Любимый врач

Сегодня утром я проснулся с одной единственной мыслью: «Я умираю!». Нет, ну, а как еще можно объяснить ужасную головную боль, тошноту, слабость в теле и температуру чуть ли не под сорок. Хотя, я немного привираю. Настолько плохо мне еще никогда не было. Я бросил взгляд на часы: начало восьмого. В любом случае, я уже проспал все и вся. В коридоре горел свет, значит, мама еще не ушла на работу. С огромным трудом, но я поднялся с кровати и направился к двери. - Мам, - прохрипел я, стоя на пороге своей комнаты. Боже, что с моим голосом?! - Что случилось, Реук? – донеслось откуда-то из соседней комнаты. - Почему ты меня не разбудила? - Извини, извини, я забыла. И вот так всегда! Нет, что бы разбудить сына, которому в универ к первой паре надо топать! - Я плохо себя чувствую! - Я опаздываю, - из комнаты выпорхнула мама, попутно надевая на себя плащ. - А мне что делать?! – я перебывал в небольшом шоке. То есть я тут умираю, видите ли, а она опаздывает! Мать, а ты не офигела ли?! - Вызови врача, Вукки. Все, до вечера, милый. Я так и остался стоять на пороге своей комнаты. Вот и как это называется!? Может, я и правда умираю, а маме вообще пофиг! Я вернулся в комнату и лег в кровать. Звонить рано, поэтому еще два часа у меня есть. Но не тут то было! Температура и головная боль не давала мне уснуть и я все это время тупо провалялся, разглядывая потолок. И только после звонка в регистратуру меня вырубило. Теперь можно спать, ведь врач придет еще не скоро. Казалось было, только успел закрыть глаза, как в дверь стали настойчиво звонить. Ну, кого еще там принесло? Пошатываясь, я таки дошел до входной двери. - Кто там? - Кто, кто – сантехника вызывали? - Сантехника? – удивленно переспросил я. Конечно, о том, что нельзя открывать дверь незнакомцам, мне говорили всегда. Но я ослушался и открыл дверь. Ведь не может быть маньяк с таким чудесным голосом. Не может ведь?! Я оглядел незнакомца, что стоял по другую сторону порога: черный плащ поверх белого халата, взъерошенные черные волосы и взгляд темно карих глаз. - Сантехник? В белом халате? – осмелился спросить я. - Ой, кем я только не был! – пошутил он и сделал шаг в квартиру. – Кто тут больной? Я нахмурился: этому парню (мужчиной, его можно было назвать едва ли) на вид не больше двадцати двух! И он врач? Не смешите! - Я. - Хорошо, - парень оглядел меня с ног до головы. – Мне нужно помыть руки. - Прямо, вторая дверь. - А ты в постель быстро! – приказал он. Раскомандовался тут! Ой, как же мне плохо… Пойду и правда, прилягу. Я накрылся одеялом и закрыл глаза. Странный он, впервые в жизни видел, чтобы педиатр пытался шутить. Сантехник блин! А я ведь поверил. И вот он вошел в комнату, а я замер. Этот врач обладал неземной красотой. Белоснежный халат, очки в черной оправе, которые он надел, как только опустился на стул рядом со мной, и этот взгляд. Он точно врач? - Ну, рассказывай, что болит. Мой взгляд упал на два бейджика, которые были прикреплены к халату: на одном было написано «Ким Чонун», а на другом «Йесон». - Тело ломит, температура под сорок, горло болит, тошнит, голова раскалывается, скажите, доктор, я умираю? Йесон достал из своей сумки стетоскоп, вставил его в уши и сел рядом со мной на кровать. Я сообразил, что он хочет «послушать» меня и опустил одеяло. Его взгляд был сосредоточенный, а я все не мог оторвать глаз от Йесона. Он был так близко, слушал биение моего сердца. Да я и сам его слышу, как оно стучит у меня прямо в ушах со скоростью сто ударов в секунду (не меньше)! А потом вдруг остановилось, когда врач потянул край моей футболки вверх. Господи, Реук! Успокойся, это всего лишь осмотр, он не пытается тебя изнасиловать! Хватит об этом думать! Без стеснения я следил за каждым движением Йесона. Он снял стетоскоп и убрал его, а потом взял меня за шею и попросил открыть рот. Его взгляд оставался по-прежнему холодным и сосредоточенным. Затем Йесон дал мне градусник. Он молчал, и я молчал, безнаказанно любуясь им. - Йесон, - подал я голос. Он оторвал взгляд от стопки CD-дисков, которые стояли на полке возле стола, и посмотрел на меня поверх очков. - Что? - Сколько тебе лет? - 25, - незамедлительно ответил он. Странно, но Йесона даже не напрягал тот факт, что я обещаюсь к нему на «ты». - И уже врач… Ты, наверно, очень умный. В его глазах промелькнуло что-то теплое, а на губах заиграла полуулыбка. Он положил свою ладонь мне на голову и слегка взъерошил волосы, а потом потрогал лоб своей прохладной рукой. Нахмурился. Достал из сумки блокнот с ручкой и принялся что-то там строчить. - У тебя просто ОРЗ, но температура у тебя слишком высокая и учащенный стук сердца, - вынес свой «приговор» врач, забирая у меня градусник. - Это плохо? - Не смертельно, - Йесон протянул мне бумажку. – Вот рецепт, а вот мой телефон. - Зачем он мне? – искренне удивился я. - Если будет хуже, звони сразу мне, - он взял свою сумку с пола и поднялся. Когда я хотел встать, что бы проводить врача, он остановил меня. - Лежи. - Но… - Я закрою за собой дверь, - Йесон снова потрепал меня по голове. – Поправляйся! Я услышал, как захлопнулась входная дверь. - Боже мой. Не врач, а мечта! – простонал, я, укутываясь в одеяло. - Вот бы все врачи были такими добрыми. Но Йесона я все никак не мог выбросить из головы. Меня восхищало в нем абсолютно все! Начиная от профессии, в таком раннем возрасте, и заканчивая его темными глазами.