки Гарри Поттера… Герой напряг память, и, к своему огромному стыду, не смог вспомнить ни одной подробности сексуального взаимодействия (Снейп, эквилибрист разговорного жанра, твою же) с вышеозначенными дамочками. — Нда, Поттер, такими темпами ты станешь самым героическим геем всея Британии. Чертов Том, чтоб тебе икалось на том свете, падла безносая!

***

Северус сидел в кресле и сдерживал ругательства из последних сил. Этот… Поттер, вот уже добрых двадцать минут, ломился в закрытый камин. Сам пройти он не смог, не сумев взломать защиту Северуса, но вот голос каким-то образом магия пропустила, и сейчас этот неугомонный чертов гриффиндорец орал дурным голосом что-то невообразимо жуткое. — О-соооле, о-соооооле мио! Ста`нфронте ааа-тэ, ста`нфроооооонт, а тЭ! Снейп зашвырнул почти пустую бутылку с остатками коньяка в камин и удовлетворенно улыбнулся — из каминных недр раздалось бульканье и сдавленное ругательство. — Иди от греха, Поттер. А тот чихнул, покряхтел и заорал пуще прежнего: — Ста`нфроооооо–оооооуоуоу-нт, а тээээээээээээээээ! Поттер дал такого петуха, что Снейп зарычал раненым зверем и раскрыл камин, впуская, наконец, орущего на манер мартовского кота героя, в свой дом. — Допел? Не вставай, все равно я тебя сейчас убивать буду! Поттер часто моргал, пытаясь сфокусировать зрение и привыкнуть к яркому свету, а Северус пытался поймать собственную челюсть, которая норовила рухнуть с высоты снейпового роста прямо к Гарри в пах. А оторопеть было от чего! Этот чертов гриффиндорский выкормыш меры не знал ни в чем! Ел как слон (молодому растущему организму нужны витамины), спал как медведь (большой он, видите ли, места ему не хватает на диване), и одевался как чертов проститут! Снейп сглотнул и не сумел отказать себе в желании медленно обвести взглядом одетое, точнее, раздетое, тело муженька. Почти белые джинсы низко сидели на бедрах, откровенно бесстыдно демонстрируя тазовые косточки, пупок в редких курчавых волосках и блядскую дорожку, лукаво уползающую под одежду. Очертания члена, уложенного на левую сторону, демонстрировали полноценную эрекцию (у него и впрямь постоянно стоит, что ли?), сквозь художественные дыры были видны крепкие бедра, коленки, а майка — не менее драная, чем джинсы — скорее показывала, чем скрывала соски и родинки на животе, груди и шее (счастливый, засранец). — Поттер, что за похабщина в одежде? Ну, Северусу нужно было срочно нападать, иначе его беспокойное, с некоторых пор, либидо норовило прорваться сквозь маску безразличия и продемонстрировать все годами наработанные умения. Поттер лениво поднялся, картинно потянулся и пошло облизал губы по контуру. На самом деле, попросту обслюнявил, вызвав брезгливое передергивание плечами у собственного супруга. — Пришел к тебе за зельем для кактуса. Дашь? — томно. — А вырядился так для кактуса, вероятно, я правильно понимаю? И серенады орал тоже для него? Гарри повел плечами, медленно разводя руки в сторону и запрокинул голову, открывая голую крепкую шею и демонстрируя безволосые подмышки. — Неа, просто эти джинсы единственные, которые не давят на мой член, — Поттер выразительно указал глазами на вышеозначенный орган. — О, Мерлин, избавь меня от подробностей! — рыкнул Северус и направился к шкафчику с зельями, — бери и уходи! — Я хотел при тебе попробовать, а то вдруг дома не получится? — наивно хлопая глазами, спросил Гарри. — При мне трахать кактус? Поттер, ты окончательно рехнулся? Молодой маг закашлялся и пошел пунцовыми пятнами. — Транс…фиг… — он все кашлял и кашлял ровно до тех пор, пока сильно не получил торцом ладони по загривку. — Не мямли, герой-любовник! Забирай зелье, и проваливай, у меня назначена встреча через… — Снейп бросил взгляд на настенные часы, — двадцать две минуты. — С кем это у тебя встреча, интересно мне знать? — взвился Поттер и сам себе поразился: чего это он интересуется? — А чего это ты интересуешься? — озвучил поттеровские мысли Снейп. — Да, как бы, ты мой муж, и потому я вполне законно интересуюсь, с кем это ты собираешься… — Не заканчивай, Поттер, потому что ты именно КАК БЫ! В отличии от тебя, у меня, помимо мыслей о безудержном сексе по семь раз за ночь, еще уйма других дел. И работа, к твоему сведению. — Вот ведь дались тебе мои семь раз, а, Север? Не дают тебе спокойно спать мои успехи на этом поприще, и что особенно радует, так это то, что ты всё же думаешь о безудержном сексе. Снейп вздохнул, окинул взъерошенного, полуобнаженного Поттера сочувствующим взглядом и сказал: — Сплю я нормально, проблем с сексуальной разрядкой, в отличии от тебя, не имею, а сейчас страстно желаю только одного… — Чего, ммм? — Поттер состроил самую томную (по его недалекому мнению) мордаху и закусил губу. — Выставить тебя к чертям собачьим из моего дома! — Ах так! — взвился разозленный волшебник и сграбастал бывшего профессора за грудки, прижимаясь плотно сжатыми губами ко рту своего муженька. Секунда, две… десять… воздух вышибло напрочь. Оторвался и зажмурился — круцио, как минимум, авада — как максимум, хотя какой идиот решит кинуть в героя авадой, если она от него отскаки… — И что это сейчас было? — деловито раздалось над ухом. — И не приложишь даже? — приоткрыв один глаз, спросил Поттер. — Приложу, но позже. Так что это было, Поттер? — Нууу, я тебя поцеловал. — Ты бы гораздо эффектнее выглядел, если бы приложился головой об стену. Ты называешь ЭТО поцелуем? Поттер, я и раньше-то был невысокого мнения о твоих умственных способностях, а уж теперь-то и подавно. Еще раз, спасибо тебе, Том, сучий ты сын! — Ну, вообще-то, это был поцелуй, другими словами, прикосновение губ к любой поверхности называется именно так, и никак иначе. Снейп резко обхватил Гарри рукой за шею, притянул к себе и поцеловал. Влажной змеёй проскользил в открывшийся от неожиданности рот Гарри и коснулся нёба, обвился ласково вокруг чужого языка и пробежался по кромке зубов. Губы всосали ошалевший поттеровский язык и сперва легко, а после с каким-то безумным неистовством начали втягивать его вглубь себя. Напоследок умелый рот пощекотал нижнюю губу Гарри, а зубы слегка прикусили верхнюю. И все закончилось. «Нет…» — хотелось заорать Поттеру, но он не мог, сглатывая неожиданно приятный вкус табака и кофе. Его развернули на сто восемьдесят градусов и пихнули в камин, предварительно сыпанув летучего пороха и четко выкрикнув — площадь Гриммо. Улетая, Гарри слышал краем уха, что он чертов мальчишка, а еще что-то про то, что вот это и есть самый настоящий поцелуй.