Я тебя ненавижу, отпусти меня, пожалуйста

      Сегодня мне предстоит вместе со старшекурсниками поездка на новое поле, отведенное нам для занятий физкультуры. Собравшись возле колледжа, они садятся в школьный автобус и уезжают, естественно, вместе со мной. Когда мы подъезжаем к ФОК, которому принадлежит интересующее нас поле, ученики с криками радости бегут осматривать место игры в регби. Что еще для счастья надо? Кусок земли с газоном. Поле нам отведено не на весь день, поэтому я отпускаю автобус, наказав водителю вернуться через два часа.       Перед игрой, я провожу разминку, но не сам. Прошу это сделать нашу сиротку. Зная как ей нравиться заниматься спортом, я уверен, что произведу на нее хорошее впечатление. Это мне нужно, для того чтобы реабилитироваться перед учениками за вчерашнее поведение, ну и показать Линарес, что я совсем на нее не сержусь. Это конечно шутка. Ха-ха. Сказать, что я сержусь, значит ничего не сказать. Я нахожусь в ярости, от того, что объект моей ненависти начинает так шутить со мной. Пора показать кто в доме хозяин. Мое добродушное отношение принимают, но с недоверием. Из меня бы получился идеальный актер, потому что у меня получается, развеять их сомнения. И Линарес, кажется, даже рада этому. Спустя пару часов после изнурительной игры в регби, ученики довольны. И хоть сил у них не осталось, но они с удовольствием бы еще поиграли. Особенно она. Вот и отлично! — Линарес, можно тебя на секунду? — аккуратно взяв под руку, я увожу ее подальше от ребят, чтобы наш разговор никто не слышал. — Слушаю тебя, — от ее довольного лица меня просто выворачивает. Как же я ее ненавижу, — думаю про себя. Но мои мысли, почему-то перебивают представления о том, что если не было бы этой вражды, которую вбил мне в голову отец, постоянно напоминая о ней, то возможно, мы бы с ней даже подружились. Неужели мне так и придется прожить свою жизнь с ненавистью к ней и это чувство меня никогда не отпустит? Свою внезапно появившуюся сентиментальность заглушаю воспоминаниями о том, как вчера пошутила наша сиротка.  — Я хочу, чтобы вы еще часик поиграли. Как ты на это смотришь? — Я? — она удивляется и это понятно. Никогда не было такого, чтобы я с ней советовался. Она наверняка мечтает о том, чтобы провести еще какое-то время на поле. Я думал, все девушки помешаны на моде, ну или, в крайнем случае, на чем-то более женственном, нежели спортивные игры. Но к Линарес это не относится. И мне это нравится. Наверное, именно за это я и веду себя с ней честно. Честно ненавижу. Как я отношусь к другим ученикам, никто не знает. Они думают, что я всех ненавижу, но это ложь. А правда состоит в том, что мне попросту наплевать на них. Для меня они не существуют. Существует только Линарес. Даже как-то обидно, что какая-то уличная нищенка, занимает столько места в моей голове. — Вижу, что ты этого очень хочешь, — продолжаю любезничать. — Сходи в здание ФОК и позови Густаво Мендоса, я с ним поговорю на счет продления.       Вид у нее настолько счастливый, что она готова броситься мне на шею. Но она просто убегает, поблагодарив меня заранее. Ты не меняешься, Линарес. Сколько можно тебя учить, что врагам верить нельзя. В том момент как она скрывается за дверями здания, подъезжает автобус. Ученики забегают в транспорт. Про сиротку никто не вспоминает, кроме Андраде, но я ее уверяю в том, что Линарес отпросилась. И она мне верит, ведь я создал на сегодняшний день образ самого доброго старосты на свете.

***

      Мы благополучно вернулись в наш славный колледж. С того момента как мы переступили порог школы, я стоял возле входа в ожиданий Линарес. Мне хотелось первому посмотреть, в каком состоянии она вернется. По дороге от комплекса до колледжа ей предстоит встретиться с дворовыми собаками. Довольно милые собачки, но злые. Правда, не на столько, чтобы загрызть человека, но напугают они ее хорошенько. Надеюсь, после такой шутки, она больше не захочет со мной связываться. А вот и она. Сразу замечаю, что у нее растрепаны волосы, разодран рукав на спортивной куртке, а на месте, где рука оголена, царапина. Проходя мимо, она бросает на меня взгляд полный обид и разочарования. А я лишь победно улыбаюсь:  — Неужели на тебя напали собаки? — Нет, я решила с ними поиграть, а они оказались не в духе.       Унизить ее снова не успеваю, потому что вижу на лестнице Андраде: — Лухан, где ты была? — с недоверием осматривает ее внешний вид, — Блас сказал, что ты отпросилась. — Да, я отпросилась, а он отпустил, — смотрит на меня, оскорбленным взглядом, потирая больную руку, — Но сейчас я уже жалею о том, что сделала.       Видимо моя шутка помогла ей понять, что я сильнее и со мной бесполезно бороться. Хоть чему-то я тебя научил. Слушать их дальнейшую болтовню не хочу. Линарес как обычно начнет выкручиваться и врать о том, где она была, но меня не выдаст. Мне было бы приятно, ели бы меня защитил кто-то другой, но никак не она. Я уже привык ее ненавидеть. И жить по-другому просто не могу.