Я тебя тоже

Томас сидел у обрыва, свесив ноги и легко покачивая ими в воздухе. Холодный ветер беспощадно бил по лицу, но у парня мысли были заняты лишь тем, что он устал. Просто устал настолько, что сил не осталось. Не осталось на то, чтобы бороться, чтобы продолжать жить. Ему было больно. Жизнь давно превратилась в одну кучу дерьма, в котором Томас повяз, из которого не было выхода. Уже ничто не держало в этом мире. Ничто, кроме человека, который своей улыбкой заставлял парня покрываться мурашками с головы до пят; который мило ерошил свои светлые волосы, частенько позволяя Томасу делать это вместо себя; который был лучиком солнца в дождливый день, освещающим все вокруг и дающим надежду лишь на лучшее. Ньют был тем, ради кого Томас все еще дышал. — Пора тебе завязывать с этим, Томми, — услышал брюнет, а затем рядом приземлился худощавый парень. В один миг он выхватил из тонких пальцев сигарету и выкинул ее в пропасть, от которой ребят отделяло всего ничего. — Ты про то, что я сижу здесь каждый вечер, или про то, что продолжаю курить? — горько усмехнулся Томас, чем заставил Ньюта нахмуриться. — И то, и другое. — Тебе стоит прекратить волноваться, я уже кучу раз мог погибнуть, но живой, как видишь. — Ты идиот, Томас, вот и всё. Блондин закатил глаза и подвинулся ближе к другу. На секунду его взгляд метнулся вниз, где о скалы бились волны, а недалеко парили чайки. Если кто-то сорвется, то шансов выжить — ноль. Только если вы чудом не научитесь летать. — Почему ты пришел? — Томас повернул голову в сторону Ньюта, и увидел в темно-карих глазах искреннее удивление. — Похоже, ты действительно идиот. — Ладно, а если серьёзно? — Чтобы в очередной раз не дать тебе свалиться отсюда к чертовой матери, вот почему, — буркнул блондин, запустив пятерню в светлые пряди и слегка их взъерошив. — А если я упаду? Для тебя это так важно? — продолжал издеваться Томас, хотя и сам прекрасно знал ответ. — Да, для меня это важно, — Ньют устало кивнул, а затем прикрыл ладошкой рот, сдерживая зевок. — Почему? — Потому что ты мне дорог. — Почему? — Потому что. — Потому что что? — Потому что я люблю тебя. — Что? — Что? Томас тупо моргнул, а Ньют еле заметно покраснел. — Ты сказал… — Чёрт, просто… Хватит допытываться, когда ты и так знаешь! — До этого момента ты никогда не… — Потому что ты меня достал, — блондин фыркнул и резко поднялся на ноги. — Погоди, ты… Брюнет проделал то же самое, но поскользнулся на мокрой из-за прошедшего недавно дождя траве, и… Нет, не полетел вниз, не разбился о скалы, потому что Ньют в очередной раз его спас. Правда, теперь он спас его по-настоящему, от реальной смерти, которая была в нескольких метрах от Томаса. Блондин потянул парня на себя, поэтому они оба завалились на землю, так, что лица их теперь были невозможно близко. — Да, я люблю тебя, придурок, и если ты хоть еще раз попробуешь оставить меня одного на этой гребаной планете, то я отправлюсь вслед за тобой, чтобы и там быть рядом и каждый раз выбрасывать из твоих рук сигареты, — прошипел Ньют, упершись руками в грудь Томаса, на лице которого засияла улыбка от услышанных слов. — С каких пор ты стал таким сентиментальным? — Ой, заткнись, — Ньют закатил глаза, и в этот момент Эдисон опрокинул его на спину, оказавшись сверху. Ньют даже не успел понять, когда его губы накрыли чужие, утягивая в мягкий, наполненный нежностью поцелуй. А отстранившись, Томас прошептал парню на ухо всего три слова: — Я тебя тоже.