Здравствуйте. Вы мой папа

      Просыпаться из-за того, что тебя будит кто-то, а не что-то, я давным-давно отвыкла. Мама утром всегда была уже где-то на улице или на работе, а в Хогвартсе со мной сильно уж общаться никто не хотел. Разве что Керри, но он мальчик, и пускать его в девчачью комнату никто не станет. Но сейчас я четко ощущало на своем плече чью-то холодную руку. Она трясла меня, а от ее холода я лишь сильнее куталась в одеяло. Наконец, рука исчезла, и меня оставили в покое. Только неспешащие шаги отдавались по всей комнате да еле слышные разговоры. Перевернувшись, я попыталась заснуть, но как-то не получалось. Тревожные мысли стали одолевать меня, постепенно давая вспомнить, что произошло вчера. И уж теперь-то мне точно расхотелось вставать.       — …И я не думаю, что Ваша тетя будет рада этому известию. Вам не пять лет, Вы должны понимать, что изменить ситуацию всегда можно. И идти по течению, тем более Вам, сыну человека с такой историей… Я не ожидал. Можете идти. — голос Снегга звучал как-то глухо, будто он действительно был чем-то подавлен.       Но разговор прекратился. Больше не было слышно ни звука. А я все так же лежала, боясь лишний раз шелохнуться. Что он сделал с Керри? Куда его послал? Зачем нас оставил тут? Хотя, на последний вопрос я могла ответить и сама: далеко идти потом не надо за нами.       В комнате по-прежнему стояла тишина. Увлекшись мрачными мыслями, я перестала следить за внешней обстановкой, поэтому появление Снегга прямо передо мной пропустила. Понявши, что вообще-то у меня глаза открыты, я сильно зажмурилась, про себя надеясь, что он не заметил. Но опять удача от меня отвернулась.       — Вставай. В ванной есть полотенце, прямо около зеркала. Оно твое. Умывайся и убирай постель. Я буду ждать тебя в той комнате, — и он прошел к нужной двери, еще раз указав на ванную и мою сползшую простыню, которая давно уже подметала концом небольшой ковер.       Нехотя, я сползла на пол. Там оказалась моя обувь, рядом, на высоком стуле, висела мантия. Она была помята и пыльна, а в одном месте прожжена. Как я теперь ходить буду в ней? Правда, еще в поезде, та девчонка, кажется, Яна, говорила, что можно заказывать разные интересные штуки прямо из школы. Интересно, а с формой такое подойдет?..       Еще меня интересовал вопрос, все ли хорошо у Керри. С прошлого вечера (или ночи) я его совсем не видела, а сегодня он ушел прежде, чем я смогла более осмысленно воспринимать ситуацию. И что, кстати, за план у него?.. Может, зря отказалась? Там наверняка будет твориться нечто невообразимое. И, если вдруг получится, можно стянуть еще парочку заклинаний у старших. Может даже, это только та магия была такая сложная? Да и с тем заклинанием у меня почти все сразу получилось! Эх, эти ученики потратили столько лет, чтобы добраться до такого волшебства, а я… я прямо сразу! Видно, они совсем глупые. А еще все плаксы и ябеды. Подумаешь, отобрала один раз у кого-то конфету… две… неважно сколько. И что, надо сразу к декану бежать, жаловаться? Он и так на меня уже с неодобрением смотрит. А если…       От пронесшейся мысли захотелось утопиться прямо здесь, в ванной. Снегг не назначал мне отработок уже долгое время, а эти ябеды только больше бегали к нему. А если он сейчас начнет мне все это перечислять? А потом будет ругаться и-и-и-и… Я всхлипнула, вспомнив, как он однажды поставил меня в угол. Что, если он в этот раз сделает все, о чем говорил в прошлый? Горох, порка… Я мысленно вскрикнула.       — А если… если он привяжет меня к стулу и станет пытать, — тихо, все больше чувствуя бешенный танец сердца, сказала я. — Или выведет в класс и что-нибудь скажет, а все начнут смеяться…       Конечно, я соврала, говоря, что порка в школе отсутствовала. Вполне-таки на законных основаниях, это все только примерно год назад прикрыли. А-а…, а то, что было, не вспоминают. Тем более, я больше не буду ходить туда. Наконец-то миссис Трипс, эта старая карга, перестанет напоминать, что еще совсем недавно она била по рукам плохих детей тростью. Она мне даже однажды показала эту трость… лучше бы я ее не видела. Вроде трость как трость, но как понимаешь, для чего она…       Поежившись от нахлынувших воспоминаний, я медленно обернулась к двери, за которой недавно скрылся профессор. Постель уже была сложена, дальше оставаться здесь не имело смысла. Может, ну его? Сбежать — и все? Только не в подземелья. Там, наверное, он все ходы знает, раз так быстро нас нашел. Но… куда тогда? В Запретный лес я не пойду. У меня просто не хватит времени собраться. Может, удастся спрятаться где-то в замке? Где-то очень высоко, чтобы Снегг не догадался меня там искать.       — До сих пор стоишь? — дверь приоткрылась. За ней, облокачиваясь на косяк, стоял профессор, что-то прихлебывая из кружки. — Завтрак остывает.       Он развернулся, поднявши полы мантии и давая мне пройти. Пробиралась я туда бочком, сжавшись, боясь лишний раз вздохнуть. Есть пришлось в той же напряженной обстановке. Профессор сидел, все также что-то попивая, смотрел в окно. Оно, видимо, как и у нас в гостиной, было волшебным. Немного погодя, Снегг опустил на стол кружку и внимательно посмотрел на меня.       — Скажи-ка мне, пожалуйста, — начал он мягко, — помнишь ли ты, как мы встретились первый раз? — покраснев, я опустила голову. — Значит помнишь. Так вот, ты, тогда, помнится, хотела куда-нибудь уйти, лишь бы не быть дома, так?       Дождавшись моего кивка, он немного промолчал, дожидаясь, видимо, когда я доем. Как только тарелка осталась пуста, он задал главный вопрос:       — Неужели и в Хогвартсе тебе так плохо, что ты решаешь сгнить в темных подвалах?       — Я не собиралась там умирать, — повертела головой. — Просто я боялась… что… что…       Шмыгнув носом, я встала со стула и отвернулась от него. Что ему надо?       — Ладно. Не хочешь — не говори, — вздохнул он. — Я не настаиваю. Но твои поступки оставляют желать лучшего. Ученики, видно, скоро будут лучше знать дорогу до моего кабинета, чем до всех остальных вместе взятых. Кстати… Что произошло в прошлый четверг? Я услышал четыре совершенно разные теории, и сходятся они лишь в одном. В тебе.       Вот теперь стало опять страшно. Я думала, никто не увидел! И теперь, разворачиваясь к профессору лицом, понимала, что отсюда бежать некуда, а придумать, что тогда как будто случилось тоже не могу. Он не рассказал, что говорили те, кто видели меня!       — Это… — я запнулась. Сказать правду равно самоубийству. Снегг меня на месте убьет! — Я… Мне показалось, что кто-то… плачет. Да! И я пошла на звук, который привел меня к Вашему учебному классу. И-и…       — Однако, Вам пора заняться музыкой, — перебил он меня.       — Что?       — С таким отличным слухом. Почему нет? — хмыкнул профессор и унес тарелки в раковину. Зажурчала вода, забренчало стекло. — И кто же там плакал?       — А? — я на мгновение задумалась. — Маленькая девочка. Она потерялась и попросила помочь ей. Ну как можно отказать? Поэтому в четверг я пришла поздно в гостиную. — победоносно закончила ему врать.       — Мне кажется, на Вас плохо влияет такой вольный образ жизни.       — Кажется — креститься на… Ой.       Я закрыла рот ладонями, ожидая его реакцию.       — О чем и ведется разговор. Кстати… как у Вас с учебой?       — Все отлично.       — И я могу в этом убедиться, если пройдусь по учителям?       — Да… То есть, нет.       Стало понятно, что я уже завираюсь. Ему ведь не составит труда действительно пройтись по профессорам, тем более, скоро конец месяца. А, как мне стало недавно понятно, в конце каждого месяца деканы устраивают разбор полета среди подопечных, чтобы те подтянулись свои хвосты.       Тем временем, вода перестала течь, а профессор Снегг, отойдя от раковины, внимательно смотрел на меня.       — Директор предположил, что мне стоит возобновить наши занятия. Сейчас я вижу, что это даже необходимо. Поэтому ровно в шесть часов каждый день, не исключая субботы и воскресенья, я буду ждать Вас на втором этаже. Там есть отличная комната для занятий. С собой брать только палочку, перо и пергамент. Соответственно, чернила. И на первое занятие, пожалуйста, не забудьте принести крылышки Лассти.       — Так Вы знали?! — возмутилась я прежде, чем поняла, что сдала этим себя с головой. — Вы знали, что я взяла их?       — Конечно, — он кивнул. — Я просто хотел узнать, скажите ли Вы мне это или у Вас не хватит храбрости.       — Не надо тут! Я не слабачка!       — А у меня коза в спальне.       — Что?! — я с изумлением уставилась на него.       — А все одно: докажи, что сильная. На словах мы все герои, окружающие — нытики, а учителя — несправедливые привереды, — он многозначительно посмотрел на меня. «Докажи, что права, и немедленно освободишься от отработок» — снова вспомнила я наш давний разговор. А ведь мы с Гарри не смогли ничего придумать. И Гарри сказал, что думает, что здесь виновата именно я, а не профессор. — Ну да ладно… Я не местный философ, за этим лучше обращаться к директору. А пока иди в свою комнату и займись уроками. И, — он поднял ладонь, останавливая мой ответ. — Даже если уже все сделано, из гостиной ни ногой. Нагулялись.