50 оттенков Бессонницы

      Женя до сих пор не понимал, как умудрился угодить в политравму. То есть он прекрасно понимал, что случилось и почему, но был крайне огорчен тем, как все закончилось. Месяц назад, после того, как влез в драку, защищая Злату Игоревну, нейрохирурга из этой самой больницы, от гопников, он получил весьма неприятные травмы, с которыми и был доставлен в приемный покой родной больницы. Однако, с того самого момента их со Златой отношения стали стремительно развиваться, что он считал достойной компенсацией за страдания. Не то чтобы Злата раньше совсем не замечала Женю, но тогда дальше легкого флирта за обедом не заходило, а после этого случая она взглянула на него иначе.              Он едва дождался очередной ночной смены Златы. Это случалось раз в полторы недели и, если не было срочных пациентов, они с удовольствием проводили время вместе. Женя после отбоя, когда его соседи по палате заснули, отправился в её кабинет. Злата сидела за столом, заполняя какие-то бланки, и сказала ему подождать пока она допишет одну страницу. Эти три минуты тянулись бесконечно долго. После она спрятала документы в ящик, подошла к двери, закрыв её на замок, и стала медленно подходить к Жене, расстегивая халат.              — Я соскучился по тебе, — прошептал он, целуя Злату в губы. Халат упал на пол, тут же за ним отправилась и блузка.              — Нетерпеливый какой, — она улыбнулась, подаваясь вперед и обнимая Женю. Еще несколько секунд промедления, которые сильнее раззадоривают и возбуждают. Он прижал её к столу, чуть усаживая на край, скользя руками по стройному телу. Ему так не хватает этого, они почти все время рядом, но вокруг слишком много других врачей и пациентов и она постоянно занята, а его гоняют на перевязки и процедуры. И, к сожалению (по мнению Жени) или к счастью (по мнению Златы), не к ней.              — А как иначе? — хмыкнул он, опускаясь на колени.              Брюки Златы тоже в миг оказались в стороне, затем и белье. Женя усмехнулся, заметив какая она влажная, и наконец прильнул языком к разгоряченной плоти. Совершая ритмичные движения языком, он чувствовал, как Злата зарылась ладонью в его волосы и периодически оттягивала их так, что становилось немного больно. Но это только подстегивало Женю не останавливаться, а, наоборот, прибавить темп, в скором времени для удобства закидывая ноги Златы себе на плечи, то и дело поглаживая её нежную кожу. Она стонала громко и, иногда пытаясь себя сдерживать, но почти сразу забываясь в сладкой агонии. Ему нравилось как она теряет контроль, вскрикивая от удовольствия, и показывает как ей хорошо.              — Же… Женя! О, боже! Женя! — это продлилось недолго, Злата выгнулась в спине, громко вскрикивая. Ощущения зашкаливали, совсем туманя разум, было слишком хорошо. Она и не знала, что он так умеет. Женя поднялся и крепко обнял возлюбленную, тут же подхватив её на руки и перебираясь на кушетку. Осторожно уложив её, он склонился над ней, невольно любуясь раскрасневшимся лицом. Злата тяжело дышала, зажмурившись, и бессвязно бормотала что-то.              — Да, моя дорогая, — Женя коротко поцеловал её.              — Тебе нельзя поднимать тяжелое… — прошептала она, чуть отдышавшись. Попытка встать не увенчалась успехом, через секунду Злата оказалась прижата к кушетке.              — Ты не тяжелая, — парировал Женя, опять целуя её. Она приоткрыла рот, подаваясь навстречу и постанывая. Женя спешно стягивал пижамную футболку и рукавом зацепил катетер, торчащий из вены.              — Осторожнее! — серьёзно одернула его Злата, в миг придя в себя. — Если снова выдернешь — я тебя накажу. — Злата коснулась синяков на его ребрах, к счастью, обошлось без переломов. Несколько трещин уже почти зажили. Она тогда так испугалась за Женю и неожиданно для самой себя поняла, что он ей очень дорог.              — Ооо, я люблю твои наказания, — Женя хитро ухмыльнулся, скользя ладонью по её обнаженному бедру и чуть сжимая.              — Не эти, — Злата фыркнула, не поддавшись. — Если испортишь, то ничего не будет. Мне хватило нотаций от Марины Викторовны на прошлой неделе.              — Ладно-ладно, все понял, — тут же согласился он.              Уже аккуратнее Женя стал снимать штаны и бельё, а Злата наконец расстегнула лифчик. Грудь почти болезненно ныла, хотелось скорее ощутить его мягкие прикосновения, которые всегда приносят невероятное удовольствие. И Женя не заставил себя ждать, он прильнул к её груди, целуя, массируя и чуть пошипывая, от чего Злата стонала еще сильнее. Она тоже не медлила, скользя ладонями по его телу, стараясь не касаться повязок, осторожно лаская.              В какой-то момент Злата заставила его повернуться так, что она оказался сверху. Она опустилась ему на бедра, прижимаясь промежностью к возбужденному члену. Легкое соприкосновение и оба не сдержались от стона. Не желая больше медлить, Злата чуть приподнялась, мягко обхватив член Жени ладонью, и опустилась на него. Женя довольно застонал, немного приподняв бедра навстречу, Злата, замерев на секунду, начала медленно двигаться. Она плавно и размеренно скользила вверх-вниз, изводя этим Женю. Он слегка подавался вперед, в такт её движениям, но никак не пог перехватить инициативу.              — Злата, пожалуйста! — рвано попросил он, чувствуя, что до желаемого финала им совсем близко.              Женя сжал одной рукой талию возлюбленной, придерживая, и она увеличила темп. Это было правильным решением — движения стали резже и чувствительнее из-за более глубокого проникновения. Злата громко застонала, не прекращая двигаться, когда её накрыло с головой острое и яркое ощущение. Женя чувствовал тоже самое, он еще несколько раз толкнулся сильно и глубоко, прежде чем достигнуть бурного финала. Злата, выгнувшись в его руках, со стоном опустилась на его грудь, чувствуя, как судорожно бьётся сердце, и как внутри неё всё сжимается в горячий тугой комок.              — Женя… — ей перехватило дыхание, но и так было понятно.              — Я люблю тебя, — ответил он, снова страстно целуя Злату. Такие поцелуи казались еще слаще и еще приятнее. Однако вдоволь насладиться близостью полностью им не дали. Буквально через десять минут, только они успели отдышаться и начали неспешно одеваться, в коридоре послышались шаги и знакомый голос.              — Злата, открывай немедленно! — Егор грубо и настойчиво стучал в дверь её кабинета. — Хватит вам обжиматься, там у Терехова из третьей снова рана открылась.              — Черт! Это тот, который после аварии? — уточнила она.              — Да, — подтвердил её опасения Егор. — Он орет, как ненормальный, сейчас всю палату перебудит!              — Иду! — вздохнув, Злата накинула халат и стала открывать дверь.