Игра краплеными картами

— Да ты просто слабак. Диппер встряхивает головой и думает, что он совсем сошел с ума. Любой бы так подумал, если бы перед ним сидел чертов Билл Сайфер и пил чертов чай из чертовой кружки. Для любого это было бы слишком. Биллу нипочем, он просто сидит да пьет свой чай. Еще он смотрит Дипперу прямо в глаза, довольно мило улыбается. — Не бойся, ничего я тебе не сделаю, — говорит Билл, но как такому поверить? — Разве что сам накосячишь, тут уж я ничего обещать не могу. — И зачем мне вредить самому себе? Диппер кривится, все как всегда: Билл его бесит, потому что Билл по-другому не умеет, а Диппер уже давно не хочет ничего ему доказывать. — Да кто тебя знает, — протягивает Билл и улыбается. — Никто тебя не знает, малыш, даже у тебя с самим собой проблемы. Становится душно, вздохнуть просто невозможно, а нужные мысли и слова никак не хотят приходить. — Но ты, естественно, в курсе всего. — Вовсе нет. Просто если тебе снюсь я, а ты этому совсем не рад, то тут явно что-то не так. Диппер открывает рот в безмолвном крике. Все вокруг вдруг становится хоть немного понятным: так вот почему в комнате черно-желтые стены, вместо потолка — звездное небо, а он сам сидит на каком-то странном стуле. А еще между ними шахматы. Они беспокоят Диппера больше всего. — Зачем мне снишься ты? — Говорю же, понятия не имею. Просто снюсь, такое бывает. — И часто ты кому-то снишься? — Честно? — Билл опять улыбается и качает своей крошечной ножкой. — Впервые. Диппер опять не может вздохнуть. Это же его сон, значит, он может сделать так, как хочется только ему, но ничего не получается. Билл до сих пор здесь, он явно не собирается никуда уходить (Диппер мельком думает, что прогонять Билла в чужой сон — это очень, просто очень плохой поступок), а вокруг ничего не меняется. — Зачем шахматы? — спрашивает Диппер, но во рту сухо, поэтому получается только сдавленно прошептать. — А затем, что мы будем играть, — отвечает Билл. — Знаешь, на что? Диппер качает головой. — На твою жизнь, малыш. То есть не совсем на жизнь, но... Ты сам все поймешь. Диппер внимательно смотрит на дурацкую доску и замечает, что она какая-то странная. Вовсе не черно-белая, а разноцветная: клетки красные, голубые, зеленые и желтые. — Слушай и запоминай, — говорит Билл. — Голубые и зеленые клетки — твои друзья, а красные и желтые — мои. Ясно, в чем отличие? Диппер кивает, разница между ним и Биллом понятна и ежу. — Тогда продолжим. Правила те же, вот только одно важное отличие: доска запоминает каждый ход. Она подсчитает, сколько раз каждый из игроков наступит на клетки определенного цвета. Перевес определит твое будущее, малыш. — Неправда, — бормочет Диппер. — Это сон, просто сон. На меня никак не повлияет чертова игра, это просто невозможно. — Серьезно? Ты так уверен в этом? Билл ухмыляется и делает первый ход (конь с красной клетки переходит на желтую). — Есть разница, кто первый убьет короля? — Увы, никакой. Диппер вздыхает. Первые десять ходов он пытается подсчитывать количество голубых и зеленых клеток, но потом сбивается. Это же просто сон, он ничего не значит. Ни-че-го. Билл сосредоточен как никогда, именно он и сшибает вражеского короля своим конем. Доска вспыхивает, клетки быстро перемещаются и складываются в цифры. Перевес на красных, следом идут желтые, а зеленые и голубые отстают совсем сильно. — Чьи это ходы? — сдавленно спрашивает Диппер. — Твои, конечно. Со мной уже давно все понятно. Билл собирает фигурки, складывает доску и опять смотрит на Диппера. — Ну с тобой теперь тоже. Отныне все твои поступки будут продиктованы именно этой игрой. Ты будешь видеть эти цифры в снах, они будут преследовать тебя, но покоя тебе не видать. Диппер пытается что-то сказать, но не может. Все расплывается, дышать нечем, вокруг темнота. Ему кажется, что проходит целый век, прежде чем он просыпается в собственной кровати. Окно открыто, воздух свежий, а рассвет только начинается. — Все это неважно, — бормочет Диппер. — Просто сон. Я докажу ему, что это просто сон. И если раньше все было расплывчатым, то теперь все четко и ясно: вот она, цель его жизни. Вот он, тот самый стимул жить правильно. Так, как он всегда хотел. В комнату пробивается ярко-красный луч, проходит по лицу Диппера и исчезает. Холодно.