Yoonmin

Лунный свет освещает одну из спален общежития, где на одной из кроватей спит блондин. Его грудь тяжело вздымается, а пальцы крепко сжимают края одеяла. Юнги уже около недели снятся кошмары. Такие, что к середине ночи его простынь, мокрая насквозь от пота, сбивается где-то в ногах, а одеяло валяется в другом конце комнаты и не понятно как оно там оказывается. Блондин почти что скулит во сне, сжимая ладони в кулаки, а по щекам его катятся редкие слезы. Также, иногда, можно услышать тихое судорожное «нужен», повторяющееся снова и снова. Просыпаясь, сам Юнги не может вспомнить что же ему снилось, но, тем не менее, его не покидает чувство, будто он должен что-то или кого-то найти. Он отчаянно вытирает слезы, после чего всю оставшуюся ночь смотрит в потолок, не решаясь засыпать снова. Когда всем мемберам на прошлой неделе сказали, что у них заслуженный небольшой отпуск, мелкие засобирались по домам, навестить родителей, Намджун поехал в Японию к своей, возможно, будущей девушке, а Джин просто бесследно пропал, и Юнги был рад, что в общежитии они остались лишь вдвоем с Хосоком. Парни разошлись по двум спальням, которые обычно кажутся невозможно тесными, но сейчас в самый раз, и стали наслаждаться долгожданной тишиной, редко встречаясь то на кухне, то около ванной комнаты. Юнги правда надеялся, что за эту неделю мини-отпуска он сможет отоспаться за все те бессонные ночи, но тут его настигли эти самые кошмары. Чувство пустоты накрывает его ближе к вечеру, и он не понимает что происходит. Проснувшись от этого кошмара во вторник, Шуга подумал, что в нём открылась какая-то новая сторона, и он скучает по мелким, но он тут же отмел эту теорию. Без этих кричащих и вечно танцующих балбесов было просто отлично. Но что-то все же не давало ему покоя. Сегодня пятница, а это означает, что младшие вот-вот должны вернуться домой. Шуга почти что стонет от отчаяния. Вновь начнутся крики, от которых голова раскалывается, танцы, от которых, хоть и не Юнги танцует, неловко становится и храп Тэхена по ночам, отчего блондину всегда сложно заснуть, а еще и эти кошмары. Как только блондин думает о том, что кто-то из соседей по комнате сможет проснуться и увидеть, ему становится неловко. Все еще лежа в постели, блондин слышит, как открывается дверь под сопровождение веселого смеха, и утыкается лицом в подушку. Приехали. Ложась спать поздно вечером, Юнги по привычке, сам того не замечая, поворачивается на правый бок, где еще недавно была пустующая кровать, а сейчас лежит Чимин. Шуга смотрит на брюнета неотрывно, а потом широко распахивает свои глаза и приоткрывает рот. Его будто током прошибает. Сон, который никак не хотел запоминаться, быстро прокручивается у него в голове. Чимин. Во сне он судорожно искал Чимина. Ему нужен был этот надоедливый мальчишка. Недовольно выдохнув, блондин накрывает себя одеялом с головой, тут же засыпая. Просыпается он утром, отчего удивляется, но потом стонет и в его голове проносятся мысли на подобии: «лучше бы снова кошмар приснился», потому что Юнги не тупой. Он может сложить два плюс два. От этого, на самом деле, не легче. От осознания того, что его мозг совершил небольшую революцию из-за отсутствия Чимина и успокоился, когда тот вновь вернулся, Юнги только злится, абсолютно ничего не понимая. Чимин надоедливый и ведет себя слишком по-детски. В течение дня, на самом деле, он находится на самом первом месте в придуманном списке Юнги самых бесячих мемберов. И Шуга правда не может понять, какого хрена его сознанию стало важно присутствие младшего. Понаблюдав за Паком пару дней, старший все же решил, что все то, что с ним произошло, просто цепочка странных совпадений и не более. Однако, эти его заинтересованные взгляды в сторону Чимина были неправильно поняты младшим. Брюнет начал кидаться двусмысленными ухмылками и постоянно лез обниматься, на что получал подзатыльник от старшего. Чимин правда бесит Юнги. Это не притворная ненависть. Не наигранная злость. Его тело напрягается, стоит младшему слишком громко засмеяться, и ему хочется ударить, если не самого Чимина, то хотя бы что-нибудь, когда тот начинает бегать по общежитию или репетиционному залу, пританцовывая. А это дополнительное внимание к своей персоне раздражало до такой степени, что он сжимал свои руки в кулаки, до крови впиваясь ногтями в свои ладони. Шуга понимает, что сам виноват и не стоило так открыто пялиться, пытаясь разобраться в себе. Понимает, что Чимин - ребёнок, которому только дай повод с тобой поиграть. И вроде он не должен злиться настолько сильно, но он злится. В день, когда Чимин достает Юнги больше всего, старший остается спать в зале на узком скрипучем диване, лишь бы больше не видеть этого идиота. Пак, видя как его хён готовит новое постельное место, лишь усмехается. Усмехается слегка обиженно и дружелюбно, но Шуга видит это по-своему и лишь фыркает на него в ответ. Засыпает блондин достаточно быстро, что после изнурительной репетиции неудивительно, но так же быстро и просыпается. Со слезами и сжатым пледом между ног. Блондин тут же беспомощно стонет и смотрит в потолок. Мысли проносятся в его голове одна за другой и он, психанув, встает с дивана и идет в спальню. Останавливается он в узком проходе между своей кроватью и кроватью Чимина, на которой тот крепко спит. Юнги задерживает взгляд на младшем, замечая за собой, что так Пак его не раздражает. Пока не танцует, не смеется, не говорит и, в общем-то, даже не двигается. Юнги решает брать быка за рога и устроить его мозгу, который существует отдельно от его души, небольшую встряску. Так сказать, хочешь Чимина рядом? Будет по твоему! Закусывая губу, он забирается в узкую кровать младшего, вжимаясь в того всем телом, и тут же пытается устроиться по удобнее. От этой возни брюнет и просыпается. - Юнги-хён? Что ты здесь делаешь? – Его удивленный шепот разносится по всей спальне и Юнги чувствует, как по нему вновь растекается необъяснимая злоба. - Помолчи, а то бесишь. – Чимин замирает, смотря на блондина странным, не поддающимся объяснению, взглядом, после чего хмыкает и, обнимая старшего, тут же засыпает. Юнги удивленно распахивает свои глаза и хочет возразить, но сон наваливается на него быстрее, чем рот успевает открыться. Блондин вновь спит спокойно. После этого Шуга начинает замечать, что Чимин ведет себя сдержаннее в его присутствии. Младший перестает вести себя как ребенок, когда блондин находится в его поле зрения, однако Юнги знает, что как только он выходит за дверь, Чимин заливается громким смехом в ответ на какую-нибудь глупую шутку Хосока, когда пару минут назад он с нее лишь тихо хихикал, закусывая губу. Старший заметил, что брюнет старается говорить спокойным голосом, не повышая его. А еще каждый вечер, когда они уже лежат в кровати, Чимин нависает над своим хёном и тянет на себя, укладывая в свою кровать и заключая в объятья, и ничего не говорит. А Юнги не сопротивляется. Ему спокойно, как еще некогда не было. Шуге кажется, что они с Чимином наконец-то нашли свою волну. Младший все еще немного раздражает, балансируя на краю между «убить хочется» и «терпимо», но Юнги постепенно привыкает к этому. А еще внутреннее «я» старшего постепенно начинает сходится во мнениях с его собственными мозгами и, возможно, сердцем, потому что Мин прекрасно понимает, что только в объятиях молчаливого Чимина ему становится спокойно.