Первокурсник

Началась та самая «неделя моего завоевания». Если честно, это было довольно-таки весело. Мы волею судьбы где-нибудь да сталкивались! То на кафедре в коридоре его встречу, то в кафетерии увижу. И он так мило смущаться начал, как будто ребенок, которого похвалили! Я прохожу мимо и, пытаясь сдержать улыбку, тихо здороваюсь. Он похотливо на меня смотрит и улыбается лишь уголком губ, потом провожает взглядом. Кстати, я все еще ютился на диване. Сначала мне просто было лень тащить эту тяжесть, то бишь кровать, на пятый этаж, потом я благополучно забыл о ее существовании и считал дни до моего возвращения в «семейное ложе». Мы лыбились, как придурки, находя друг друга глазами, и незаметно, почти невесомо, соприкасались руками, пройдя рядом. Это было так по-детски глупо, что однажды я потерял самообладание. Мы с другом поднимались по лестнице, Тёма же наоборот спускался. Как только он появился в поле моего зрения, в голове пропадали все мысли. Пройдя рядом, он, конечно же, дотронулся до меня и поздоровался еле слышно. – Привет, – придыханно произнес я, провожая его взглядом. Для меня это было целое увлекательное путешествие, а на деле прошло несколько секунд. Я продолжил подниматься, боковым зрением продолжая следовать за возлюбленным. Он на ходу доставал сигареты и запахивал куртку. – Никита! – в идиллию моих мыслей вмешался друг. – Ты чего это с преподом «приветами» раскидываешься? – Я?.. – аж опешил от такого вопроса. – Тебе показалось просто, – махнул рукой. – Я так не мог сказать, он же учитель. – Да хорош заливать! Слышал я все прекрасно! Еще и глазки ему состроил, как дамочка! Вот сейчас сердце унеслось в пятки. Мозг тоже отказывался брать вину на себя, поэтому путных идей не выдавал. Я застыл. – Прием! – юноша пощелкал пальцами передо мной. – Ты чего застыл? – Было не красиво с твоей стороны говорить, будто я строю кому-то глазки, как дамочка, – спокойно ответил я, поднимаясь дальше. Мы благополучно замяли этот разговор и вскоре забыли о нем. Я взял на заметку вести себя более сдержанно. Днем я получил заманчивое сообщение от Артёма, где говорилось, что сегодня вечером он приглашает меня на прогулку. Отказывать не было смысла, поэтому я отправил ему короткое согласие и кучу смайликов. Встретились мы уже дома. Я не выходил его встречать у дверей, как это обычно бывало. Мы же гордые, «правила» все соблюдаем… – Можно пригласить вас на романтическую прогулку? – юноша зашел на кухню, оглядываясь. – Попробуй, – улыбаясь, ответил я, и отправился одеваться. Мы действительно здорово провели время. У меня создавалось впечатление, что этой «придуманной» границы между нами нет вовсе. Я долго рассказывал о произошедшем сегодня разговоре с другом, Тёма пригрозил пальцем и сказал, что узнать об этом не должен никто. Все-таки открытость открытостью, а посмешищем становиться не очень хочется. Ведь пока еще общество не созрело для таких новостей… – А в кровать можно прийти? – умоляюще посмотрев, спросил я. – Не-а. – опечаленно покачал головой. – Это будет нарушением мирных договоренностей. – Ну, что ты такой противный! – взбушевался я. – Я хочу к тебе! – А я тебя хочу. Видишь, у каждого свои заморочки. – Так за чем же дело стало? – удивился я. – Говоришь так, как будто я не даю тебе. – А ты даешь? – хитро заулыбавшись, прижал меня к лестничной клетке. – Да бери, сколько вздумается! – я уже потянулся за поцелуем, но Тёма отстранился. – Договоренности, – четко произнес юноша, возобновляя подъем по лестнице. Я обреченно вздохнул, опустив руки. – Вот стоит тебе мимо пройти и у меня встает. – Артём открывал входную дверь. – А представь, как сейчас тяжело. Я оказался слишком близко, среагировало всё и моментально. Еще чуть-чуть и пришлось бы тебе отсосать. – Я не умею... – обиженно произнес я, совсем тихо. – Научим! – юноша хлопнул меня по плечу и закрыл дверь в комнату. Из прихожей я посмотрел на этот злосчастный диван и мысленно помечтал о мягкой кровати, пока раздевался. *** До конца недели оставалось совсем немного. Я ждал этого момента, как манны небесной. Тёма то и дело появлялся передо мной в неглиже. Это заводило… Днем он писал мне забавные сообщения, постоянно переводя все на флирт. Иногда незаметно подсовывал мне шоколадку в карман или что-то еще. – Прекращай уже нагибаться, блять! – не выдержал однажды Артём. – Я вообще-то убираюсь. Ты мне как предлагаешь поднимать вещи с пола? Силой мысли? – Как-нибудь по-другому! Не знаю, пойди веником их смети и там собери все сразу! Просто сделай так, чтобы твоя задница не мелькала передо мной. – Она тебя смущает? – демонстративно повертелся перед ним. – Очень! – парень аж покраснел весь. – Ты сейчас нарвешься, и полетят к чертям все наши договоренности. – То есть до тебя только что дошло, что я этого добиваюсь? – засмеялся я, поворачиваясь лицом к любимому. – Остался один день, – вздохнул юноша. – Потерпи уж. Я же держусь. – У тебя стоит, – усмехаясь, оповестил я. – Держится он блин, – я громко рассмеялся. – Заметь, ни одного прикосновения. Только твой вид будоражит меня. – Я даже не знаю, в условиях нашей "войны" – это хорошо или плохо?.. – сделав задумчивое лицо, продолжая уборку. – Плохо! Очень даже плохо! – в сердцах выкрикнул Тёма. – С условием того, что я не могу дотронуться до тебя – это ужасно. Мне придется самому с этим разбираться… – И ты, конечно же, откажешься, если я предложу свою помощь… – Естественно! Я же держу данное слово! – Тогда удачи тебе. Работай, дорогой, ручками, – я усмехнулся, скрываясь за дверью. – Ты чертов извращенец! Приходишь, соблазняешь меня и уходишь?! Вот так поступают сейчас возлюбленные?! – Нет, ты отказываешься от моей помощи и делаешь меня в этом виноватым? В чем дело, принцесса? Берега что ли попутал? Артём укутался в одеяло с головой, высунув только часть носа. Он лежал, свернувшись клубочком и тихо сопел, потом начал что-то шептать. – Хватит сыпать на мои хрупкие плечики проклятия. – Я подумал, что если я успокоюсь и мирно полежу на кровати, все пройдет само собой, – вздохнув, пожаловался юноша. – Что-то не очень действенный способ… – Мне подойти? – Нет, – покачал головой, продолжая еще больше укутываться. – Ни в коем случае. – Я думал, что ты хоть сейчас сдашься. Он ничего не ответил, только проследовал за мной взглядом, когда я вышел. Мы решили, что в воскресенье, ровно в двенадцать часов ночи, будут подведены итоги нашего противостояния. Потом мы наконец-то предадимся плотским утехам. Хотя изначально я предлагал, секс поставить первым в списке, Тёма конечно запротестовал. Уже с самого начала дня меня мало что интересовало из происходящего, потому что я вожделел логического завершения «войны». Люди вокруг меня, что-то говорили и спрашивали, а я же предавался мечтам. С Тёмой мы разошлись еще ранним утром. Он уехал к родителям, выполнять какие-то срочные поручения, а меня одногруппники вытащили в кино, мотивируя тем, что отрываться от коллектива, как минимум, некрасиво. Честно сказать, я не очень-то ладил с группой. В первые дни нашего знакомства я был занят разглядыванием сахарной попы Артёма, а после вообще с головой окунулся в общение с ним. Но надо сказать, ребята со мной учились классные. Веселые, добрые и отзывчивые. Я быстро нашел общую тему с коллективом, поэтому вскоре позабыл об утренних переживаниях. – Никит, а девушка у тебя есть? – поинтересовалась милая мадам, обходя меня. – Эм… нет. Я свободен, как… ну ты поняла, как кто, – я рассмеялся вместе с остальными. – Посмотрите, его это ничуть не беспокоит, – сказал высокий юноша, шедший рядом. – Мне кажется, есть ему с кем развлекаться, – вклинился друг в разговор, обращая все внимание на себя. – Это правда? – опять уставились на меня. – Ты что-то знаешь? Это страшная тайна? – девушки, да и парни начали расспрашивать друга. – Нет… не знаю… - замешкался парень, глянув на мой злой взгляд. – Думаю, это не то, что стоит обсуждать. – О, он определенно все знает! – воскликнули все хором. – Значит, это точно страшная тайна! – Может, он женат, и у него трое детей?! – А что, если он трансгендер и совсем недавно был девушкой?! Все дружно рассмеялись, продолжая обсуждать кем, я мог быть на самом деле. Потом они переключились на что-то еще, увидев рекламный баннер. Я вздохнул с облегчением, когда обсуждение моей личной жизни, наконец, прекратилось. – Что ты знаешь? Что ты видел? И что ты успел подумать? – быстро спросил я у друга, как только мы немного оторвались от толпы. Юноша глубоко вздохнул и потупил взгляд. – Называешь ты его – Тёма, реже Артём. Живете на пятом этаже близлежащего дома. Сейчас вы что-то там замутили и ждете неделю. Из-за тебя он почти бросил курить. Лабораторные работы его выматывают, и он хочет поскорее развалиться на диване, устроив голову на твоих коленях, чтобы ты перебирал его волосы. Его это успокаивает и заставляет расслабиться, – он поднял взгляд на меня и покраснел. – Про интимные подробности тоже говорить? – Да. – Эм… секс в ванной ему совсем не понравился. Было жутко тесно и неудобно, – парень отчаянно краснел и смущался, как дитя, но продолжал говорить. – Когда между стонами ты выкрикиваешь его имя, это только заводит. Ждет с нетерпением, когда ты научишься делать минет, уверен, что это будет великолепно. И ты шикарно смотришься в этих штанах, особенно вид сзади… Я провалился сквозь землю. Обомлел и шокировано хлопал ресницами. Как можно столько узнать о чужой жизни? Он, что сталкер?.. – Ты следишь за нами? – все, что я смог сказать. – Нет, – покачал головой. – Телефонные разговоры. Он большой любитель поговорить. Спускаясь по лестнице, в курилке, в туалете, просто идя по коридору. А однажды он был в лаборантской, а я шел мимо. Я остановился, делая вид, что рассматриваю рекламный плакат, на самом деле слушал ваш разговор. – Знаешь, я в шоке, – честно признался я. – Я, конечно, знаю, что он обсуждает абсолютно все. Знаю, что интимные моменты он обсуждает, находясь один где-нибудь в кабинете. Но подслушивать? – удивленно спросил я. – Зачем? Что конкретно тебя интересует? Уж у меня бы спросил… – Извини. По сути, я слышал какие-то обрывочные фразы, на которые никто не обращает внимания. Просто я собрал их вместе… – Ладно… как, наверное, ты понял – мы встречаемся. Спим вместе. Я его безгранично люблю, думаю, что и он втюрился по уши. Я этого стесняться не собираюсь, просто афишировать никто не собирался. Если для тебя такие отношения не приемлемы, то скатертью дорога. Извини, но любимого человека на друга никогда не променяю. Тем более уже есть человек, все знающий и поддерживающий меня, – я вздохнул. – Хотя друг ты мне все-таки лучший… – Я… не против… совсем… - он опять начал смущаться. – Не мне указывать, кого выбирать. Для меня это немного странно. И, если я скажу, что мне интересна ваша жизнь, и я хочу узнать больше о ваших отношениях, посчитаешь ли ты меня извращенцем? – Я с парнем встречаюсь, – рассмеялся я. – Так что я извращенцем похлеще тебя буду… Мы вместе громко рассмеялись. Наши товарищи обратили на нас внимание и заметили, что мы прилично от них отстали. – Я тебе обязательно расскажу подробности, если ты захочешь, но давай это будет потом, – я улыбнулся. – Теперь ты хранишь мою тайну. Пожалуйста, будь мне верен. Юноша кивнул и пошел следом за мной. Я не знаю, правильно ли было раскрыться ему, но я сделал это намеренно. У меня не было ни малейшего желания противиться и отрицать очевидное. Меня, конечно, удивило, что он так много знает. Но, если он смог узнать эту информацию, значит, мы с Тёмой были беспечны и совсем забыли, что надо хоть чуть-чуть скрывать свои чувства… Я был рад, что этот разговор закончился именно так. Наверное, следует Артёма познакомить с теми людьми, которым я доверился и открылся. А может быть даже познакомиться с его друзьями… Пока пришлось отложить эти мысли, потому что я вспомнил про «войну». Ведь время неумолимо бежало, приближая меня к логическому разрешению нашего «конфликта»…