For you...

Открыв дверь трёхэтажного светло-голубого дома, в котором когда-то жила Эмма с Крюком, она глубоко вздохнула, набрав воздух в лёгкие. После того «обрыва» в кафе, здесь было единственное место, где она не чувствовала себя отвергнутой родными, а наоборот. Малышка тоже чувствовала здесь себя гораздо лучше, за несколько часов, она научилась «читать» свою новую мать, как её отец однажды Эмму. Не смотря на то, что ей несколько недель, она чувствовала, как плохо Королеве, и пыталась отвлечь её своим присутствием. Элисон сразу почувствовала родное, такое близкое в этом доме, хотя и не была в нём не разу. Этот дом пустовал с самого их отъезда в Нью-Йорк, город, в котором и начались все проблемы… НИЛ. Кого-кого, а его Миллс очень хотела встретить и задушить при первой же возможности! Если бы не он… Стоп! Его же не было «У Бабушки», где он?! — Нил. Вот гад! Сбежал всё-таки! — погружённая в свои мысли Реджина, не заметила, как девочка заплакала. Наконец пробившись через нахлынувшую жажду мести Королевы, дочь Спасительницы дала понять, что хочет есть. Очнувшись от размышлений, первое, что пришло в ей голову, это наколдовать крошке бутылочку молока, что она и сделала. Напрочь забыв о Подлеце, она смотрела, как её девочка жадно глотала молоко: «Как бы не подавилась»- подумала про себя женщина, но от трапезы их отвлёк стук в дверь. Поставив бутылочку на стол, брюнетка подошла к входной двери. Это был Генри. — Привет, мам! — робко махнул в знак приветствия пацан. — Генри? Что ты здесь делаешь? — возможно он задумался о сказанном? — Я решил, ты права. Мам, мы не должны боятся Элисон, она ведь часть нашей семьи, моя сестра… — Жаль, что так думаешь только ты, но я рада, что ты одумался! Заходи! — его мать заметно повеселела. «Она должно быть, многое значит для неё»- подумал мальчик. Шли годы. Мнение горожан, так и не изменилось. Элисон росла закрытой и одинокой девочкой. После школы она сидела и читала книгу, подаренную ей Генри. Пожалуй, он и её мать были единственными, кто приняли её. Друзей у малышки не было. Даже её бабушка — Белоснежка, видевшая во всех и вся добро, никак не могла забыть о том проклятом происшествии на шоссе, видела в родной внучке только Тьму. А девочке было больно слышать со всех сторон, что она монстр: Она ведь просто хотела помочь! Но ни одноклассники, и никто вообще не хотел принимать эту непохожею на других девочку. — Ой, прости! Я не хотела! — она посмотрела в сторону Менди Фокс, та ещё ябида, которая оттолкнувшись от Элисон повалилась на пол, притворяясь, что та отшвырнула её магией. Элис хотела протянуть ей руку помощи, но раздался голос учительницы. — Элисон, что происходит?! — Реджина не хотела отдавать свою дочь в класс Мэри Маргарет, но остальные были уже заполнены, так что другого выбора у неё не было, — Почему Мэнди на полу и плачет?! — Я…- робко сказала Миллс, — … ничего не делала, она просто упала и… — Она врёт, миссис Бланшер! Она ударила меня и запустила магией! — Элисон, видя, что все верят этой ябиде, направилась в класс. А всед ей лишь прокричали, — Ты монстр, Элисон! Лучше не приближайся к одноклассникам, ты не управляема! — на глазах девочки выступили слёзы. Все считают её чудовищем. — Всё, хватит! — твёрдо она сказала себе, — Больше никто не посмеет назвать меня этим словом! — она громко захлопнула дверь и зашла в кабинет, — Больше никто! — прошептала девочка.