Всё победит и преодолеет любовь

— Чёрт бы побрал эту погоду, — пробурчал Хаято идя по улицам Токио и отряхиваясь от снега в своих волосах, который быстро таял. — Нет бы сейчас в Италии находиться, нет, Реборну приспичило вернуть Тсуну. А ведь с самого начала можно было понять, что этот жирник-бурдюк с салом не способен унаследовать Вонголу. И теперь я, как правая рука, должен попытаться уговорить Саваду вернуться и быть главой. Дело за малым — осталось найти девчонку, хотя она, скорее, уже девушка.       Гокудера затряс головой отгоняя от себя пошлые мысли, попутно начиная краснеть. Нет, он, конечно, помнил, какой раньше была девушка, а ведь со временем девушки становятся лишь ярче и краше. Неясно было только одно: почему Реборн, даже через все свои связи, не смог узнать где прячется Савада и вообще жива ли она? Но Хаято верил, что девушка всё ещё жива. Всё так же любящая его, с её неповторимой улыбкой. Парень много раз представлял их встречу через столько времени, причём всё до мельчайших подробностей. Вот только если он знал, что всё будет далеко не так, как он замышлял. Из раздумий его вырвала песня, которая завораживала своим смыслом, но ещё больше певица, которая исполняла её. Каждый кто поднимал голову на большой экран, на котором она сейчас пела, просто не мог опустить голову. Правая рука босса Вонголы чисто инстинктивно поднял глаза на экран и замер. Он не мог поверить, не представлял, нет, такого быть не может, может, он обознался? Но нет — с экрана на него смотрела повзрослевшая Савада Тсунаёши. Конечно, он мог не узнать её, но всё же некоторые черты лица не всегда меняются с возрастом. — А девочка танцует, девочка смеётся. Она тебя забудет и больше не вернётся, а девочка танцует — королева ночи. Она тебя не любит, она тебя не хочет, — голос из динамика был очень и очень чётким, а самое главное, что она пела с такой улыбкой на лице, будто бы и не теряла ничего. Как-будто и не было тех разговоров, того побега и недомолвок. Будто было всё тихо и спокойно, что Савада никогда не знала печали или горя. Но когда слегка замёрзший Гокудера понял, о чём пела Тсунаёши, ему стало не по себе. Он, конечно, не знал её очень и очень близко, но, кажется, песня была адресована именно ему. Хотя можно ли считать простую дружбу чем-то особенным. Они даже расстались тогда просто друзьями: каждый не успел сказать о своих чувствах, хотя каждый из них догадывался о существовании чужих. Но тем не менее песня продолжалась, и теперь Хаято слышал следующие строчки: — На вопросы теперь ответов нет, так красива она как сладкий сон. А в глазах у неё волшебный свет и, наверное, ты в девочку влюблён.       Конечно, парень понял всю суть этого комического происшествия, но до сих пор не мог в это поверить. Песня уже давно прошла, а Хаято так и остался с поднятым взором и недоумением в глазах. И это Тсуна, это их Тсунаёши? Нет, уже, скорее всего, нет, ведь это видно по её глазам, улыбке. Она их забыла, вычеркнула из своей жизни и теперь наслаждается новой. Стоит ли тревожить её? Ещё бы, иначе Реборн самолично ему яйца оторвёт. Найти менеджера Савады не составило труда, а вот встретиться с самой певицей уже составило. Большие усилия и связи пришлось использовать Урагану Вонголы, и вот перед ним стоит та, кого он когда-то считал очень робкой и застенчивой. Она улыбнулась ему, видимо, узнав, но как-то довольно холодно. Спросив совсем без эмоций, что ему надо и услышав про то, что Они хотят вернуть её, Савада громко засмеялась и пошла куда-то вглубь отеля, где и была назначена встреча. Брошенные напоследок слова совсем убили Хранителя. — Ты серьёзно?! Нет, серьёзно? После того, как вы вышвырнули и вычеркнули меня из своей жизни? Я должна вернуться? Нет, не в этой жизни.       После таких слов у него оставался только один туз в рукаве — её похищение. Но если бы только Хаято знал во что ему всё это выльется, то точно не стал бы делать этого, а с немного грустной совестью вернулся бы в Италию и доложил об этом Реборну.       Хаято решил так просто не сдаваться; навыки слежения были отточены до мастерства, вот только жаль, что он, ослепленный нежеланием бывшей Савады говорить с ним, так же как и возглавить Вонголу, не заметил за собой хвост. Хотя это даже было на руку тому, кто был этим самым хвостом. Это был местный папарацций, который уж очень хотел не-таких-как-у-всех снимков с Орихарой-Савадой, а точнее узнать про её прошлое, которое муж всячески прятал от посторонних глаз. Для большинства людей Орихара встретил её в кабаре на сцене и сделал предложение, так что тайна личности его жены была до сих пор покрыта мраком.