Никто не сможет сломить меня

На маленькой станции все громыхало. Медик медленно, но с размахом, переносил оборудование. Он восстанавливал медбей, переделывая под него свой офис. А причина такой спешки был прикован к ремонтной платформе и введен в стазис. Из всех повреждений рыбины, самыми значимыми и тяжкими были: укушенная рана на боку и выдранный под ноль маленький плавник, находившийся под брюхом. Тот был хищнику вроде детали гребного винта. Он, видно, и сбил, вырубив его способность к сопротивляемости течению. Этой же стороной его засосало в сети и сам он уже до экзоскелета разодрал себе старую рану на боку и добавил парочку на манипуляторы. Однако, с этими ранами док справился буквально за четверть джоора. И сейчас его задачей №1 было восстановление маленькой лачужки. Некогда это было лабораторией с удобной лаборантской и парой маленьких бесхозных помещений, но это место хоть и было не таким уж просторным, зато имело возможность и средства для поддержания жизни некрупной особи. Когда же медик разбросал наиболее важные предметы оборудования вокруг платформы, с Шарком на ней, то принялся заниматься им непосредственно. Особь прочипировали и медленно начали выводить в онлайн. Белая броня, по мере появления сознания хищника, вздымалась, наливалась цветом и топорщилась. Он еще толком не пришел в себя, а уже принимал воинственное поведение, старался казаться больше и это было забавным. - Итак, подопытный образец выходит в онлайн, - комментировал меха для отчета. - Цель: Наблюдение и помощь в адаптации. Объект проявил агрессию при попытке транспортировки. С целью безопасности был ограничен в движении. Рэтчет отвернулся от платформы и поправил стерильный халат, защищающий его броню от токсинов. Пока возился с терминалом, выводя данные на мониторы, оптика того формера загорелась. Защитная пленка убралась в сторону и почти белые светодиоды окуляр, блеснули. Немного пометавшись взглядом по помещению, уставились в спину медика с желанием сожрать. На хлесткий удар хвоста о платформу быстро отреагировали. Но Рэтчет не делал резких движений. Он вообще не торопился. Закончил с данными и закодировав их, отправил на материк, да к себе в базу данных. - Тише, - спокойно, в своей манере, улыбнулся меха и медленно развернулся к хищнику, - уже онлайн? И оторопел от увиденного. Хищник вытянул к нему шею, максимально выгибаясь в спине и превозмогая боль, старался сейчас уцепить хоть край халата напавшего на него, как считал хищник, двуногого. В глазах рыбины, Рэтчет был непонятным звеном в пищевой цепи. А значит, нужно было срочно показать себя как альфа-хищника. И медик перед ним действительно растерялся. С уголком халата в пасти, весь напряженный, этот альбинос совсем не был страшен. А вот его линзы...Оптика мертвая, будто два омута, пристально наблюдала. Вот что действительно напрягало. - Все, - наконец-то прервал визуальный контакт Рэтчет, твердо шагнув вперед. Но не успел и слова вставить или хоть что-то предпринять, как мелочь, до этого весь такой собранный и опасный, пасовал. Он выпустил из пасти халат и бросился в противоположную сторону от врача, погасив линзы и прижав к шлему гребни, да дужки. И шипел. Если прислушаться, то эти клекания и сипения были зациклены - череда схожих звуков разной тональности. - Эй, малыш, - непонимающе и добро усмехнулся старый бот, наблюдая за реакцией. - ты, кхм, меня боишься? Сейчас вступать в контакт с этим Шарком было так необычно. Все в новинку, будто идешь по торфянику, такая же неуверенность при любом шаге. - Не стоит начинать с такого, нам с тобой целую работу проделать придется, - о физиологии и строении этих тварей ученые знали почти все. Вдоль и поперек. Буквально на коленях проползли по трупам, препарируя и изучая. Но вот в особенностях взаимодействия никаких данных не было, т.к живых не попадалось. - Расслабься...Эм, Д'юри? - попробовал сымитировать тот самый клич док, что бы хоть как-то называть образец, помимо сухого: Шарк. К тому же, то было весьма обидным словом, - Д'рай? Ладно. Рэтчету даже не пришлось тянуться в карман за энергоформами, дабы задобрить сластью Шарка. Последний реагировал особенно чутко на ласковый тон не выказывал агрессии, только интерес с долей недоверия. А уже через некоторое время они оба успокоились, отвлекаясь каждый на свое дело. Пока медик вновь начал работу над информацией,то почувствовал, как его вновь тянут за халат. - опять пытается утвердиться - подумал было Рэтч, но в отражающей поверхности экрана было отчетливо видно, как хищник, самым наглым образом тырил хавку из кармана. - Дебоширишь? - слабый щелбан по носу и рыбину аж отбросило в сторону. Он заверещал не то от боли или испуга, скаля бритвенно острые денты и утвердительно повторил фирменный клекот, - знавали мы где у вас слабые места. И то что датчики распознающие запахи и вибрацию у вас локализуются в одном месте...очень опрометчиво. Больше хищник не лез, только голодно смотрел, буквально испепелял взглядом. Он чувствовал себя вполне хорошо и волновал его только двуногий, казалось, сильнейший хищник со странными замашками. Он мог бы так весь день пытаться добраться до еды, без возможности выказать как-то иначе свою потребность, но в один момент стал беспокойно крутить шлемом и раскрывать рот и глотать воздух. Обернувшийся на это дело Рэтчет замер. Не от того, что хотел подольше посмотреть за мучениями хищника, просто удивился. Ведь у Шарка для полноценного актива на суше были все механизмы, способные трансформироваться под окружающую среду. Однако. - Невероятно, ваша трансформация все равно не является совершенной, - хищника же, кажется ,сейчас мало заботила чья-то болтовня, только свое ужасное самочувствие, - Посмотрим. В пасть Шарка пихнулось что-то твердое и надавило на нижнюю челюсть. А при первой попытке крутить шлемом, его плотно зафиксировали на месте. Корпус хищника напрягся, вздымаясь и он зло зашипел глоткой. - Вот так, хорошо...итак, - раздался щелчок включения камер, - Объект нуждается в подаче влаги к воздухозаборникам несмотря на трансформацию. Закончить запись. Даже когда хищника отпустили, он все равно не двигался. Все эти издаваемые звуки жутко заинтересовали. Они чистые, без вибраций и не распространяются в воздухе, ухудшая дикцию, как в его родной среде. Он так заслушался, что отвлекся от жжения и сухости внутри. Гипнотический взгляд рыбины пугал, он будто смотрел в никуда, но быстро отреагировал на расщелкнувшиеся крепления вокруг запястий и фасций хвостовой части. Удар этим самым хвостом не достиг цели. Рэтчет шагнул назад. Он не был дураком и стоял, направив уже на корпус Шарка звуковой бластер. Совершенно безвредный для слуха обычного трансформера, он издавал чудовищные звуки для чувствительной сенсорики любого формера с отсутствующей микромембраной под локаторами, присущий всем "сухопутным". Меха быстро сполз и грохнулся назад, замечая инородный объект на себе - протез. Звуковая волна вновь повторилась. Жутко пронзительный свист загонял его дальше, заставлял отползать к стене. Для Шарка стало неожиданностью, когда та разошлась на сегменты. И перепуганный хищник бултыхнулся в жидкость. По мере погружения, он видел Рэтчета периферическим зрением. Тот спускался по винтовой лестнице, что огибала громадный цилиндрический аквариум. А над головой поднимался прозрачный округлый шатер, складываясь треугольными зубчатыми пластами и соединяясь вместе. Эти самые пластины герметично сомкнулись и издали характерное шипение. Наглый охотник стоял по ту сторону стекла, казалось, совсем тонкого и уставив руку в бедро, наблюдал за не двигающимся хищником. - Не волнуйся. Я оставлю тебя тут одного, что бы ты привык, - немного подождав, добавил док и изменил пару параметров на панели управления. Тут, как по команде, стекло аквариума затонировалось. Стало совсем темно. Только кольца оптозахватов хищно светились голубым в этой темени. Грязные, будто разводы, пятна на спине и хвосте давали серебряный отблеск. В родной среде обитания это служило Шарку отличной маскировкой, тут же наоборот выдавали его местоположения с головой. Обездвиженный корпус медленно погружался все глубже и глубже. Столб пузырьков воздуха окутывали корпус и поднимались вверх, почти не пенясь у кромки масляной жидкости. Хищник был в порядке. Это инстинкт твердил не двигаться, что бы не привлекать внимание прочих хищников, на чужой территории. Таковых не оказалось. В аквариуме вообще не было никого кроме Шарка и обождав некоторое количество времени, корпус извернулся и метнулся тенью ко дну, огибая его кругами. Эта особь могла показаться беспокойной, потому что все время двигалась, не прекращая своего движения: крутился между искусственными преградами, то вдруг, ни с того ни с сего, менял свое направление, ударяя хвостом по одной из коряг, а затем и вовсе стал медленно нарезать круг за кругом, огибая аквариум по периметру. При движении он прикрывал рот, заглатывая маслянистую жидкость - аналог воды на Кибертроне. Однако жидкость не устремлялась в баки - там была заглушка - а обтекала мембраны и выходила через решетки в подключичной области, что на суше автоматически смыкались, не давая пересохнуть. Шарк заметил, что если совсем близко подплыть к невидимой преграде, то можно видеть устройство лаборатории вне "ловушки" за которой он считал аквариум. И дабы самоутвердиться, оповестить все и вся, что он тут заявляет свои права на эту территорию, он пронзительно громко заклекотал. Приглушенные толщей воды звуки были чище и четче. Этот парадокс привлек внимание Рэтчета, который даже обернулся на него. Но мотнув шлемом, вновь вернулся к датападу, буркнув тот самый звук, будто имя: - Дрифт, так Дрифт.