Мальчик с израненным сердцем

      Я открыла глаза и крепче сжала руку ЧонИна, которая всю ночь пролежала в моей ладони. Поднявшись с белого бархатного ковра, на котором осталось несколько пятен крови, я осмотрелась и тут же вспомнила вчерашний вечер. ЧонИн убил человека, а я теперь посчитаюсь, как соучастник. Мда, не лучшее начало утра...       Ким проснулся и взглянул на меня, после чего сплел наши пальцы.       — Ты правда не ушла... — хриплым голосом произнес парень. — Спасибо.       — Это моя вина. Ведь ты просто защищал меня.       — ЁнЭ... Что нам теперь делать? Как быть? — еле слышно спрашивал юноша. Я снова легла рядом с ним и повернула голову к парню.       — Я не знаю. Правда не знаю, — с сожалением ответила я, посмотрев в глубокие карие глаза. Я часто не могла ничего рассмотреть в них, но теперь... В них буря эмоций.       — Обещай, что будешь рядом, ладно? Прости меня за все, что я делал, прости за то, что причинил тебе столько боли. Я готов каждую секунду извиняться перед тобой, только не уходи. Ни за что не уходи, — от навернувшихся слез его глаза заблестели. Я кивнула и невольно перевела взгляд на пухлые покусанные губы, от чего в горле образовался ком.       В воздухе повисла тишина. Мы исследовали друг друга глазами, а затем ЧонИн, привстав, робко коснулся моих губ своими. Придя в себя после легкого шока, я закрыла глаза и ответила на поцелуй. Ким слегка дрожал и был предельно осторожен, будто боясь, что я могу его оттолкнуть.       Но я ни за что этого не сделаю.       Парень не углублял поцелуй и не настаивал на большем. Он лишь нежно обхватывал мои губы, посасывая их. Я неуверенно коснулась его щеки ладонью и отстранилась. Посмотрев юноше в глаза, я тихо спросила:       — Почему ты так со мной поступал? Ты же знал, что... Что я люблю тебя.       ЧонИн отвел взгляд и выдохнул. Было прекрасно понятно, что он в тупике. Но, собравшись с мыслями, парень стал говорить:       — Знаешь, Ли ЁнЭ, когда я увидел тебя впервые, мое сердце остановилось. Еще тогда, в первый день старшей школы я обратил на тебя внимание. Но мы были настолько разными, что признаваться тебе в своих чувствах не было даже смысла. Помнишь, несколько раз я пытался с тобой заговорить? — я кивнула, сомкнув дрожащие от услышанного губы. — Но ты просто послала меня, а после и вовсе начала бить и оскорблять. Мне хотелось тебя убить, честно. Но даже от твоего отношения мои чувства совершенно не менялись. Я страдал, мне было до ужаса херово, хотелось хотя бы человеческого отношения к себе... И в один из очередных дней, когда ты ударила меня, я сам себе дал слово, что... Отомщу тебе.       После этих слов меня будто перемкнуло. Отомстит... Да, это гребаная месть за то, как я издевалась над ним. И я, блять, этого заслужила на сто процентов!       — Потом я понял, что ты, наконец, начала меня замечать. Начиная с тех пор, когда я изменился. Вот тогда я и начал осуществлять этот идиотский план, я был просто ослеплен местью. Я ненавидел тебя и любил одновременно, понимаешь? — я снова молча кивнула и сжала руки в кулаки. — И сначала все шло хорошо, но потом пошло наперекосяк, ЧанЁль, ЧунМён, постоянные ссоры и разборки. Это просто сбило меня с толку. И я будто потерял голову, не желая ничего менять... Наверное, я чертов садист, но мне нравилось просто причинять тебе боль. Только вот от этого мне было больно самому... Особенно, когда я сидел за стеной и слушал все, что ты рассказывала обо мне своему покойному другу.       Мои глаза удивленно распахнулись.       — Ты слышал все? — тихо спросила я.       — Абсолютно. Первый раз это вышло случайно, а потом я просто приходил туда и слушал. Мне нравилось, когда ты говорила, как сильно любишь меня, но я ненавидел, когда ты плакала, — спокойный ровный голос умолк и я снова подняла глаза на парня. Даже поверить не могу в то, что он сейчас рассказал мне...       — Так значит... — начала совсем тихо и неуверенно, отводя взгляд. — Ты любишь меня?       — Да. Очень сильно люблю.       На глаза накатились слезы и уже через секунду я вытерла рукавом кофты мокрую дорожку на щеке.       — Черт, это все так глупо... — я усмехнулась, продолжая тихо плакать. — Прости меня за то, что я так плохо относилась к тебе. Просто... Не в том месте не в то время.       — ЁнЭ, давай забудем обо всем? — он умоляюще посмотрел на меня и еле заметно улыбнулся. В его глазах я вижу искренность... Да, глупо, но это можно прочесть по одному лишь взгляду.       — Давай начнем все сначала, — кивнула, снова смахнув слезы.

***

      Я лежала на мягком белом диване и просто смотрела в потолок, обдумывая все, что пару часов назад мне рассказал ЧонИн. Мысли перемешались и я, выдохнув, закрыла глаза. Этот разговор по душам сбил меня с толку и теперь я совсем не понимаю, кто мы друг другу. А это убийство еще прибавило немало проблем...       Ким зашел в комнату и сел рядом со мной. Думая, что я уснула, парень провел пальцами по моей щеке и убрал за ухо прядь волос, упавшую мне на лицо. Я мягко улыбнулась и открыла глаза, из-за чего ЧонИн немного смутился и ответ взгляд. Он хотел поскорее убрать руку, но я перехватила ее и прикоснулась губами к тыльной стороне ладони, после чего сплела наши пальцы, заставляя юношу удивиться.       — Как ты? Пришел в себя?       — Немного, — юноша кивнул. — А ты?       — Справлюсь, — ответила, еле заметно улыбнувшись. — Только ты тоже не оставляй меня, ладно? — я взглянула в его глаза и последовала тишина.       После короткой паузы ЧонИн медленно наклонился и прикоснулся к моим губам своими. Он нежно провел по ним языком и протолкнул его в мой рот. Тем временем его руки аккуратно очерчивали мою талию и бедра, а сам парень склонился надо мной. Я схватила воротник его рубашки и ближе притянула к себе, давая понять, что готова двигаться дальше. ЧонИн улыбнулся и углубил поцелуй, поглаживая рукой мои ягодицы. Со временем он опустился чуть ниже и стал целовать мою шею и плечи, а когда зацепил эрогенную зону, я тихо простонала и прогнулась.       Закинув ноги парню на бедра, я подцепила ноготками резинку его штанов, а затем вернулась к воротнику и начала расстегивать пуговицы на рубашке. Ким, поняв этот знак, отстранился и мгновенно стянул с меня футболку, после чего снова впился в губы. Не прерывая поцелуй, я сняла с парня рубашку, а он — мой бюстгальтер. Далее ЧонИн разобрался с моими джинсами и, устроившись надо мной, подхватил одну ногу, заброшенную на его таз.       Юноша разорвал поцелуй и, грубыми руками поглаживая мое тело, начал целовать ключицы, плечи, грудь, ребра и живот. Он остановился, коснувшись губами низа живота, и стянул последний элемент одежды, после чего отправил его на пол к остальным вещам. Аромат его парфюма вперемешку с тяжелыми выдохами сводили меня с ума, а мимолетные касания горячих губ возбуждали все сильнее и сильнее.       ЧонИн снова поцеловал меня и в тот же момент медленно вошел, заставляя простонать ему в губы. Я запустила руку в шелковистые волосы и слегка оттянула их, а Ким начал двигаться. Я, еле сдерживая протяжные стоны, закрыла глаза и вторую руку положила парню на плечо. Он двигался медленно, будто испытывая меня, поэтому внизу живота будто образовалось что-то горячее и тягучее, сводящее с ума. Заполняя меня полностью и срывая с губ мучительные сладкие стоны, ЧонИн заставлял прогибать спину и двигаться ему навстречу.       — Еще... — невольно выдыхала я, желая скорейшей разрядки. — Мм, ЧонИн...       Ему нравилось, когда я стонала его имя, слегка царапая спину, поэтому парень ухмылялся и целовал мою шею, находя эрогенные зоны и заставляя чувствовать максимум удовольствия. Последние толчки оказались более глубокими и быстрыми, от чего нас обоих накрыло волной оргазма, а внутри себя я почувствовала теплую жидкость. ЧонИн вышел из меня и лег рядом, после чего обнял мою талию и прижал к себе. Выдохнув, он тихо прошептал:       — Не уходи... Никогда.

***

      Я стояла под дверью уже битый час и никак не осмеливалась в нее постучать. Что я ему сейчас скажу? Как мне себя вести? Я нервно взлохматила волосы и нажала на звонок. Дверь отворилась в считанные секунды и на пороге показался ЧанЁль, облокотившийся о стену.       — Я уж думал, ты так и не постучишь, — холодно произнес он и направился в гостиную, оставив дверь открытой. Я прошла следом за ним и села в кресло возле дивана, на котором устроился парень.       — Я хотела с тобой поговорить, Ёль, — тихо начала я, опустив взгляд. — И извиниться.       — Забудь об этом. Ты не виновата в том, что полюбила ЧонИна. А я не виноват в том, что полюбил тебя, верно? — я посмотрела в его глубокие добрые глаза и молча кивнула.       — Мне правда жаль, что так вышло... Но я не хочу тебя терять, ведь ты заменил мне семью. Ты человек, который не дал мне погибнуть, поэтому не отталкивай меня, ладно? — на глаза навернулись слезы и я тут же поспешила вытереть их тыльной стороной ладони.       — Не оттолкну... — юноша посмотрел в пол и заговорил так тихо, будто сейчас заплачет. — Но ты должна понимать, что однажды нам придется разойтись. Этого не избежать, ЁнЭ, — его голос уже начинал дрожать.       — ЧанЁль... — я встала с кресла и только хотела подойти к другу, как в прихожей послышался резкий шум, заставивший вздрогнуть. В комнату вбежало несколько полицейских, двое из которых схватили Пака и завернули руки ему за спину, от чего парню пришлось согнуться. — Ч-что происходит? — я смотрела то на парня, то на полицейских, после чего хотела ступить шаг к ЧанЁлю, но мужчина в форме сзади схватил меня и не дал продвинуться.       — Господин Пак обвиняется в убийстве, мы вынуждены увезти его в управление, — осведомил меня полицейский и крепче сжал руки, не давая никаких шансов вырваться.       — ЧанЁль... — по щекам текли слезы, а голос срывался. — ЧанЁль!       — Будь счастлива, Ли ЁнЭ... — сквозь слезы парень улыбнулся и в сопровождении покинул квартиру.