Глубина

      — Мне кажется, в твоих очах зима, — я произнес, почти не шевеля губами.       Он улыбнулся. Белые снега блеснули в сером зазеркалье.       — В твоих златых кудрях тонуло солнце вечерами, — ответил столь же тихо.       Опять улыбка, но теперь моя.       Как будто облака спешат над нами... Мне поймать их невозможно было.       Да и ненужно, полагаю. В конце концов, чужие губы наблюдаю и их бутоны нежные я описать стремлюсь. И передать пытаюсь всю прелесть ароматов, которые холодный ветер с них срывает.       — Веснушки, как россыпи пыльцы, лицо всё покрывают.       Смущаюсь. Лучше бы молчал. И солнце в детстве бы меня не целовало.       — А у тебя немного косит носик вправо, — стараюсь я задеть его в ответ. Срывается смешок с пурпурных губ... Как будто цвет с секундой каждой прибавляют.       — И это мило? — вопрошает, меня вынудив взгляды потупить. Срываюсь. Смотрю я вновь в бездонные глаза. Как серость сумерек, тумана сырой запах. Люблю их больше, чем всего себя.       — Прелестно, как роса ещё до первого луча, — а он счастливый смотрит на меня, как будто мысли вскользь читает. Светает.