Да будет Тедас!

      Петли на двери в спальню Аноры жутко скрипят, когда король спускается к завтраку. Там наверняка Алистера ждут посыльные от фавориток, а до покоев королевы ему будет дело лишь вечером.       И крысиный писк по углам кажется досадным упущением прислуги, но стоит заскрипеть двери, как он сменяется каким-то странным гулом. На месте крысы лишь "посторонний", придворный маг, он только шепчет: — Анора!       Та лишь сонно откидывает край одеяла.       Амелл скользнет под шелковый край пододеяльника, любуясь, пригладит волосы Аноры и начнет целовать вдоль позвоночника. Королевское высочество снисходит по-разному, сегодня — лишь когда он доберется до поясницы. И только потом оборачивается, пытаясь улыбнуться. — Алистер опять?.. — Ты знаешь, что он считает меня холодной. Ледышкой, — всматривается она в по-тегановски рыжеватую бородку Тайлера. — А еще я знаю, что это множество раз не так, — наклоняется к ней Герой Ферелдена, — и что у тебя очень чувствительные коленки.       Анора тщательно скрывает свой интерес к татуировке крысы у него на бедре. И то, как довольно стонет в подушку. И то как любуется превращением тайного канцлера обратно в крысу.       Зато потом ей снятся чудесные сны и она с удовольствием поделится ими с Эрлиной за завтраком.       По утрам роза не столь одинока среди ежевики, как думают иные.