Ненужные сопротивления

Хватит думать. Этот психоанализ сводит меня с ума. Нужно отвлечься. Я решила написать список, о котором говорил Себастьян. Что мне нужно? Хм… Да буквально всё. У меня нет ничего своего. О чём же я могу попросить? Успокоительные. Много. Мои нервы уже не выдерживают. Я стала замечать, что волосы начали выпадать, а ногти крошатся. Крема для всего, что только можно придумать. Хочу почувствовать гладкость кожи. И свежие фрукты. Последние месяцы я питалась консервами и крупами, хочется поесть чего-нибудь изысканного, хотя бы фруктов. Закончив свой список, я довольная представляла, как получу всё это. Нужно осмотреть остальную часть дома. Я подошла к двери, но, к удивлению, она была открыта. Когда я вышла, прямо напротив увидела другую дверь — она была заперта. Дальше вниз вела широкая лестница. Большой зал с панорамными окнами открывал невероятно красивый вид на горы. Стояла превосходная погода, солнечные лучи заливали комнату ярким светом. Большая комната была соединена с кухней, столовой и гостиной — одно большое пространство, много света, всё выполнено со вкусом и стилем. — Осматриваешь наше новое место, сестричка? Услышала я позади себя и резко обернулась. Себастьян стоял в расслабленной позе: в синих свободных пижамных штанах и чёрной футболке в тонкую белую полоску. Он был таким спокойным и расслабленным, как будто не убил дорогих для меня людей, как будто он вовсе не психопат-убийца. Я перестала понимать своё тело. Меня что-то неистово тянуло к нему, но при этом отталкивало. Всё моё нутро кричало, что это противоестественно. — Я тебе не сестричка! — возгласила я. — С сёстрами так не поступают. — Ты мне и не сестричка. Мне просто нравится тебя так называть. Все думают, что мы родные брат и сестра. Мне понравилось играть в эту игру. Звучит очень интригующе… сексуально, не правда ли? В этот момент я опешила. — В смысле мы не брат и сестра? Что ты несёшь, Себастьян? Опять эти твои игры? — Ха-ха… Никто тебе не сказал? Ну конечно, никто ведь не знал. Валентин был так помешан на идее создания идеального творения, что экспериментировал над разными детьми. Над своим сыном — Джонатаном — тоже. Но он оказался слабаком и умер. Тогда Валентин отрёкся от него и набрал ещё несколько детей. Все они не смогли перенести его опыт, кроме меня. И тогда он признал меня своим сыном. А ты что все это время думала что я твой родной брат по крови? и ты целовалась с братом, в засос, фууу Клэри, ну и извращенка, это даже для меня слишком. Мои глаза наполнились слезами. — Нет… Ты мне врёшь. Ты говоришь мне это, но зачем? Я не целовалась с тобой! Себастьян медленно подошёл к Клэри. — Мне незачем тебе врать. Это правда. Теперь ты можешь не переживать из-за тех чувств, что испытываешь ко мне. Я знаю что тебе понравился тот поцелуй