Ты — только моя пища

      Прихожу в себя от осознания, что за мной кто-то пристально наблюдает. Тяжёлым, липким взглядом. От него хочется спрятаться, укрыться, сбежать…       Приоткрываю глаза, морщась от слабых отголосков головной боли, тут же встречаясь взглядом с насмешливыми янтарными глазами Шуна Казами. Мужчина сидел прямо напротив меня, присев на корточки, и не моргая смотрел на меня своими жуткими глазами. Словно змея гипнотизирует кролика перед броском.       Тихо вскрикиваю, дёрнувшись, с ужасом осознавая, что мои руки были крепко связаны жёсткой верёвкой сзади. В голове вмиг вспыхнули прошлые моменты: хищно улыбающаяся Фабия, вино и расплывающаяся перед глазами комната Кита. Чёрт, да она меня похитила! Боже, какая я тупица… Что же теперь будет?       Судя по ощущениям, я сидела прямо на полу, облокачиваясь спиной на холодную бетонную стену. Помещение казалось большим и практически пустым, к тому же в этом месте было очень темно. Плохо, очень плохо. Я даже не знаю, где я. Чтобы я ещё раз кому-то поверила…       Лицо вампира напротив меня тем временем озарила самодовольная ухмылка. Он явно был рад читать на моём лице жуткий страх, который я никак не могла скрыть. Я боялась этого ненормального, который когда-то бросил вызов Спектре. Кто знает, что он задумал в этот раз? — Очнулась? Прекрасно, — тихо проговорил он, поднимаясь, и весело усмехнулся, обращаясь к кому-то стоящиму за его спиной. — Хорошая работа, котёнок. Я не прогадал, выбрав именно тебя.       Послышался презрительное хмыканье, и вот перед моим взором предстала Фабия, которая плавной походкой хищника приближаясь к вампиру, а значит и к более освещённому свечами месту. Поднимаю бровь, замечая некие метаморфозы, случившиеся с этой… девушкой. Если её так можно назвать.       Нет, Фабия не была вампиром. Но и человеком некогда синеволосую особь трудно было назвать.       Её когда-то изумрудные глаза теперь пылали золотистым пламенем, по-настоящему зловещим и предупреждающим о буйном нраве обладательницы. Черты лица заметно стали более резкими, кожа обрела шоколадный оттенок. Кошачьи ушки, расположенные чуть выше, чем у обычных людей, были покрыты коричневой шерсткой, на вид мягкой и нежной. Между губ выглядывали небольшие клыки, а длинный и пушистый хвост недовольно бил по полу, выказывая сильное раздражение, даже ярость Фабии. В её ушке сверкала неизменная сережка в форме клыка. Прирождённая хищница. — Закрой рот, — холодно процедила оборотень, скривив губы в презрительной ухмылке, которая ей так не шла. — Иначе я тебе его закрою. Я тебе не котёнок, кровосос. Заруби себе на носу, будь добр.       Против воли вздрагиваю. От неё так и веяло опасностью и желанием убивать. Определённо, она казалась жуткой, несмотря на экзотическую внешность.       Шун же никак на угрозу не отреагировал, хотя, судя по плотно сжатым губам, ему такое обращение ой как не понравилось. Этим ледяным спокойствием он чем-то походил на Кита. Кит… Если меня этот ненормальный не прибьёт, то это точно сделает блондин. Если успеет. — Я исполнила условия нашей сделки, — проговорила девушка-кошка, её взгляд метнулся в мою сторону. На удивление, в нём не было холода или даже презрения, что было странно. — Твоя очередь, Казами. Отдай вещь, которая по праву принадлежит мне.       Черноволосый лишь хмыкнул, медленно приближаясь к Фабии, если только это её настоящее имя. В полнейшей тишине стук его сапог действительно действовал на нервы. Оборотень заметно напряглась, когда вампир дотронулся до её руки и плавно повёл к плечу. Его лицо при этом напоминало маску — абсолютно бесстрастное.       Рука Шуна мягко откинула с её плеча прядь чёрных волос с синим отблеском, поднимаясь к щеке. Фабия оскалилась, но не сдвинулась с места, только слабо дёрнулась. — Не шути так со мной, девочка, — он медленно, с садистским удовольствием надавил когтем (причём довольно длинным и наверняка острым) сильнее, тут же оцарапав нежную кожу. — В противном случае останешься без своей маленькой головушки, киса.       Усмехнувшись, он чуть склонил голову на бок, казалось, любуясь проделанной работой. Из царапины медленно потекли тонкие кровавые дорожки. Точно псих.       Оборотень отступила на шаг, настороженно зыркнув на вампира и издав приглушённое шипение. Её ушки были плотно прижаты к голове, а пышный хвост слегка подрагивал. Судя по всему, не мне одной здесь страшно. — Отдай мне моё, чёртов вампир, — тихо проговорила она, яростно сверкнув в сторону Казами своими необычными глазами цвета расплавленного золота. — Ты дал мне кровавую клятву.       Похоже, у неё наблюдается та ещё «любовь» к этим существам. Хм. Любопытно, что за кровавая клятва?       Вампир лишь лениво оскалился, небрежно доставая из кармана небольшой медальон в форме бабочки. Скорее всего, он был позолочен, к тому же украшен драгоценными камнями. Но я не смогла хорошо его разглядеть.       Глаза девушки жадно блеснули при виде этой цацки. Шун бросил украшение в её сторону, закатив глаза. Его явно забавляла эта ситуация. Придурок…       Вещь упала на пол, издавая необычно приятный звон. Фабия приглушённо охнула, тут же спешно с грацией поднимая медальон и прижимая его к груди, облегчённо вздохнув, чем вызвала очередной смех Казами, в котором явно слышалась издёвка.       Холод и презрение этого мужчины физически давили на психику каждого, кто находился рядом. С самого начала я думала — при первой встрече, естественно — что хуже Спектры быть не может быть. Оказалось, я ошибалась. Этот тип куда хуже Кита в бешенстве. Гнусный тип, однако. — Осторожнее с этой вещью, котёнок, — холодно произнёс Шун. — Она обладает такой силой, которая тебе и не снилась. Знала бы, каких трудов мне стоило её достать и… попросить отдать прежнего хозяина.       Его лицо тронула жестокая гримаса, которая уродовала его красивое лицо. Не зря люди говорят: красивая оболочка — лишь прикрытие гнусной, мерзкой сущности. Или как-то так. Но смысл тот же. — Меня не волнует, что там с тобой приключилось, — девушка-кошка фыркнула, дотрагиваясь пальцами до кровоточащего пореза. — Мне важен только результат.       Казами хмыкнул, элегантно снимая чёрный пиджак и бросив его на ближайший стул, на который я просто не обратила внимание с самого начала. Вампир остался в бордовой рубашке и строгих чёрных штанах. — Можешь идти, котёнок, если ещё понадобишься, я прикажу тебя привести, — сухо произнёс обладатель янтарных глаз, в которых буквально на миг блеснул тот самый адский огонь безумия. — И без глупостей, ясно?       Оборотень сглотнула, с каким-то отчаяньем посмотрев в мою сторону. Нет, не смотри на меня так. Отворачиваюсь, тупо глядя в пол. — Хорошо, — слышу её тяжёлый вздох. — Как скажешь...       Сухой смех вампира заставил меня сжаться, пытаясь слиться со стеной. До чего же жуткий… — Хорошая киса, — от его бархатного голоса меня чуть не стошнило прямо на чёртов пол. — Не хочешь попрощаться с маленькой шлюшкой Спектры? Хотя, мне кажется, она на тебя обиделась.       С яростью смотрю на нахальную рожу Шуна, но вовремя прикусываю язык. Спокойно, Элис, спокойно. Держи себя в руках.       Фабия ничего не ответила, молча подходя ко мне ближе. На её лице застыла грустная улыбка. Я на неё смотрю волком. Всё-таки из-за неё я здесь. Хотя... Если бы не моя прирождённая, очевидно, глупость, то всего бы этого не случилось.       Следующие её действия привели меня в полнейший шок. Она вздохнула, тут же крепко меня обняв, утыкаясь носом в макушку. Хвост Фабии мягко прошёлся по моему боку, словно извиняясь. Ошарашенно замираю. В нос ударил аромат лесных трав, исходящий от оборотня. Вкусно пахнет. — Прости, милая, — слышу её шепот у себя возле уха. — Я должна уберечь свой клан от гибели. У меня не было выхода.       Краем уха слышу презрительный смешок вампира. — Как трогательно, — в его голосе столько яда, что любая змея позавидует.       Моей руки коснулся холод металла. Фабия отстраняется, серьёзно глядя мне в глаза. Судорожно сжимаю в руках предмет, про себя замечая, что он продолговатый и шершавый. Стоп. Неужели это…?       Её губы трогает лёгкая улыбка, золотые глаза озорно блеснули.       Сомнений быть не может. Эта странная девушка всунула мне пилочку.