Кризис среднего возраста по-шамански

Назире с любовью погладила живот, уже заметно округлившийся. Что же, снова стать матерью — не такая и плохая идея. И то, что разница между детьми будет такая большая — не страшно. У эльфиек вон вообще разница бывает больше чем сто лет. А ее срок жизни тоже довольно солидный. Конечно, деревенские шаманы живут столько, сколько отведено их расе. Но у Назире был призванный, и это все меняло. И она, конечно, не хотела бы показаться хвастливой, но на данный момент сильнее нее шамана не было, и по силе она стояла наравне с магами. Единственное, что смущало — отец ребенка. Вот почему вокруг полно историй, когда подлецы бросают своих беременных подружек, а у нее все с точностью до наоборот? Молодой эльф навещал ее чуть ли не каждый день, приносил какие-то диковинные фрукты, помогал по дому. А потом Симаэль влез и в ее рабочие дела, когда не удалось уломать ее бросить свою работу хотя бы временно. А еще каким-то образом умудрился застать момент, когда ребенок первый раз толкнулся. И хоть она каждый раз отказывалась от помощи, но назойливый паренек каким-то чудесным образом все равно делал по-своему. Такие странные отношения длились уже несколько месяцев, и Назире иногда с ужасом отмечала, что скучает по эльфу, когда тот долго не появлялся. А когда однажды он не смог навестить ее ни разу за неделю, она уже хотела наведаться в Светлоэльфийские земли и разведать, что же случилось с Симаэлем. Удержалась шаманка с трудом. Симаэль больше не заводил разговоры про свадьбу. Но постоянно мелькал перед глазами. А уж когда он намылился идти с ней на рынок посреди бела дня и на виду у всех соседей, Назире поняла, что от этого эльфа не скрыться. А еще оценила его поистине царское самообладание, когда на него тыкали пальцем или шептались за спиной: «Смотрите-ка, какого женишка Назире отхватила», «А не молод ли он для нее», «А может это она для него молода?», «Эльф и шаман — вот диво» и тому подобное. Она от смущения и негодования не знала, куда деваться. Нет, Назире бывала в центре внимания и раньше, ну например, когда победила Безумного мага, или когда в очередной раз на нее орал папаша очередного «опозоренного» сынка. Но вот по такой причине — ни разу. И никто никогда не обсуждал ее женские прелести и чары, которыми она завлекла молодого и симпатичного эльфа. Назире это совсем не нравилось. В присутствии этого Симаэля она постоянно попадала в дурацкие ситуации, краснела и не знала, куда деваться от стыда, потому как в глубине души была абсолютно согласна со всеми злопыхателями. Эльф же чувствовал себя как рыба в воде. И после похода за пропитанием (причем за все платил он, от чего Назире еще сильнее бесилась) соседи  начали поздравлять их с удачным союзом, а Симаэль лишь счастливо принимал поздравления, по-видимому, не сомневаясь, что в скором времени все так и будет. Повелитель и маги только помогали ему, каждый раз открывая порталы. Назире бесилась, ругалась, плевалась, но Повелитель только задорно хохотал, и говорил, что Назире бессердечная мать, ведь у ребеночка должен быть отец. Эльф в это время только стоял рядом, укоризненно приговаривая, что Назире не надо волноваться, успокаивал, хватая шаманку за руку и пытаясь погладить по животу. Самое мерзкое — это действовало, и она действительно успокаивалась. Отчего морда у Повелителя становилась совершенно гадостной. В определенный момент Назире все это надоело, и она перестала ходить в Резиденцию, чтобы поругаться. Да и если честно, было это хлопотно, и в последнее время она больше времени проводила дома. А гулять ее выводили либо сыновья, либо Каян. Но чаще всех, конечно же Симаэль. Дарий демонстративно не замечал нового «папу», но Назире видела, с каким трудом он сдерживается. Было подозрение, что Каян, Повелитель и Марьян только подливали масла в огонь, накручивая ее старшего сына. Однако в отношении матери первенец был внимателен и даже стал захаживать чаще. И при шаманке никогда не ссорился с эльфом. Симаэль отвечал тем же, однако и на его лице она частенько видела недовольство, когда приходил Дарий. Гретха сделала предположение, что это ревность. Назире только тяжело вздыхала и думала, что было бы неплохо, если старшенький бы в кого-нибудь втюрился и перестал так опекать свою непутевую мать. Вот и сегодня от нее только недавно ушел Сим, оставив каких-то вкусных фруктов из эльфийских садов. Он разрешил себя называть именно так. Причем каждый раз, когда она так обращалась к нему, лицо его озарялось такой детской и искренней радостью, что ей неловко становилась, и она чувствовала себя какой-то совратительницей. Но тут же одергивала себя. В конце концов, это именно она, как оказалось, что беременна, подвергалась атакам со стороны эльфа. Нет, Назире была согласна с Повелителем, что ребенку нужен отец. И была бы не против, если бы Симаэль общался с дочкой. Шаманка молила Духов, чтобы хоть в этот раз это была девочка. Гретха ее надежды не оправдала, подарив внука. Но не обязательно же для этого жениться? И мать эльфа была не против такого исхода. Про деда Симаэля Назире старалась вообще не задумываться. Она все-таки беременна, такие страхи ей ни к чему. Об этом она эльфу говорила не раз, но тот лишь каждый раз улыбался ей, как маленькой, и совал очередной кулек с фруктами. *** — Назире, ты уверена, что хочешь погулять именно там? — Да, почему бы и нет? Сам все время говоришь, что надо больше гулять среди деревьев, а теперь говоришь, что не надо? И погода замечательная, весна в этом году просто чудесна. — Я с тобой абсолютно согласен, но не лучше ли пойти в Столичный парк, а не за город? — Симаэль демонстративно уставился на ее огромное пузо. Срок был солидным. — Я не хочу там гулять. Если ты не хочешь, я с радостью позову Каяна и погуляю с ним! — Назире отчеканила каждое слово и с вызовом уставилась на него. Последний месяц настроение у нее было просто ужасным. Целители говорили, что в ребенке начал формироваться магический дар, поэтому она чувствует такое раздражение, советовали пить успокоительные настои, безопасные даже беременным, и стараться держать себя в руках. Она так и делала. Со всеми, кроме Симаэля. Ох, тут уж она себя не сдерживала и, по ощущениям, отыгралась за все свои предыдущие беременности, в надежде, что паренек все-таки одумается и отстанет от капризной человечки. Она придиралась ко всему, что он делал, посылала за непонятными фруктами, а потом, когда взмыленный эльф прибегал — сообщала, что перехотела. Однажды закатила ему скандал из-за того, что он любезничал с продавщицей на базаре. Причем в тот момент Назире действительно была раздражена, но к еще большему неудовольствию она заметила, что после той ссоры эльф как будто приободрился и наоборот, сиял, как новый пятак. Так что больше она себе такого не позволяла, отыгрываясь в бытовых мелочах. Дарий только руки не потирал, в очередной раз застав мать и эльфа за ссорой. Он уже предвкушал, как Симаэль от нее наконец-таки отстает. Дарий считал, что такой муж его матери не нужен. Эльфийский сопляк. А ребенка они все вместе будут помогать воспитывать. Все-таки это будет его братик или сестричка. Иногда шаманка ловила себя на том, что уже даже сочувствует Симаэлю. Как он ее только терпит? Действительно, любит... Вот и сегодня эльф приводил разумные доводы, почему не стоит идти за город, несмотря на чудесную погоду, и в любое другое время она бы с ним согласилась, но ничего не могла поделать со своим внезапно ухудшимся нравом. И, по-видимому, уменьшением мозгов. Поэтому эльф спорить не стал, лишь взял бестолковую женщину за руку, и они вышли из дома. *** — Назире, — у нее даже мурашки по спине забегали от того, как проникновенно произнес ее имя паренек. — Чего? — Назире спряталась за широкой кружкой. Они, естественно, не дошли ни до парка, ни до пригородного лесочка. Назире предсказуемо устала через парочку улиц, так что Симаэлю можно было и не спорить с ней. Да и Духи, казалось, шепчут своей слуге, что не стоит сегодня геройствовать. — Ты правда так не хочешь выходить за меня? Я недостаточно хорош? Ты любишь кого-то другого? Назире растерялась. Она как-то не подумала, что Симаэль захочет узнать причину, отчего она отказывается от брака. Она задумалась в поисках подходящего варианта, и ее вдруг посетила ужасающая в своей простоте мысль: «А действительно? Почему нет?» Почему она так не хочет за него замуж? Один раз она там уже была, и ничего страшного в самом браке не было. Было страшно и больно смотреть на стареющего мужа и знать, что он скоро покинет ее. Но Симаэль — эльф, и он уж точно не состарится раньше нее. — Вы Назире Рейнская? — к их столику подошел незнакомый пожилой мужчина. — Да, это я! — Назире заметила, что Симаэль раздосадован, что она его опередила, отвечая незнакомому мужчине. — Каян — это твой призванный? — Эм, да. Только не говорите, что у вас есть сын и Каян его… — Сыновья! — злобно зашипел мужик. Назире уже приоткрыла рот, чтобы принести дежурные извинения: — У меня пять сыновей! — зачем-то выдал мужик. — И что? Он всех пятерых?.. — Назире недоуменно уставилась на незнакомца. Нет, она знала, что Каян любитель своеобразных развлечений, да и чувство юмора у него специфическое, но пожалел бы он бедное семейство. — Нет, хвала Богам. Старший уже женат, а младший слишком юн! — О, так значит только троих? — в беседу влез Симаэль. И сделал он это очень неудачно, так как немного успокоившийся мужик снова завелся. — Всего лишь троих!!! Да этот потаскун опозорил мое семейство! Мы теперь посмешище! Да уж, если так орать посреди улицы, ты точно будешь посмешищем. Вот где Каян находит таких пареньков, отцы которых очень трепетно относятся к… эээ… девственности своих сыновей. И на самом деле в городе много таких «опозоренных», так то не стоило ему тут сцену устраивать. — Я прошу прощения за своего призванного. Но должна вам сказать, что он не насильник и в постель берет только по обоюдному желанию. Так что нет ничего противозаконного в том, что двое совершеннолетних развлеклись. Малолеток Каян старался избегать, Назире его настращала, видя, как он иногда залипает на задницах подростков возле школ. Она, решив, что разговор окончен, решила покинуть кафе, сидеть здесь спокойно уже не получится. И она захотела домой, разъяренный мужик испортил все настроение. Незнакомец не считал беседу оконченной, подскочил к поднимающейся Назире и схватил за руку. — Ты, шаманка проклятая, держи в узде своего призванного. Вам их по-моему вообще на цепи держать полагается. — Уберите руки от моей невесты, — рядом также разъяренно зашипел Симаэль. «Невеста, ну надо же, хоть не жена», — хмыкнула шаманка. Однако в следующий момент ей стало не до смеха, внизу живота резко потянуло, довольно знакомо потянуло, она уже чувствовала такое три раза. А потом по ногам потекло. Она уже даже не слушала, о чем спорят взбешенный мужик и надменный эльф. К ним подошла подавальщица. — Господа, я думаю, сейчас не до ваших споров, — девушка обеспокоенно посмотрела на Назире. — Я думаю, вашей невесте нужно к лекарю. От этих слов Симаэль разом растерял всю свою надменность. *** — Какая же она красивая! — Назире с трепетом прикоснулась к своей дочери. Наконец-таки. — Да, она красавица, — к ним склонился Симаэль. Счастливая шаманка посмотрела на эльфа. Дочка. У нее дочка. Уже за одно это она была готова расцеловать паренька. Симаэль, как почувствовал, и прикоснулся к губам Назире. — Ты понимаешь, что этого больше не повторится, — недовольно пробурчала Назире, как только они закончили целоваться. Сил на возмущение практически не осталось. Роды прошли довольно тяжело. Очень странно, двое из ее сыновей маги, но даже с ними она так не мучилась. — Почему не повторится? Жених имеет полное право целовать свою невесту! — Но мы не жених и невеста! — Неправда, ты сама дала мне свое согласие. — Когда это?  — Буквально час назад. — Час назад я не могла дать тебе своего согласия, я рожала! — Но тем не менее я спросил, а ты ответила. Ты даже поклялась перед Духами. — Врешь! — Нет, госпожа Рейнская, он не врет. Я сама слышала. Хотя признаюсь, первый раз видела, чтобы во время родов делали предложение, — в беседу вступила целительница. Она виновато посмотрела на шаманку, но соврать не могла. Все-таки клятва перед Духами — это не шутки. Эльф был хитрецом. Или очень влюбленным. В подтверждение своих слов Симаэль продемонстрировал запястье. Назире приподняла свое. На обоих наблюдался тоненький узор, подтверждающий помолвку. У них с Саем тоже такие были, пока они не поженились. — Ты жалеешь? — Жалею ли я о том, что мне сделали предложение во время родов, и я сама не понимаю, как ответила на него согласием? — с каждым словом эльф выглядел все менее уверенным. — Я делал тебе предложение и до этого, — робко прошептал паренек. — Ага, на виду у кучи народа, в том числе и своей матери, — Симаэль еще больше пригорюнился. — Погоди. То есть тебе просто не понравилось, как я делаю предложение? Ты поэтому ничего не отвечала, но принимала мои ухаживания? — обрадовался паренек. Назире уже приоткрыла рот, чтобы начать возмущаться, когда это она принимала ухаживания. Но вместо этого только кивнула в знак согласия. Симаэль разулыбался, аккуратно забрал дочь, чтобы уложить в люльку. Целители посоветовали Назире пару дней провести здесь. — Ты не пожалеешь, что выбрала меня в мужья, — и склонился, чтобы поцеловать шаманку. «Я-то не пожалею. Смотри сам потом не плюйся, что со мной связался», — она мило улыбалась Симаэлю. Да уж тут воистину стоит удивиться. Раньше, когда она еще была ребенком, ей казалось, что когда у нее появится внуки, то она будет умудренной, с сединой в волосах старушкой, доживающей остаток своих дней. Как ее бабуля. И надо же, в данный момент она чувствовала, что для нее в очередной раз все только начинается. От этого внутри все сладко замирало. Она слегка дернула мужа (почти) за рукав, привлекая к себе внимание и требуя еще один поцелуй, пока дочурка кряхтела в люльке. *** — Маг родился. Я чувствую это, — старая карга глубоко затянулась. — О, так ведь еще рано. — Ребенок решил, что сейчас самое время, — старуха издала непонятный звук, но Повелитель знал, что она так смеется. — Надо поздравить Назире. Интересно, выйдет она за эльфа или нет? — он с интересом уставился на Провидицу. — А я почем знаю? Повелитель хмыкнул. Бабка редко отвечала на вопросы и, если считала, что гостю о чем-то не следует знать, то об этом ни за что не поведает. Как, например, она никогда не говорила даты смерти, за этим к ней приходить было бессмысленно. — Я чувствую, сильная магия пришла к нам вместе с этим дитя! — старуха вдохнула глубже, как будто магию можно было унюхать. — Эх… а я раньше всегда думал, что ты говорила про Назире. Сильный соратник с необычной магией, которого ни у кого нет. Шаманы редко крутятся около правителей, слишком свободолюбивые. — Да, с Назире мало кто сравнится. Но я говорила не о ней. Повелитель хмыкнул. Да уж, как все-таки тяжело подбирать кадры. Иногда, оказывается, приходится помогать даже с их рождением.