По следам знаменитости

- И что теперь? - Ничего, просто давай начнём все заново, забудем старые обиды, - предложил парень, снова выруливая на дорогу. - Элизабет, - решила подыграть ему я. - Гарри. - Я ваш журналист. - Для журналиста вы очень красивая, - заметил он. - Кажется, кто - то обещал говорить правду, - шепнула я. - А кто здесь лжет? - на лице показалась широкая улыбка, открывающая для меня непривычно светлое выражение всегда недовольного грубияна - Стайлса. Большие, ярко - зелёные глаза вкрадчиво посмотрели в мои, и я почувствовала, как щеки горят, а сама я расплылась в улыбке. «Чёрт, Лиззи, тебе что никогда комплиментов не делали?» - выругался мозг, однако часть меня не переставала радоваться и все ещё зажигала красным цветом полыхающие щечки. - Итак, начну свою книгу с того, что ты являешься льстецом и тебя стоит опасаться, потому что в душе ты вечно хотящее секса животное и все комплименты, которыми ты осыпаешь свою жертву, не просто так, - рассмеялась я. Брюнет недовольно надул губки и принялся тщательнее всматриваться в дорогу. - Ты же не обиделся? Или настоящий Гарри ранимый парень с кучей комплексов и страхов? Хриплый, негромкий смешок. - Я не обиделся, но ты права, я очень раним, у меня множество недостатков и несколько страхов... - Например? - перебила его я, искренно интересуясь. - Что например? - Какие у тебя недостатки? - Ну...я вспыльчивый, ревнивый, собственник, вредный, упрямый, ещё мне не нравятся мои ямочки, - резко сменил он тему характера на внешность. Что? Ему не нравятся его ямочки? - Это единственное, что в тебе милое, - язвительно заметила я и сложила руки на груди. Машина, ехавшая за нами, громко бибикнула и заглушила мою фразу. - Что ты сказала? - Говорю, что только твои ямочки делают тебя хоть капельку милым, - расцепив руки, я потянулась к его лицу и ткнула указательным пальцем в одну из ямочек. Он резко одернул голову чуть в бок. - Не делай так больше, - грозно сказал он, а все лицевые мышцы напряглись и некогда жизнерадостное выражение лица приняло хмурые краски. - А ещё запиши в свои недостатки быструю смену настроения, - чуть громче произнесла я, разозлившись. Почему все не может быть хорошо, и он обязательно все испортит своим действием, словом или мимикой? - Обязательно, - фыркнул он и, молча, надавил на газ, ускорив машину и сократив время в дороге. *** - Вставай, нас уже ждут, - растолкал меня Гарри, в то время, как я пыталась с просони понять суть его слов. - Ну же, - хныкал парень. «Я же не могла уснуть?» - крутилось в голове и я мысленно убивала себя, поняв, что все - таки вырубилась. - А я не спала, - вдруг вырвалось у меня. - Да? И что же ты делала? Вопрос, поставивший в тупик. «И как теперь выкручиваться будешь?» - задавался вопросом мозг. «Ничего, выкручусь» - ответило внутреннее я. - Весьма правдоподобно, три с плюсом, Миллер. Давай, выбирайся, мы опаздываем, - с этими словами он вышел из машины, хлопнув дверью. Дверь чёрного BMW с грохотом закрылась, и я поплелась за быстро идущим к небольшому зданию Гарри. Двухэтажное кирпичное белое здание, с вывеской «Добро пожаловать! Мы надеемся на вашу доброту и заботу!». Признаться честно, задело. В мыслях пронеслось то, что эти дети остались без любимых родителей, которые скончались в результате болезни или аварии, или ещё чего - нибудь; кто - то остался брошенным с самого рождения, так и не познав материнскую любовь, потому что мамаша неожиданно залетела, но не решилась делать аборт, предпочтя сбагрить ребенка в приют и наслаждаться собственной жизнью; кто - то сбежал в это место от родителей - алкоголиков. У каждого ребёнка была своя трагическая история и хотелось бы всячески им помочь, сказать, что в будущем все будет хорошо, что они добьются успеха в жизни, станут важными людьми в обществе, устроятся на хорошую работу, будут приносить пользу этому миру и заведут любящую и крепкую семью. В голове промелькнула новая мысль. А что, если, сказав это, я солгу, что если их жизнь сложится не так, как они этого хотят? «Что, если у них будет все как у тебя?» - болезненно кольнул мозг прямо в сердце. «Нет, я верю, что у них все будет по - другому, я верю, что у них все будет хорошо» - ответило внутреннее я. В глазах встали слёзы. Мне было искренне жаль этих детей, и эта вывеска... - Лиззи, ты чего? Ты плачешь? Я вытерла скапливающиеся в глазах капельки. - Нет, что - то в глаз попало. Он рассмеялся. - Ну, конечно, - голос чуть сорвался и под конец немного охрип. - Мне тоже жалко этих детей, но у каждого своя судьба и, возможно, им было предначертано пройти через все эти трудности, чтобы в будущем быть сильными духом, мудрыми, - он схватил меня за руку, переплетая мои пальцы со своими. - Идём и подарим немного света, покажем, что в мире есть хорошие люди и покажем им пример, чтобы они хотели стать такими как мы, чтобы они стремились к светлому, чтобы они справились. Пораженная его словами я продолжала идти, держась за руки, даже не осознавая этого. «Это точно тот самый Гарри, которого я встретила возле клуба, раздевающего проститку? Точно тот полоумный придурок, для которого физиологические потребности превыше всего и для него чужды духовные?» - Улыбнись что ли, - повернулся он ко мне, а моё лицо выражало полное недоумение и потерянность. Очнувшись от поглощающего меня удивления, разум вновь вернулся и заметил один настораживающий факт. - Руку отпусти, - грубо проговорила я и он последовал моей просьбе. - А ты улыбнись, - скомандовал он и к нам подошла пожилая женщина. - Добрый день, Гарри, - погладила женщина его по руке. - Я рада, что у тебя появилось больше свободного времени и ты стал приходить чаще, - ещё шире улыбнулась она, а лоб скривился в морщинки. - Я тоже рад, - улыбнулся Стайлс. - А это твоя девушка? - улыбнулась она, указав на меня. Я только открыла рот, чтобы представиться, как его журналист, но. - Да, Элизабет - это миссис Клоуф, миссис Клоуф - моя девушка Элизабет, - представил нас друг другу Гарри, приобняв меня за плечо. Я раскашлялась. - Приятно познакомиться, - старушка потянула свою крохотную, трясущуюся ручку и я возненавидела Стайлса, что из - за него мне придётся врать этой милой даме. - Не думала, что когда - нибудь он познакомит меня со своей избранницей, - рассмеялась она, а я ущипнула за спину парня, продолжающего меня обнимать. Он чуть приподнялся от боли, но виду не подал и ничего не сказал. - Мы пойдём к деткам, хорошо? - повёл он меня в сторону длинного коридора с большим количеством комнат. - Идите, золотые, - с лаской выговорила она, а на глазах заблестели слёзы. - Гарри, по - моему, она плачет, - оборачиваясь, тихо прошептала, все ещё идя с ним в обнимку. - Не обращай внимания, она очень сентиментальна, - махнул рукой Хазза. - И что это вообще было? Я твоя девушка? - все так же на пониженных тонах шептала ему я, поворачиваясь и наблюдая за смотрящей на нас старушкой. - Я тебе потом все объясню, - отцепился он от меня и потянулся к ручке двери. Комната была небольшой, бежевые стены, белые полы, четыре маленьких кроватки, аккуратно застеленные персиковыми покрывальцами, уголок с игрушками, где сидели девочки, лет шести - семи. На звук открывающейся двери они обернулись и забросили своих златовласых кукол в розовых платьях. - Гарри, - с криком бросились они, а он присел на корточки, чтобы те обхватили его шею в медвежьих обнимашках. - Привет, малышки, - широко расставил руки Стайлс и принял их в объятья. Это точно Стайлс или в него вселился некто другой? - А кто это? - спросила самая маленькая из всех. Ее глаза выделялись на лице и казались очень большими, цвета были того же, что и буйное море во время шторма, сама она была худенькой, ручки тоненькие, пальчики длинные. - Я Лиззи, - последовав примеру Гарри, я тоже села на корточки, чтобы быть наравне. Девочка недовольно чмокнула и подошла к кудрявому. - Это твоя девушка? - скрестив руки на груди, грозно спросила она, нахмурив брови. - Да и я очень люблю её, так что не обижайте, - широко улыбнулся он и показал свои ямочки. - Ямоочкии, - закричали девочки и дружно рассмеялись, ткнув в них своими тоненькими пальчиками. Я тоже рассмеялась, увидев эту картину. Всегда грубый и нахально ведущий себя Стайлс здесь казался совсем другим человеком. Он был ласков, дружелюбен, улыбчив. «Я покажу тебе в течение месяца себя настоящего, такого, какой я есть, без наигранного притворства, говоря только правду. В твои же обязанности входит то, чтобы не влюбиться в меня» - вспомнились его слова. Я повертела головой и постаралась разогнать произведенное хорошее впечатление о нем. «Но даже так он остался прежним, соврав этой милой старушке» - добавил мозг, и я отвлеклась на жаждущих познакомиться маленьких красавиц. *** Мы вышли за двери приюта, невероятно, что мы пробыли здесь до тёмного вечера. Я провела незабываемые минуты рядом с этими детьми, мы дарили им все тепло, всю ласку, разговаривая с ними, рисуя плакаты управляющей миссис Клоуф. Гарри тоже удивил, показал другого себя, того, который даже понравился мне. «А он действительно не так плох, как кажется» - подумала я где - то в глубине души, но сразу постаралась отказаться от этого признания самой себе. Оно было не к чему. Сев в машину, мы тронулись, проезжая тёмные переулки спешащего домой Лондона. - Ты обещал все объяснить, не начнешь? - решила я нарушить неловкое молчание. - Миссис Клоуф давно хотела, чтобы я познакомил её со своей девушкой и... - он замялся. - И? - Недавно у неё нашли неоперабельный рак, а для меня она как родная мать, поэтому я решил порадовать её. Я хочу сказать спасибо, Лиззи, ты действительно выручила меня, но могла ты больше не затрагивать эту тему, я не хочу сейчас рассказывать об этом, - его лицо показалось очень грустным, кажется, для него это было очень личным. - Не за что, - с улыбкой произнесла и отвернулась к окну, решив больше не задавать ему вопросы. *** POV Гарри Всячески стараясь разбудить крепко заснувшую от усталости девушку, я не удостоен был успеха и мне пришлось схватить её худенькое тело и потащить к ней в комнату. Подняв на руки, я увидел умиротворенное лицо тихо сопевшей блондинки. Её губы были чуть приоткрыты, а дыхание, умеренное в то время, как у меня оно давно сбилось. Ещё тогда, когда она шла со мной в обнимку в приюте, я чувствовал её сладкий аромат сливы, смешанным с ванилью и кокосом и позволял себе дотрагиваться до неё. Медленно неся её, растягивая каждую секунду и наслаждаясь этим моментом, я шагал в сторону дома, где горел свет. Аккуратно поддев и открыв ногой дверь, я вошёл. Недовольный возглас и выкрикивание моего имени. - Ты ничего не попутал? - злобно произносит знакомый голос «моего друга»...