Ненужные сопротивления

Он снял своё белоснежное пальто и бросил его на пол. Какая небрежность. Его белоснежная копна волос нависла надо мной, и я вдохнула его аромат. Он пах чем-то смолистым, табачным и перечно-сладким. Запах окутал всё моё пространство. А я продолжала всхлипывать. В этот раз он нежно взял меня за подбородок и поднял моё лицо. Уткнувшись в его глаза, я невольно начала просить: — Пожалуйста… Я не знаю, что мне делать, как мне быть. Мне плохо, больно, одиноко. Мне страшно. Я проговорила это так быстро, как будто готовилась к этому разговору. Его глаза стали ещё чернее, и он сказал: — Ты будешь моей. Он грубо отпустил моё лицо, схватил пальто и резко вышел из комнаты, захлопнув дверь. Я соскочила и побежала за ним, но он опять исчез. Я упала на пол, и слёзы градом лились из моих глаз. Я проплакала так несколько часов, пока у меня не осталось сил. Абсолютно обессиленная, я так и уснула на холодном деревянном полу. Всю ночь мне снились кошмары: тёмное, густое пространство, одновременно очень большое и очень маленькое. Вокруг ничего не было — только что-то до боли знакомое. Я не могла понять, что это. На следующий день его не было. Я пыталась собраться с силами, потренироваться, но у меня едва хватало сил, чтобы поесть. На следующий день сон повторился. И на следующий тоже. На четвёртый день я поняла, что это знакомое — запах, который источал Себастьян в нашу прошлую встречу. Эта мысль немного меня успокоила, и сон стал менее страшным, потому что во сне было что-то знакомое и не такое пугающее. Ещё неделю мне снился этот сон. И всё, что меня спасало, — это этот запах. Когда во сне страх доходил до пиковой точки, я начинала принюхиваться, и он начинал меня успокаивать. Дни тянулись бесконечно долго, и когда я поняла, что он не придёт, я решила, что стоит действовать. Сначала пыталась выбить окна, но это абсолютно не имело никакого смысла. Дверей, чтобы выйти наружу, не было. Я начала громить кухню. Толку от неё всё равно было мало — еда подходила к концу. Первым пошёл стол: я разнесла его на маленькие дощечки. Потом навесные шкафчики. Я пыталась сломать всё, что видела. Я кричала, орала и била всё вокруг. Когда на кухне ломать уже было нечего, силы начали меня покидать. Я поняла, что это конец. Мне пора умереть. Я подошла к газу и выкрутила все четыре конфорки, чтобы газ наполнил комнату. Когда дело было сделано, я отошла к стене напротив плиты, села на пол, закрыла глаза и начала ждать, когда этот кошмар закончится для меня навсегда.