Реванш

Локи немало времени провёл в одном из залов замка. Сидя на каменном полу, трикстер был поглощён эхом множества голосов, доносившихся со всех сторон. Да, стены замка хранили в себе все события, произошедшие здесь со дня основания каменной твердыни. Повсюду мелькали размытые тени, доступные лишь взгляду Локи. Как же сложно уловить нужный разговор. Закрыв глаза, Локи пытался лучше сосредоточиться. Отметая всё ненужное, он больше погружался в мрачную жестокую атмосферу, царящую здесь. Но вот богу удалось, наконец, поймать ту самую невидимую нить. Нужное, часто повторяемое имя позволило Локи глубже вникнуть в суть разговоров. Тот мерзавец не единожды посещал сей замок и несколько раз обмолвился о своём местонахождении. Открыв глаза, Локи поднялся с пола. Проходя сквозь множество теней, он постепенно приближался к силуэту. Вот он: Беренгар Клеато! Надменный изувер, от которого разило похотью и кровью его жертв. Красиво разодетый, ухоженный, он действительно походил на одного из богов Сеттелементиума. Пусть в нём было не так много божественной крови, но всё же она текла в его жилах. Отблески свечей падали на лицо мужчины, позволяя Локи рассмотреть его. Теперь трикстер знал врага в лицо. Обойдя Клеато со всех сторон, Локи опять остановился. Как жаль, что нельзя убить образ, иначе… трикстер поднял скипетр, направляя его на заклятого врага. - Локи? – послышался удивлённый голос громовержца. Трикстер отвлёкся на мгновение, и силуэт Клеато стал неподвластен и его взору. У Тора невероятная тяга появляться в самый неподходящий момент. Хотя, Локи сам вытравливал громовержца из его покоев, насылая различные иллюзии. - Гуляешь по ночам? – осведомился бог коварства. - Головная боль не даёт уснуть, и мучают кошмары, - признался Тор. - Неужели? – на губах Локи заиграла улыбка. - Твои проделки, так? - Что ты, я в жизни не осмелился бы шутить над могучим Тором! - Локи сдержал злорадный смешок. - Меня поражает твоя способность досаждать людям, - вздохнул бог грома. - Ты уже причислил себя к людям? – немного наклонив голову в сторону, задал вопрос трикстер. Ответ не особо интересовал Локи. Направившись к дверям, он чувствовал, как Тор следует за ним. Просить помощи Локи не намеревался, он вынудит Тора самого предложить свои столь скромные услуги. - Ты куда-то направляешься? – нагнав брата, спросил громовержец, уже предчувствуя ответ. - Остались незавершённые дела, - уклончиво отозвался трикстер. - Локи, пора остановиться. – трикстер лишь ускорил шаг. Тор знал – его не переубедить. – Я буду бдительно наблюдать за происходящим в замке. - Останешься за главного? – Локи пытался усмехнуться как можно правдоподобнее. - Лишь присмотрю за девушкой, - внёс некоторую точность Тор. В душе Локи ликовал. Не пришлось слишком долго ходить вокруг, да около. - И всё же, на твоём месте, я бы никуда не поехал, - громовержец попытался отговорить трикстера ещё раз, когда тот уже вскочил на вороного жеребца. - Ты не на моём месте, - без всякой злобы отозвался Локи. Он лишь констатировал данный факт. Трикстер выехал за ворота замка, которые за ним сразу же закрылись. Тор тяжело вздохнул. Ему отнюдь не нравился путь, который избрал его брат. Неужели на счету Локи недостаточно ошибок? Он так и рвётся наделать много глупостей, о которых в дальнейшем, возможно, сильно пожалеет. Жизнь не строится на одной мести. Ни к чему себя растрачивать на одну злобу. Тор поднялся на самую высокую башню замка, откуда открывался вид на прилегающие местности. Трудно предугадать в какую сторону отправился Локи. Да и нужно ли? У трикстера в запасе всегда немало обманных ходов, и одному ему известно, когда и какой он применяет. Хотя, громовержцу казалось, будто Локи никогда не бывает честен даже с самим собой, ему проще жить в пелене обмана. Тор всей душой и сердцем желал Локи исправления. Ему было больно видеть мучения названного брата. И что самое ужасное, помимо того, что Лафейсон винил всех вокруг, ещё больше он винил самого себя. Тор вздохнул. Порой ему хотелось предложить Локи вернуться в Асгард, покаяться в содеянном и начать жизнь заново. Увы, такая затея была заранее обречена на провал. Локи давно отрёкся от всего, чем раньше дорожил. Тор и дальше мог рассуждать и философствовать, но внимание его привлекли всадники, приближающиеся к замку. Развевающееся знамя говорило о прибытии рыцарей Короля. Среди двадцати бравых воинов громовержец рассмотрел женщину. Свита въехала на территорию замка. Тор захотел взглянуть на нежданных гостей. Оказывается, прибыла Корра. Она была не в духе и уже несколько раз успела сорваться на сопровождающих её рыцарей. Богиня требовала немедленной аудиенции своего супруга. Она желала знать, для чего ей пришлось проделать столь долгий путь, ведь от королевского дворца Корре пришлось добираться четверо суток. Амидайо не слишком торопился поприветствовать дражайшую свою супругу. Он явился через треть часа и, надо заметить, настроение его было прескверным. Не удостоив супругу взглядом, Амидайо махнул королевским рыцарям рукой, тем самым приказывая покинуть зал. На лице Корры промелькнула тревога. Ей вовсе не хотелось оставаться наедине с Амидайо. - Зачем ты просил приехать меня в сию обитель? Эти мужланы, зовущие себя рыцарями Короля, не желали мне повиноваться, когда я просила остановиться ненадолго! - Они исполняли мой приказ. Не забывай, моё слово ценится выше твоего, - остановившись неподалёку от супруги, проговорил Амидайо. - Но не выше слова Рейеса! – разъярённо воскликнула Корра. - Ты полагаешь, что моего брата заботят твои проблемы? Ты хоть и делишь с ним ложе, но не забывай своего истинного места, - голос Амидайо звучал слишком холодно. Корра демонстративно закатила глаза. Ей, разумеется, были неприятны такие откровенные слова, но богиня предпочла промолчать. Сейчас её занимал другой вопрос. - О нашей иерархии можно поговорить позже. Зачем я здесь? – голос её немного дрогнул. - Прочти, - Амидайо протянул жене свиток. - Что это? – беря его в руки, поинтересовалась Корра. - Думаю, узнаешь. - Корра развернула свиток. Лицо богини побледнело. Цвет губ, казалось, вот-вот сольётся с цветом кожи. Сузив глаза, Амидайо наблюдал за явными переменами в супруге. – Наверное, тебе есть, что рассказать. - Да, я подарила эти владения. Не думала, что какой-то мрачный замок так тебя обеспокоит! - Владелец твоих даров сознался во всём… перед смертью, - как бы невзначай заметил Амидайо. – У меня один лишь вопрос: зачем? - Она здесь? – поникшим голосом спросила Корра, нервно расстёгивая брошь и скидывая с плеч дорожный плащ. - Да. - Это земли Короля! Без его ведома ты не имел права что-либо делать и твой карательный поход претит установленным правилам! - вспылила Корра, пытаясь уйти от заданного вопроса. - Правила и законы я знаю. Повторяю: зачем? Корра нервно закрутила кольцо на указательном пальце, обдумывая свои последующие слова. Амидайо терпеливо ждал. Секунды неумолимо бежали, превращаясь в минуты. Тор, стоящий наверху, откуда ему открывался вид на собеседников, тоже ожидал ответа богини. Тень скрывала громовержца, и вряд ли о его присутствии догадывались супруги. Молчание затянулось, а напряжение только нарастало. - Ты думал, я не узнаю феечку, о которой ты грезил всё время и чьи скульптуры украшали твои покои и весь Южный Замок? Она была всё равно что мёртвой, но все твои мысли были лишь о ней. Даже во сне ты повторял её имя. Столетие сменялось столетием, а ты не переставал мечтать о ней. Могу поспорить, что сотни раз ты представлял её в своей постели. А я? Что же я для тебя? Ничего. Пустое место, не отбрасывающее никакой тени. Но ведь твоей женой была именно я, а не она! Меня ты должен был желать и ласкать! Меня ты должен был оберегать от всех невзгод и грязных слухов, что ходили за моей спиной! – отчаянная злость наполняла каждое слово богини. – Объятая непониманием и нелюбовью, каждую ночь я лила горькие слёзы. Чего только не приходилось делать, дабы ты заметил меня. Всё тщетно. Она забрала и мысли твои, и сердце. Когда я приходила в твою спальню – ты прогонял меня. – Корра вздохнула. – Когда же она предстала в тронном зале перед Королём и под твоим покровительством, я с трудом сдержалась, чтобы не прикончить эту паршивую тварь на глазах у её друзей. Это было бы слишком просто и гуманно. Кстати, ты знаешь, что она спала с тем Локи? К покоям вашего иноземного друга ведёт потайной ход, и я видела, как всю долгую ночь они занимались любовью. Как он страстно прижимал её к себе. Как она дрожала в его объятиях, накрытая волной экстаза. А уж как она стонала и кричала… Я могла бы многое рассказать, - Корра улыбнулась, видя, что её речи больно ранят Амидайо. – Она принадлежала ему, но не тебе. - Я знал о их близости, - в голосе бога не промелькнуло ни одной эмоции, зато глаза уже горели огнём. – Зачем ты сделала… - Зачем? – воскликнула Корра, всплеснув руками. – Я хотела, чтобы она страдала! Знаешь, каково это чувствовать, что у тебя больше не будет прежней жизни, и никто не сможет тебе помочь, что значит жить во мраке страхов? Ты не представляешь, что творил со мной Рейес. У этого подонка нет ни жалости, ни совести. А ведь ты сам толкнул меня в его объятия! Хочешь посмотреть, что твой братец со мной сделал? - Нет, - покачал головой мужчина. - Боишься? – истерически рассмеялась Корра. – Я никогда не теряла из виду Беренгара Клеато. Мы были неплохими друзьями, и жестокая судьба подарила шанс стать союзниками. Я знала, куда ты отправляешь свою феечку. Тебе не стоило забывать: у всех стен есть уши. За все мои страдания и унижения ответила она! Пришлось, правда, изобразить её смерть, ведь Локи был слишком умён и тут же отправился бы на поиски своей куколки, которую ему так нравилось трахать. Клеато неплохо придумал со слепым стариком. - Неужели в тебе было столько ненависти, что ты решила погубить столь невинное создание? – голос Амидайо всё же дрогнул. Мужчина подошёл к законной супруге ближе. - Невинное? – переспросила богиня. – Сложно назвать твою любимую фею невинной после того, как её много десятков раз поимели все, кому не лень! Голос Корры резко оборвался. Богиня пальцами вцепилась в плечи Амидайо. Её глаза наполнились ужасом и болью. Тор в этот миг подался немного вперёд, пытаясь понять, что же произошло. Амидайо отошёл в сторону. Корра по-прежнему стояла на месте. Платье её обагрилось кровью. Богиня вытащила из живота кинжал, похожий как две капли воды на кинжал Локи. Оружие со звоном упало на пол. Корра покачнулась и сделала шаг назад. - Стража! – из последних сил прокричала она. Двери тут же отворились и в зал вбежали королевские рыцари. Обнажив мечи, они стояли в некотором замешательстве. Идти против бога им ещё не приходилось. И всё же один из рыцарей сделал шаг вперёд. Амидайо взмахнул рукой и из-за колонн, расположенных у самых стен, вышли его верные рыцари. В бой даже не пришлось вступать, всех врагов настигли стрелы. Амидайо окинул взглядом бездыханные тела, после чего подошёл к телу Корры. В ней ещё теплилась жизнь. Богиня лежала в луже растекающейся крови. По её коже разрастались чёрные пятна, они уже подкрались к лицу. - Ненавижу её, - прохрипела Корра на последнем издыхании. Взгляд богини застыл. Губы чуть приоткрылись. Амидайо присел рядом с мёртвым телом. От былой красоты его супруги не осталось следа буквально через минуту, когда её тело истлело. Амидайо никогда не любил Корру. Их брак был данью сложившимся законам. Сейчас мужчина не испытывал ни капли скорби по умершей. Она сама вынесла себе приговор, причинив вред Элл. Подняв кинжал, мужчина спрятал его за пояс камзола. Кивнув своим рыцарям, Амидайо поспешно покинул зал, пропитанный запахом ещё тёплой крови. Тор решил не упускать из вида, так сказать, новоявленного убийцу. Бесшумно следуя за мужчиной, громовержец радовался отъезду Локи. Если бы тот стал свидетелем состоявшегося разговора супругов, то гневу его не было бы предела. Лучше не думать о плохом. Хотя, как не думать? Тор стал свидетелем убийства и остался поражённым хладнокровностью Амидайо. Ускорив шаг, Тор вновь нагнал Амидайо, который не так давно скрылся за очередным поворотом коридоров замка. Мужчина остановился лишь у дверей, ведущих в покои Элл. Бога грома это насторожило. Он не мог с уверенностью сказать, чисты ли сейчас помыслы Амидайо. Оставаясь в боевой готовности, Тор сжал рукоять молота, но Амидайо медлил. Взявшись за дверную ручку, он не торопился её повернуть. Амидайо не хватило решимости. Что он намеревался сказать Элл, останется известным только ему одному. Отойдя от двери, мужчина долго о чём-то размышлял. В конце концов, полностью отступился от идеи посетить Элл. Тор облегчённо вздохнул. Он обещал Локи присмотреть за девушкой, и всё же не хотелось ввязываться в конфликт. Проводив взглядом удаляющийся силуэт Амидайо, Тор подошёл к двери. Заходить он не намеревался по двум причинам: во-первых, громовержец не желал травмировать Элл своим внезапным появлением посреди ночи; во-вторых, неизвестно, как отнесётся к столь позднему визиту Локи, если узнает. Трикстер свирепел не по дням, а по часам! Прислонив ухо к двери, Тор прислушался. По ту сторону плакала Элл. * * * Локи мчался уже третий день подряд. Приходилось изредка останавливаться и давать коню передохнуть – Локи вовсе не хотелось загнать животное. Трикстер уже пересёк не одну реку и поле с колосящейся пшеницей и другими неизвестными злаками. Объехать пришлось лишь маковый луг. Устланный красными цветами, он напомнил Локи кровавое море, дурманящее и поглощающее. Пустившись через лесной тракт, Лафейсон наткнулся на разграбленную деревню. Какими бы миры разными не казались, все они по сути своей ничем не отличались друг от друга. Везде процветала жестокость и безнаказанность. Не зацикливаясь на суждениях, Локи направился дальше. К утру выехав из леса, трикстер столкнулся с очередной трудностью. Горный хребет простирался на многие мили в обе стороны. Ничего не оставалось, кроме как следовать вдоль него, в ожидании какой-нибудь дороги. Долго Локи выискивал своим орлиным взором тропу и всё тщетно. Когда дорога трикстера становилась однообразной, мысли его уносились к Элл. Оставляя фею под присмотром Тора, Локи всё же беспокоился, справится ли Одинсон. Его, Локи, перехитрить не так-то просто, зато громовержец мог повестись на что угодно. Лафейсон даже не знал, чего боится больше: что покой Элл кто-то осмелится нарушить или что она сама исчезнет, не дождавшись его. Трикстер никак не мог забыть затравленного взгляда феи, которым она одарила его в последнюю встречу. Сможет ли Элл привыкнуть к нему и подпустить хоть чуточку ближе? Локи не претендовал на совместную постель и плотские утехи, которыми в ней принято заниматься. Он просто хотел быть рядом. Так же Локи опасался, что не сможет долго прятать свою истинную сущность. Элл, конечно же, о ней знает, но сможет ли смириться теперь? Голова Локи шла кругом. Кто бы дал мудрый совет? Раньше Фригг растолковывала какие-то истины, а сейчас её нет. Сильнее сжав поводья, Локи погнал коня во всю прыть. Взмыленное животное, чувствуя настроение своего седока, боялось ослушаться и хоть немного сбавить темп. Горный хребет стал сходить на убыль, невероятно обрадовав Локи. Вскоре, перейдя ледяную реку вброд, трикстер выехал к хорошо протоптанной дороге. На ней спокойно могли бы разъехаться два всадника. Спешившись, Локи взял коня под уздцы и не спеша пошёл вперёд. Бог, не смотря на всю свою выносливость, подустал за четыре дня скачки. Думая о расправе над Клеато, Локи не сразу уловил дрожь земли. Приближались всадники и, судя по всему, их было не меньше десятка. Вскоре на тропу выехало не меньше дюжины всадников в рыцарских доспехах. Завидев Локи, они поднатянули поводья, окружив встретившегося им трикстера. Локи не считал рыцарей угрозой, поэтому оставался спокоен. Оглядев своих возможных противников или, наоборот, возможных союзников, Локи ожидал, когда те проявят себя. - Не встретил ли ты кого по пути, одинокий путник? – поинтересовался один из рыцарей, поднимая забрало шлема. - Лишь ветер, - развёл руками Лофт. - Странно. - Ищите кого-то определённого? – поинтересовался бог коварства, уже чувствуя неприязнь к всадникам. - Своих пленниц, - послышался голос, и вперёд выехал мужчина с длинными чёрными волосами. На согнутой его руке сидел орёл. Величественная и красивая птица. Но самое интересное было куда ниже. Синее существо, высотой достигавшее около метра, с пушистым хвостом и такой же холкой, напоминающей ирокез. Оно скалилось, показывая свои длинные белёсые зубы, расположенные в два, а то и три ряда. Вот только оскал предназначался вовсе не Локи. Существо было недовольно своим хозяином, сильно натянувшим цепь, присоединённую к широкому ошейнику. Локи не без интереса оглядел диковинную тварь. На длинных худых лапах красовались сиреневые кольца шерсти. На правой лапе, лишённой практически всех пальцев, в глаза бросался один чёрный коготь, способный распороть, наверное, даже прочную кольчугу. Морда, напоминающая собачью, была украшена шрамами, а рядом с еле заметными ушами величественно росло по паре угольно-чёрных спиралевидных рогов. Таким созданием только детей перед сном пугать, чтобы боялись просыпаться в ночи. Локи лучезарно улыбнулся, переведя взгляд обратно на всадника. Какая же удача встретить по пути того, кого собираешься выпотрошить. - И много пленниц? – уточнил трикстер. - Всего две, но их следует наказать за непослушание. - Согласен! Некоторые говорят, судьба накажет, но порой судьба не торопится с возмездием, и тогда вершить возмездие выпадает нам самим, - голос Локи звучал ровно, словно он говорил о какой-то ерунде. – И это самое возмездие может нагрянуть внезапно! – глаза бога сверкнули. – В виде странника, в одиночестве пробирающегося мимо горного хребта. Клеато взмахнул рукой, отпуская орла в небо. Губы мужчины больше не улыбались. Столь явный намёк Локи мог не понять лишь дурак. Рыцари Клеато положили руку на эфес своих мечей. - Дерзкие слова, незнакомец! – прорычал Клеато. – Я карал и за меньшее. - Это я знаю. Прежде чем я основательно разделаю тебя, хотелось бы выяснить причину твоей ненависти к одной особе. Маленькая и хрупкая, с белыми волосами, - губы Локи говорили, а в мыслях уже происходила кровавая мясорубка. - Припоминаю такую, - усмехнулся Клеато, но улыбка его была фальшивой. Мужчина был напряжён до предела. Жизнь научила его не переоценивать противника, так же как и недооценивать. Если кто-то заявляет, что пришёл с расправой и глаза его при этом горят диким огнём, то этот человек либо выживший из ума, либо отчаянный сорвиголова, отлично владеющий мечом. Сейчас Клеато больше склонялся ко второму варианту. Да, незнакомец казался ему безумцем, но безумцем расчётливым. Наверное, никто из всадников не понял, что произошло. Два рыцаря упали замертво, проткнутые чем-то острым. Третий схватился за горло, пытаясь остановить брызжущую фонтаном кровь. Напуганные кони встали на дыбы, скинув своих седоков. Верхом остались лишь трое. Силуэт улыбающегося Локи растворился. Он был лишь иллюзией. Настоящий же Локи всё время стоял позади. Растерянные рыцари не слишком решительно сомкнули ряд, заслоняя собой Беренгара Клеато. Неужели они всерьёз полагали, что смогут остановить трикстера? Яркая вспышка скипетра и ещё трое упали замертво. Следующей атаке подверглись всадники, представляющие хоть какую-то угрозу. Увы, их кони тоже пострадали. Теперь перед Локи осталась жалкая горстка никчёмных людишек. На удивление, Клеато сам оттолкнул их в сторону, желая биться. Обнажив меч, он презрительным взглядом смерил противника. «Смельчак», - пронеслось в мыслях трикстера. Рукоять скипетра заметно удлинилась, делая его пригодным для боя, без применения магии. Клеато ринулся на противника первым. Локи ловко ускользнул от его удара, взамен задев плечо мужчины скипетром. Клеато сделался осторожнее. Искусно владея мечом, он то и дело занимал наступательную позицию. Локи был даже рад практически равным силам. Трикстер жаждал настоящего сражения, а не минутной стычки. Который раз ускользнув от мощного удара, Локи изловчился, полоснув остриём скипетра по груди Клеато. Тот поморщился от боли, но удивление было сильнее. - Простому смертному не дано нанести мне ран. - Я бог, тупое создание! Мимолётный диалог дал несколько секунд отдыха. И всё же, силы были абсолютно равны. Получив удар ногой в грудь, Локи отлетел на несколько метров. Сузив глаза, трикстер кинул злобный взгляд на Клеато. Не выпуская его из поля зрения, Локи быстро поднялся. Грудь немного болела. Во избежание чего-нибудь непредвиденного, Локи предпочёл облачиться в свои доспехи. Клеато понял, что трикстера так легко не одолеть. Отбросив меч в сторону, мужчина взмахнул рукой. В Локи полетел сверкающий сгусток энергии, который был успешно отражён скипетром. Поспешив сократить расстояние, дабы не дать повторить врагу нечто подобное, Лафейсон на мгновение увидел, как они оба сцепились, уничтожая себя вырвавшейся магической силой. На осознание видения времени не было. Ближний бой ужесточился. Получив уже не одну рану, они продолжали отчаянно биться, пока Клеато не решил всё закончить. Перехватив руку Локи, мужчина сжал её, в то время как Лофт сделал то же самое с другой рукой. Что-то, подобное мощным ударам тока, начало пронизывать тело бога коварства. Стиснув зубы, он решил не оставаться в долгу. Кожа Локи приобрела синий оттенок. Крепче сжав руку Клеато, трикстер улыбнулся. Прикосновение ётуна может быть безвредным, а может оставлять сильнейшие ожоги. Клеато взвыл от неожиданной боли. Его рука почернела уже до самого локтя, но он не отпустил трикстера. Вот то, что Локи не так давно видел! Они сцепились, словно волки, дерущиеся всегда насмерть. В глазах Локи иногда темнело, но он знал, что нет такой силы, способной заставить его сдаться. Сильнее сжав пальцы, Лафейсон попытался усилить боль врага. Руки того уже покрылись толстым слоем льда. Внезапно разжав пальцы, Локи оттолкнул Клеато. Прибегнув к помощи своего меча, трикстер полоснул лезвием по правому голеностопу мужчины, заставляя упасть того на одно колено. Зажмурившись, Клеато подавил в себе вскрик, что, ясное дело, не доставило Локи никакой радости. Он хотел, чтобы Клеато вопил от боли. Проведя остриём меча от ключица до кадыка, бог оставил кровавую полосу. Клеато прекрасно осознавал, какая мучительная смерть его ожидает, если он не выведет трикстера из себя. - Я лично вырвал ей крылья, заставив ту сучку верещать от боли. Но особую радость я получал, наблюдая, как её насилуют один за другим мои рыцари. Признаться, она была ничего, пока её так не подпортили. А ещё… Клеато почувствовал пронизывающую боль вдоль позвоночника. Слыша отвратительный звук рвущегося мяса, он всё же закричал, а меч Локи входил глубже в его плоть. - Забирай порченый товар себе, - захлёбываясь кровью, прохрипел Клеато, прежде чем трикстер вонзил кинжал в его сердце. Слушать его у Локи не было сил, а оставлять истекающего кровью врага не хотелось. Всё же Клеато являлся полубогом, и нанесённые раны могли оказаться для него не столь губительными. А кинжал, доставшийся по чистой случайности, мог лишать жизни высших созданий Сеттелементиума. Вот и всё. Локи смотрел, как чёрные пятна поглощают тело Клеато, превращая его в прах. Но Локи не чувствовал ожидаемого удовлетворения. Оглядевшись вокруг, бог не увидел тех нескольких выживших из свиты мерзавца. Пусть бегут! Переступая через тела убитых, Локи подошёл к мёртвому коню Клеато. Он придавил собой то страшное создание. Скалив пасть, оно глядело на трикстера. Локи пнул тушу коня, тем самым сдвигая его с места и высвобождая диковинного пса. Животное встало на четыре лапы и продолжило смотреть на трикстера. - Пошёл прочь! – перерубая длинную цепь, прикрикнул Лофт. Пёс остался стоять на месте. Нападать он явно не собирался. Пройдя мимо животного, Локи зашагал в сторону, откуда не так давно явился. Конь его убежал, когда завязался бой. Оставалось надеяться, что он бродит где-нибудь неподалёку. Пройдя несколько миль, Локи обернулся назад. Пёс следовал за ним, держась на некотором расстоянии. Только этого ещё не хватало! Вздохнув, Локи побрёл дальше. Сегодня стемнело ещё раньше. Небо украсилось россыпью звёзд. Где-то там, далеко-далеко, могло существовать множество миров, о которых было никому невдомёк. Там жизнь могла процветать или, наоборот, существовать последние часы. Локи уже об этом не размышлял. Он лишь хотел скорее добраться до замка. Трикстеру надоело абсолютно всё. Одна половина его сущности мечтала о спокойствии. Другая половина, именуемая тёмной стороной, давала о себе знать, напоминая о кое-чём незавершённом. Находясь в противоборстве с самим собой, Локи изматывался ещё больше. Присев у одного из высоких деревьев, тянущихся своими макушками к бархатному ночному небу, Лафейсон прикрыл глаза. Когда последний раз он спал? Бог не смог припомнить. Сейчас ему требуется хотя бы час отдыха, ведь впереди долгий путь. Коня отыскать не удалось: он умчался в неизвестные дали и, скорее всего, был кем-нибудь пойман. Трикстер собирался одолжить скакуна в ближайшем поселении, до которого ещё предстояло добраться. Шорох листьев заставил Локи приоткрыть уставшие глаза. У дерева напротив сидел тот пёс. Животное не думало уходить, возможно, признав Лофта хозяином. Недовольно скривив губы, бог погрузился в лёгкую дремоту, незаметно перетёкшую в глубокий сон. Во рту ощущался сладковатый привкус крови, через мгновение хлынувшей откуда-то изнутри. Глядя на серебристое копьё, торчащее из груди, Локи сжал его пальцами, стараясь вытащить. Боли больше нет, словно трикстера не проткнуло насквозь. Сантиметр за сантиметром, Локи вытащил из груди копьё, отбрасывая его в сторону. Кровь хлынула сильнее, заливая собой груду камней. Стараясь изо всех сил, Локи поднялся на ноги. Как же холодно! Пронизанный дрожью, он улыбается, сам не зная чему. Наверное, тому, что смерть его не напрасна. Так всё и должно было закончиться. Иного он не заслуживал. Сердце пропускает удары один за другим. Холод накатывает сильнее… Локи открыл глаза. Первым делом он ощупал грудь. Приснилось. Откинув дурные мысли, Локи без промедлений отправился дальше. Небо озарялось уже красноватыми бликами, оповещая о скором рассвете. Очевидно, Локи проспал далеко не час. Теперь стоило поторопиться. Примерно в полудне отсюда должно располагаться селение, где трикстер намеревался раздобыть коня. Впереди виднелся замок. На его башнях уже развевались знамёна с гербом Амидайо. Но обитателей в замке по-прежнему было немного, о чём свидетельствовали лишь некоторые светящиеся окошки. Всё правильно, эта цитадель, окружённая с трёх сторон пропастью, была временным пристанищем. Пришпорив коня, Локи направился к каменному мосту. Ворота перед трикстером открыли практически сразу. Поручив коня кому-то из рыцарей Амидайо, Локи торопливо прошёл в сам замок. Глупо было надеяться, что его встретит Элл, и всё же Лофт не исключал такого поворота событий. Увы, никто его не ждал, кроме Тора. - Завидел тебя издали, - пояснил громовержец. - Ты мрачен, - заметил Локи. – Случилось что? - Нет, - покачал головой Тор. – Я надеюсь, ты не привёз никакого сувенира? - Там мало что осталось, - понял намёк трикстер. Локи прошёл мимо бога грома, направившись в следующий зал. Тор пошёл за братом. - Не хочешь спросить о девушке? – не слишком громко задал вопрос громовержец. - О твоей? Быстро же ты нашёл замену той смертной! – рассмеялся Локи, хотя понял, о чём спрашивает Тор. - Нет, я об Элл. - Если бы что-то случилось, ты непременно мне рассказал бы, - не оборачиваясь, ответил Локи. Он торопился лично увидеть Элл, а не слушать о ней. Не обдумывая возможный разговор, Локи надеялся, что девушка уже спит. В таком случае он смог бы провести рядом с ней куда больше времени. Бесшумно подойдя к двери в покои Элл, трикстер сразу повернул ручку. Он знал: если будет думать, то не решится войти. В покоях приятно пахло уже полюбившимся ароматом пряностей. Оказывается, у счастья есть запах! Улыбаясь, Локи прикрыл дверь и замер. Элл не спала, как он полагал. Девушка сидела на краешке кровати. Её пустой взгляд был устремлён вниз. Казалось, в голове Элл сейчас не было мыслей, слишком отрешённой она казалась. Локи оставался на месте, ожидая, когда его заметят и заметят ли вообще. Элл несколько минут сидела не шелохнувшись и даже не моргая. В себя она пришла незаметно, Локи даже не сразу понял, что глаза девушки уже смотрят в его глаза. Такой печальной девушку трикстер ещё никогда не видел. Она не старалась изобразить улыбку, и Локи понятия не имел, как Элл относится к его внезапному появлению. Благо в глазах феи отсутствовал былой страх. Как бальзам на душу. Продолжая стоять, как истукан, Локи наблюдал за Элл. Она медленно поднялась с кровати и также медленно направилась в его сторону. Скажет она что-нибудь или прогонит? Сжав пальцы, Лафейсон ожидал своего «приговора». В горле пересохло, а на лбу напротив выступила испарина. Элл приблизилась уже вплотную. Локи казалось, что он чувствует тепло, излучаемое её телом, или это он весь горит? Элл склонила голову и прижалась к груди бога. Такая маленькая и беззащитная. Локи закрыл глаза, прижимая фею к себе. Она только его, и неважно, что не так давно Элл касалось множество других рук. Больше никому Локи не позволит и пальцем дотронуться до его любимой девочки! Элл обмякла в руках бога, её плечи перестали содрогаться от плача. Прижавшись спиной к двери и опустившись на пол, Локи продолжал обнимать девушку. Гладя Элл по спине, бог зарывался лицом в её белые волосы, наслаждаясь их воссоединением. Элл тоже теребила пальчиками волосы трикстера. - Прости, - тихо прошептала она. - Глупенькая, - улыбнулся Локи. – Не тебе просить прощения.