Интернет-друзья

— Молодой человек? Молодой человек! Вам пора выходить, просыпайтесь! — А? Что? — Просыпайтесь, Вы опаздываете! Блять. Я открыл карту на телефоне и следил за тем, как приближаюсь к Саммиту. И потом отключился, мудак. Но хвала небесам, эта прекрасная женщина меня разбудила. Я не знаю, что со мной не так. Я быстро схватил сумки и вскочил с места. Чёрт, я ведь сейчас увижу Джерарда, но у меня ещё мозг не включился, поэтому, я ничего не понимаю. Хули я такой идиот, Иисусе. И вдруг поезд остановился, по-моему, моё сердце вместе с ним. Я начал замечать, что люди начали вставать со своих мест и подходить к выходу. Чёрт возьми, я боюсь. У меня такое странное чувство радости вперемешку со страхом неизвестности. Это чертовски странно, но я ничего не могу с этим поделать. Ладно, мне пора идти, хватит стоять на одном месте как вкопанный. Глубокий вздох, и я пошёл к дверям поезда за какой-то пожилой женщиной. Сука, даже бабка какая-то выше меня, ну что за пиздец? Так, значит Джи меня должен узнать по росту, ага, а я его по цвету волос. Да почему мне страшно?! Это ведь так круто, хотел этого столько времени, а тут раз, и резко накатил страх. Эта толпища, по-моему, бесконечная, но зато у меня есть время подумать и поразмышлять. Итак, сейчас выхожу из поезда, отхожу в нелюдное местечко и жду его, да именно так. Надо было с собой взять таблеточку валерьянки, блин. Как вспомню, что сейчас увижу Джи, так в груди щемить начинает. Я как влюблённый дурачок, хотя так и есть. Я очнулся, когда уже начал спускаться по ступенькам. Главное, чтобы я сейчас от волнения в обморок не упал. Боже мой, такая толпа. Бесит, блять! Ненавижу большие скопления людей, я вечно растериваюсь и теряюсь. Только я спустился и ступил на землю Саммита, так сразу следом за мной вылез какой-то старый хрыщ, который толкнул меня своей ёбанной коляской. И я понял, что сейчас ёбнусь на землю, меня раздавят люди, бросят под поезд, и я умру. Но! Это огромное но, меня кто-то поймал, какой-то добрый человек меня поймал! Я ему заплачу за это, он мне спас жизнь. Меня поставили на ноги, и я всё же решил посмотреть на своего спасителя, но сначала, видимо для того, чтобы не загораживать проход, он отвёл меня в сторону. Слава богу, что у меня сумка лёгкая, а то бы точно умер. Мы с незнакомцем отошли в сторону, и я уже хотел поблагодарить его и пожелать счастливого пути, но я разглядел знакомые черты лица в полумраке вокзала. Я, по-моему, потерял дар речи, мать вашу. — Фрэнки? — блять, я всё-таки не сплю. Я одним рывком скинул с себя рюкзак, бросил сумку на пол и накинулся с объятиями на Джерарда. Моего Джерарда. Как же я сильно сжал его тощее тельце и сразу уткнулся носом ему в шейку. Тёплый и приятно пахнет вишенкой. Господи, идеальный. Ещё немного, и я зарыдал ему в плечико. Ну блин, просто осознание, это блядское осознание того факта, что я обнимаю его. ЕГО. — Милый, не плачь, пожалуйста. — я так и знал, что в жизни у него просто восхитительный голос! Я его уже боготворить начал. — Я-я не могу... И через минуту немых объятий, я всё же успокоился. Джи начал гладить меня по спине, и я всё же расслабился. Я не хочу его отпускать. Он только мой. — Джи-и-и... — и это всё, что я смог родить. Я просто переволновался. — Успокойся. Я, конечно, всё понимаю, но бери свой рюкзачок, я возьму сумку, и мы пойдём домой. Тут много людей, а я хочу побыть с тобой наедине. — почти на ухо прошептал, я успел раз десять мурашками покрыться. Я тихо угукнул, всё же отпустил его, но чёрт, простоял бы ещё вечность. Я медленно накинул на плечико рюкзак, а вот Джи, блин, вообще шустрый, успел уже взять мою сумку, схватить меня за руку, и повести куда-то. Мы сели в какую-то машину, но Джи мне шепнул на ухо, что это такси, и мы едем к нему домой. Этот пиздюк сел специально на переднее сидение? Мой личный Иисус, мать вашу. Как я понял, он просто хочет рассмотреть мою физиономию наедине, если честно, то да, думаю так будет лучше. Зато никто пялиться каждый раз не будет, всё же, он умнее меня в раз пятьсот. Меня очень умиляет тот факт, что он ведёт меня в свою квартирку за ручку. Он такой потрясающий, господи. Я в подъезде начал так улыбаться, как будто меня ударили по голове. Он отпустил мою руку только для того, чтобы достать ключи от квартиры. Пока он открывал дверь, я успел налюбоваться его руками. Грёбанный фетишист. Он вежливо пропустил меня в квартиру, зашёл сам и тихо закрыл дверцу. — Разувайся и иди в спальню. Прямо по коридору, бежевая дверь. — я быстро стащил с себя кеды и послушно потопал в сторону бежевой двери. А у него очень уютно, кстати говоря. В коридоре так свежо и приятно пахнет, и именно не чем-нибудь, а просто банальной свежестью, это огромный плюс, а то я жуткий аллергик. Небольшая двухкомнатная квартирка. Мне нравится, что всё в светлых тонах. В основном белый, бежевый и кремовый. Так приятно находиться у него. Я осторожно открыл дверь в спальную, и, о боже, у него есть балкон! Моя мечта иметь хренов балкон. Блять, я залип. Сразу понятно, кто тут живёт, ибо на кремовых стенах висят какие-то плакатики на кнопочках, плюс это всё ещё и гирляндой украшено. Просто обычная новогодняя гирлянда с жёлтыми огоньками. Ещё и над кроватью. Я влюбился в него ещё больше, он как какая-нибудь девчонка из твиттера. Но это всё смотрелось очень аккуратно и мило, честно говоря. Светлый паркет, с белым пушистым ковриком посередине, светлое кресло, где-то около батареи, рядом с балконной дверью, светлые кремовые шторки, шкаф и тумбочки из светлого дерева, и на прикроватной тумбе мило стоит беленький светильник. Этот мужик ещё и дизайнер сраный. Я всё же прошёл дальше, положил рюкзак куда-то на пол, принялся стягивать с себя толстовку и остался в футболке, ибо в комнате тепло. Через несколько секунд в комнату заполз и Джи, сразу включив гирлянду, и это всё дело симпатично загорелось, не моргало, а просто загорелось. Так лучше, хотя бы на глаза мигание не давит. Он так же молча поставил мою сумку рядом с рюкзаком и быстренько снял с себя мастерку. — Ты кушать не хочешь? — он об этом меня хотел спросить при первой встрече? Я уже хотел начать возражать, но он лишь хихикнул и обнял меня, но уже сам. Шутник хернов! Но я всё равно обнял этого засранца в ответ. Так как его предплечье теперь голенькое, я сразу провёл по нему рукой, а он весь мурашками покрылся. Милая киса с нежной кожей. — Фрэнки... — он выпустил меня из своих объятий, но сразу приобнял за талию. И он посмотрел мне в глаза, рассматривая их. Чёрт, сейчас потеку, как семиклассница. У него такой необычный цвет глаз, тёмно-зелёный, похож на болотный. — Джерард, ты красивый. — Серьёзно? — он хихикнул, и это было просто дохуя мило, господи! Я опять тихо угукнул, толи из-за стеснения, толи из-за неловкости. Но вдруг Джи приблизился к моему лицу и упёрся своим лбом об мой. Я чувствую его дыхание на своих губах, мать моя женщина. — Ты меня мучаешь? — Чем я тебя мучаю, Фрэнки? — урчание Джи в живую. Я умер. — Ты обещал меня поцеловать, ну же... Если честно, то я думал, что он будет меня пытать, но он сразу понял мой намёк, так томно выдохнул и медленно накрыл мои губы своими. Джи такой аккуратный, ибо знает, что я в этом деле не опытен. Я сразу обернул его шею руками, углубив при этом поцелуй. Боже мой, это что-то запредельное, я и мечтать об этом не мог. Джи осторожно запустил свой язык мне в рот и прошёлся им по нёбу. А я как утырок, даже на поцелуй нормально не могу отвечать, но Уэю на это плевать, он даже не замечает, и меня это однозначно радует. Я растаял в его руках, расплавился как пластилин на горячей батарее. Я ведь говорил, что он демон-искуситель! Чёрт, мать вашу, он так резко прижал меня к шкафу, что я аж, по-моему, онемел. И, господи, я чувствую тепло его тела, чувствую вкус его губ и язык в своём рту. Что может быть лучше? Я запустил одну руку в его крашенные, но мягкие волосы и, подушечками пальцев, начал слегка массировать кожу головы. Он начал чуть ли не мурлыкать в поцелуй от удовольствия, какой же он котик. Но всё же, через несколько секунд он первый отстранился и немного отошёл. — Не хочешь в душ сходить? — Да, пожалуй, а то в поезде люди такие вонючие были. — и Джи сразу скривился, чистюля маленький. — У тебя есть с собой полотенце? — Да, и полотенце, и домашняя одежда. — Хорошо, тогда иди в ванну, а я пока покушать сделаю. Выходишь из комнаты, поворачиваешь налево, там сразу коридор небольшой. Прямо сразу кухня, а сбоку две двери: бежевая — ванная, белая — туалет, не перепутай. Душ у меня простой, думаю, разберёшься. Мойся чем хочешь, я не заразный. — он напоследок чмокнул меня в уголок губ и убежал на кухню. Блять, это так необычно, вот честно. Я не привык к этому, ибо моя жизнь так резко изменилась за каких-то несколько часов. Боюсь, что я проснусь в своей кровати, а мы с Джи даже и не знакомы. Фу, хватит! Я нарыл полотенце с домашними шмотками, довольно-таки, быстро нашёл ванную и сразу забежал в неё. А тут симпатично, хех. Я быстренько принял душ, и заодно помыл голову, ага. Я вышел через минут 15, сразу повесил полотенце на батарею в спальне, по указу Джи. И вот мы сидим за кухонным столом. Эта хозяюшка приготовила, внимание, омлет. Я польщён, ибо он говорил, что кроме яичницы ничего не готовит. Я и не сомневался, что всё вкусно, а я ещё и голодный, так что начал уплетать всё так, как будто приехал из голодного края, ей богу. А Джерард любуется мной, как картиной на выставке, но я не возражаю даже, ибо я понимаю его сейчас. Если бы я не был так голоден, то сам бы его начал рассматривать, как какой-нибудь экспонат. Он просто красивый, что правда, то правда. С этим уже ничего не поделаешь. И всё равно я скоро пойду записываться в фанаты носа Уэя. У него шикарный нос. У меня всё. — Фрэнк, откуда у тебя сколько денег на тату? — а вот это было неожиданно. — Кофил денки. — ну да, с набитым ртом разговаривать неудобно. И Джерард захихикал, как ребёночек. Наверное, он хочет моей смерти. — Прожуй. — Угу... Я всё это дело запил чаем, и начал уже нормально. — Ну, мне когда дарят деньги на праздники, я их на это и трачу. Мне нравится себя разукрашивать, это увлекательно. Знаешь, когда ты делаешь себе первую тату, то потом невозможно остановиться, хочется их делать ещё и ещё. Становишься наркоманом. — и после своей лекции я продолжил кушать. — У тебя такие руки красивые, с такими только в порно сниматься. Я уже хотел начать бубнить что-то, но вдруг из комнаты послышался такой-то грохот, от чего я слегка вздрогнул. — Опять в шкафу гитара ёбнулась, господи, как же бесит! — злой Джи очень забавное зрелище, я не мог не улыбнуться. Дожевав последний кусочек омлета, я решил поинтересоваться насчёт гитары. — Ты умеешь играть на гитаре? — я слегка удивлён, ибо он о ней мне никогда не говорил, молчун! — Да, я в 15 лет ходил в музыкалку. — О, Джи, это круто! — Да ладно тебе. — Не ладно! — Не спорь! Ну вот как дурачок, ей богу. — Сыграешь для меня? — ну а что? Я люблю всё это, он просто обязан. — Ночью на балконе? — боже, романтичный мой. — Вау, было бы круто! — Вот и я так думаю, Фрэнки. *** Примерно через несколько часов на улице стемнело, Джи сразу обмотал меня в тот самый плед, в котором рыдал передо мной в скайпе и вытащил гитару. Более милого пледа я ещё никогда не видел, от куда он его вообще взял, господи. Джерард попросил подержать меня гитару, пока он не откроет балконную дверь, и всё эти несколько секунд, я еле держался, чтобы не провести пальцем по струнам. Я, конечно, понимаю, что он мне ничего за это не сделает, но всё равно ещё как-то неудобно. Открыв дверь, он забрал у меня из рук свою гитару и вытащил меня на балкон. Блять, и тут тоже симпатично, знайте ли. Меня Уэй сразу усадил в мягкое белое кресло, а сам сел на такого же цвета матрас, который лежал на полу. Пока он настраивал струнки, ловя на тёмном балконе свет луны, я начал рассматривать помещение. На подоконнике от окна, которое, видимо, в комплекте с балконной дверью, лежала пачка сигарет и зажигалочка. Мм, ясненько, а мне кто-то говорил, что не курит, потом отлуплю. На этом же подоконнике стояли горшочки с цветами, какие-то кактусы с другими цветами, я просто названия не знаю, ага. И вдруг я услышал первый аккорд, если я правильно понял, то это был манёвр для привлечения внимания, неплохо. — Ты готов, Фрэнки? — О, ты уже всё? — Всё-всё, ну так что? — Давай, маэстро, твори! Он тихонечко усмехнулся и начал что-то играть. Я конечно в душе не ебу откуда это, и что, но звучит красиво. Игра Джи ласкает слух. Под его игру я продолжил рассматривать балкон и заметил на маленьком обшарпанном столике блокнот. Я аккуратно взял его, и не услышав возражений, положил блокнотик к себе на колени и открыл. А, ясно, это скетчбук. Он мне его завещал, я помню, так что, я имею право его лапать. Я немного удивился, когда перевернул страничку и увидел своё ебальце. Вот это поворот, почему мне не показал, засранец чёртов? И какого хрена он говорит, что его рисунки — дно? Всё нарисовано очень аккуратно и красиво, дурачок. Если честно, то это наверное самый лучший вечер в моей жизни. Ибо лучше, чем слушать игру Джерарда на гитаре и смотреть его рисуночки, по-моему, нет ничего. А из комнаты, через окно, проникает немного света от гирлянд, и я как будто в сказке. Чёрт, я, по-моему, счастлив.