Пламя наших душ

Утром первого января мне было плохо. Причём отвратительное самочувствие не имело ничего общего с празднованием нового года. Моё восприятие обострилось, сердце билось в учащённом ритме, а температура тела повысилась. Особенно сильно горели ладони. Помимо этого, меня время от времени била нервная дрожь, которая заставляла чувствовать себя странно, когда я находилась в состоянии покоя. Кроме того, привычно прятавшийся в моей тени зверь, тоже не находил себе места, то и дело мелькая на самой грани восприятия. Взгляд в зеркало хорошего настроения не прибавил. Как результат происходящего со мной, на щеках выступил ненавистный румянец, а глаза с значительно расширившимися зрачками лихорадочно блестели. Что примечательно, Влад не сразу заметил, что со мной творится нечто странное. Пришлось сказать. — Знаешь, я чувствовал себя примерно также. Только кроме того, что ты перечислила, меня боялись кошки. Это пройдёт дня через три, не беспокойся, — спокойно сообщил он. — Что именно «это»? — поинтересовалась я, не намереваясь сдаваться. — Спроси у Александра. Это его рук дело. Его спокойствие меня убивало. Начинать же панику или строить из себя смертельно больную, я тоже не собиралась и потому решила перетерпеть и попытаться всё понять самостоятельно. Мысль о том, что никто не вмешался в происходящее со мной и не подавал никаких знаков, давала надежду и немного успокаивала. Хотя, если рассудить здраво — может быть просто в данный момент я никому не нужна? Но эта мимолётная мысль не тревожила сильнее того, что со мной творилось. Особенно раздражало то, что серьёзно переключиться на что-нибудь другое и отвлечься, я не могла. Всё заканчивалось тем, что я периодически «подвисала» слушая бешеный стук собственного сердца. Но звонить с претензиями к врагу, как и пытаться разговорить Влада, я не имела никакого желания. В этом мне виделась некая форма недопустимой слабости. Признание первого поражения. В итоге ночь прошла в бессонных метаниях. При этом я не чувствовала себя ни больной ни разбитой. Напротив, во мне бурлила неуёмная энергия, которую я безуспешно пыталась потратить на то, чтобы привести дом в идеальный порядок. Безуспешно, потому что в итоге дом был чист, а чувствовала я себя по-прежнему. Решив, что мне не мешает проветриться на свежем морозном воздухе, я вызвалась ехать с Владом за город, когда он решил пополнить наш запас дров. Всю дорогу он либо молчал, либо беседовал исключительно о малозначимых вещах. Боялся ли он откровенного разговора или же не считал его необходимым, для меня по-прежнему оставалось загадкой. Глядя на унылый зимний пейзаж за окном, я незаметно для себя вошла в состояние близкое к медитации и бездумно слушала урчание мотора и шелест шин. Очнулась я только тогда, когда ехать пришлось по дороге, которая вела к незамерзающему источнику над рекой, который считался святым. Место, где в любое время года можно было встретить паломников. Раньше я любила бывать здесь. Но не из желания поклониться святыни или набрать чудесной воды. Признаю — окрестности были весьма живописными. Только красота природы не являлась особенно важной. К тому же, поблизости открывались просто умопомрачительные виды на отвесные берега насыщенного красного цвета. Значимо другое. То, что это место будто стало домом родным для никогда не утихающего шального ветра. Не подвластного никаким законам природы. Лишь благодаря этому я готова верить в то, что это место особенное. Кто знает, кто обитает тут на самом деле. Но что-то подсказывает мне, что к традиционным религиям он имеет весьма посредственное отношение. Ощущение неприкрытой силы вдруг будто опалило меня сквозь слегка прикрытые веки. Открыв глаза, я никого не увидела, но когда смотрела в сторону поворота на источник, была стопроцентно уверена в том, что там есть некто, обладающий сильной энергетикой. По моей просьбе мы остановились у обочины дороги и, через некоторое время я смогла наблюдать, как по крутому заснеженному склону поднимаются фигуры священнослужителей в чёрных рясах. Они направлялись к незамеченному ранее джипу, стоявшему в отдалении. И свет, который исходил от того, что шёл впереди, я видела довольно ясно. Вдруг он обернулся и пристально посмотрел на меня, отчего стало не по себе. Во взгляде явственно чувствовалась угроза и предупреждение. — Что происходит? Почему ты попросила остановиться? — вдруг не выдержал Влад. — Разве ты ничего не видел? — изумилась я, наивно полагая, что он должен был заметить всё, то же самое. Влад отрицательно качнул головой, и мне пришлось объяснять. Только это всё равно не было оценено по достоинству. Ко мне снова отнеслись с недоверием. А мне же в свою очередь была непонятна его логика. Ну вот как он может верить каждому слову Александра и воспринимать всё, что говорю я в штыки? — И что ты сама думаешь по этому поводу? — вдруг спросил он. — Видимо мне тут и думать не надо. Александр знает всё и умеет отличить правду от лжи, — фыркнула я, не желая больше ничего объяснять тому, кто этого не ценит. — Не обижайся, но ты и в самом деле часто ведёшь себя по-детски, — проговорил он и снова завёл мотор. Мои глаза жгло от невыплаканных слёз, и я на всякий случай отвернулась к окну. Считаю ли я, что он прав хотя бы в какой-то степени? Нет. Даже, несмотря на то, что я не считаю себя по-настоящему взрослой, в моих действиях и доводах гораздо больше логики, чем в словах того, кого он считает лучшим другом и учителем. Только он словно не желает этого понимать. Обидно. И по большей части оттого, что я знаю — подобное уже случалось. Другие времена, но главные действующие лица всё те же. Поневоле задумаешься о том, есть ли карма. Ведь злодей и слепец так успешно отыгрывают старые роли. А я снова позволяю себя ранить и продолжаю лезть в расставленные сети. Всё совсем как и прежде. Можно развернуться и уйти. Но проклятое чувство долга заставляет довести начатое до конца. Я не могу это просто так оставить. Поэтому остаётся стиснуть зубы и продолжать игру, притворяясь пешкой.

***

Через день всё нормализовалось. Как будто и не было этих трёх дней лихорадки. Пульс и температура тела стали прежними. А всё, что осталось это обострённое восприятие и множество открытых вопросов. Но в целом, жизнь вошла в прежнее русло. С наступлением весны по настоянию врачей я забрала мать Влада из клиники и привезла обратно домой. Несмотря на ужасные байки, слышанные раннее о психиатрических клиниках, пребывание там пошло женщине на пользу. Она выглядела слегка сонной под действием успокоительных, но при этом стала вести себя гораздо адекватнее и больше не слышала никаких потусторонних голосов, как не испытывала и желания покончить жизнь суицидом. Влад по-прежнему работал в автосервисе, а я находилась в поисках работы, поэтому бывала дома лишь набегами, проверяя всё ли в порядке. Иногда мне думалось о том, что всё произошедшее со мной в те злополучные три дня были лишь следствием какой-то инфекции, с которой мой организм успешно справился. Но увы, это объяснение не оправдывало увиденного на источнике и вскоре я в этом убедилась. Одним погожим весенним днём Влад вернулся с работы не один. С ним приехал Александр. — Как на счёт того, чтобы расслабиться? — поинтересовался он, доставая бумажник. Я изначально восприняла эту затею с большой долей скепсиса, ибо уже имею примерное представление, чем всё это закончится. Видя мой недоверчивый взгляд, колдун расстегнул куртку и продемонстрировал кобуру, которая висела совсем не для красоты. — Оригинальная идея релакса, — не выдержала я. — Да брось ты, неужели пострелять не хочешь? Признаться честно, слабость к оружию породила искушение, против которого я не могла устоять и в итоге составила компанию мужчинам, по большей части слушая их застольный трёп. Говорили они о разных вещах. По большей части о магии и ещё почему-то о людях нетрадиционной ориентации. Когда я поняла, что уже давно не слушаю их разговора, а просто смотрю в одну точку, то решила выйти на улицу. Вскоре мужчины последовали за мной, чтобы покурить. Но на свежем воздухе, после стрельбы по мишеням, их посетила гениальная идея устроить пикник на природе. В первую очередь, конечно же они отправились за продуктами и пивом в ближайший магазин. По пути туда изрядно повеселевший колдун, демонстрировал свои навыки влияния на животных. Надо признать, что собаки на него реагировали с чрезмерной агрессией, но стоило ему лишь посмотреть на них, как животные с визгом убегали прочь. После магазина не возвращаясь домой, мы отправились на ближайший речной остров. Пройдя мимо старого кладбища и спустившись к реке, наша странная компания на миг застыла у кромки тёмного льда. Переходить на другую сторону было слишком рискованно, если не сказать большего. Мне до поры до времени казалось, что это и вовсе невозможно. Но как говорится, пьяным море по колено. А пьяным колдунам тем более. Прежде чем я успела возразить против выбора места пикника, Александр спокойно вышел на лёд и зашагал по направлению к острову, еле торчащему из воды. Следом за ним пошёл и Влад. — Стойте, провалитесь же! — крикнула я уже во след. В ответ мне донеслось насмешливое: — Колдуны не тонут! Я издавна не слишком лажу с водной стихией, а потому сильно замешкалась. Ладно, допустим, я верю, что сейчас дело обошлось не банальным везением. Нормальные люди проваливаются и под более толстый слой льда. То, что отделяло так называемых колдунов от воды, можно было назвать скорее ледяной коркой. Сквозь неё так отчётливо был виден быстрый речной поток… — Не стой на месте! Иди следом и не провалишься! — прокричал Александр. — Даю слово колдуна! Честно признать, я всегда избегала ходить по речному льду. И даже за водой, когда мы жили у реки, всегда ходил Влад. А тут… Не знаю, что на меня нашло, но я рискнула и быстро пошла вперёд, совершенно не думая о том, как мы будем возвращаться. Всё же, погода стояла солнечная, тёплая, и вскоре должна была исчезнуть и эта прозрачная переправа. Едва я ступила на твёрдую почву, до меня донеслись звуки слаженных аплодисментов. — Пришло время поговорить о настоящих возможностях магов, — серьёзно произнёс Александр. Куда-то вдруг подевалась вся его напускная весёлость и хмельной взгляд. – То, что я демонстрировал сегодня — всего лишь детские забавы по сравнению с тем, что вы можете получить. — И что же? — не удержалась я, хотя суть предложения можно было спокойно угадать и так. — Истинное могущество и знания, которые помогут вам возвыситься над прочими людьми. — Нам? — Да. Я специально выбрал тебя и Влада, поскольку в вас заключён огромный потенциал. Но раскрыть его поможет лишь настоящее посвящение на лысой горе, — вдруг он замолчал и пристально посмотрел мне в глаза. — Ты ведь ощутила те изменения, который произошли с тобой этой зимой? Я нехотя кивнула. — Я произвёл настройку. — Какую настройку? — насторожилась я. — Раз уж ты неразлучна с моим учеником, я решил взять тебя под своё крыло. Так что в некотором роде, теперь ты тоже моя ученица. При этих словах мне одновременно захотелось скептически хмыкнуть и тревожно поёжиться. Учеников без согласия он видите ли набирает, не спросив, навязывая настройки иного восприятия. Удивительно нагло и глупо. — А что там по поводу посвящения? Меня об этом тоже не спросят? — поинтересовалась я, пользуясь тем, что колдун был благодушно настроен. — Ну почему же. Здесь как раз согласие обязательно. Рассказать? Я кивнула и далее последовал рассказ о самом ритуале, который нравился мне с каждой секундой всё меньше и меньше. Признаюсь, я легко бы выдержала треш с участием живого кольца, состоящего из бесчисленного количество не пойми кому принадлежащих глаз. Но едва я услышала о невинной жертве, как во мне проснулось неистовое желание узнать, что по этому поводу думает Влад. Неужто, он сам согласен и на это? Лично я, наслушавшись о так называемом посвящении, заподозрила колдуна в том, что он набирает людей для совсем иного ритуала, цель которого пока мне не ясна. Но я решила в целях конспирации выглядеть этакой заинтересованной восторженной адепткой. И по мере того, как Александр рассказывал мне о своих планах, я преображалась всё больше и больше. Истинная сущность отходила на второй план, прячась там, где никто не мог её разглядеть. А на смену ей пришёл двойник. То, с чем я всегда буду готова легко расстаться, чтобы не утратить своё настоящее Я.

***

После весьма продолжительной беседы, веселье продолжилось. И пока мужчины расслаблялись, по большей части болтая без умолку и строя планы на будущее, я примеряла на себя новую роль, ещё не ведая, сколько времени придётся её играть. Моя сосредоточенность на своих мыслях сделала обратный переход по льду событием малозначимым. Я привычно следовала за продрогшими мужчинами, которые стремились снова окунуться в домашнее тепло, и даже не сразу обратила внимание на то, что Александр достал из кобуры пистолет и весело им размахивал. Когда же это бросилось в глаза, было уже поздно — они успели повздорить с каким-то местным мужиком, который сам был навеселе и при этом пытался их образумить. И, пожалуй, если бы я не вмешалась в их ссору, неизвестно чем всё могло бы закончиться. Но я схватила обоих под локти и практически силком потащила оттуда. — Ты чего творишь? — возмутился Влад, продолжавший оглядываться назад. — Пойдём быстрее, у меня плохое предчувствие, — сказала я, ускоряя шаг. Но мы не успели даже свернуть на нашу улицу. На нас двигалась целая толпа вооружённых дубинками подростков. — Допрыгались, товарищи магуи, — пробормотала я, опуская руки и готовясь к драке. Ненавижу толпу. Всё произошло очень быстро. На нас напали без предупреждения. И когда в сумерках мелькали лица и дубинки, я зачем-то схватила Влада под локоть и рванула на себя. Он пошатнулся и вмиг оказался стоящим рядом со мной в самом центре драки… где нас никто больше не замечал, даже несмотря на мой довольно яркий наряд. Александра я выхватить не успела. Он же не успел защититься и на моих глазах полетел на землю от удара дубинкой по голове. В этот момент из-за угла вывернуло такси, и подростки бросились врассыпную, прихватив с земли пистолет. Не сговариваясь с Владом, мы понимали, что это прекрасный шанс уйти незамеченными и поэтому, подхватив колдуна под руки, потащили его к ближайшему дому, где видели скамейку. Кроме того, тени тут были гораздо плотнее, и я была почти уверена в том, что здесь нам больше ничего не угрожает. Александр пребывал без сознания, но к счастью, пока мы приводили его в чувство, вокруг царила только тишина. Когда же он пришёл в себя и узнал о том, что пистолет украден, то перво-наперво спросил: — Ребят, а можно я поживу немного у вас? — А как же Валентина? Не потеряет? — удивился Влад. — Она скорее убьёт меня за пистолет. Может быть, кто-то счёл бы этот момент подходящим для злорадства, но не я. Ведь прекрасно понимала, что Влад не откажет своему другу и теперь он поселится с нами под одной крышей. К каким последствиям это может привести, остаётся только гадать.