Red or Black

Почему глазам так светло? Я уже в раю? Что ж, если это так, то стоит приоткрыть зеницы и полюбоваться какого в нем. Пытаюсь пошевельнуться, но конечности немного затекли, поэтому это удается с небольшим трудом. Чувствую под руками что-то прохладное и гладкое. Во рту пересохло. Очень хочется пить. -Чонгук? – слышу женский голос. –Чонгук, сынок? – мама? А что мама здесь делает? В раю всегда преследуют родители? –Чонгук, ты очнулся? – да очнулся, очнулся, мам, дай мне глаза раскрыть. Разлепляю веки. Глазам становится невыносимо больно от белого света, бьющего в них. Но боль быстро проходит, когда они постепенно начинают привыкать. Что это? Какая-то комната? Чувствуется запах лекарств. Стоп. Я в больнице? То есть это не рай? Черт, а так хотелось побывать там, посмотреть, что да как. Ну ладно, надеюсь, после смерти обязательно там побываю. После смерти. То есть я еще не умер? Отлично. -Чонгук, ты меня слышишь? – мама поглаживает меня по руке. Я поворачиваю голову чуть в сторону, откуда шел голос. Вижу мамино лицо. Но и не только его. Папа тоже сидит рядом с мамой, в углу сидит Тэхен с Райли, рядом с ними Чимин. У двери стоит – босс? Рядом с ним Чарли. Чарли… Значит с ней все в порядке. Чудесно. -Вы чего все столпились вокруг меня, дышать тяжело, - возмущенно буркнул я хриплым голосом. -Ох, слава богам! Я уж думала, что ты не придешь в себя! Я так переживала! – мама поцеловала меня в тыльную сторону ладони, все еще крепко держа меня за руку. Я услышал облегченный вздох отца и копошение в палате. Все разом подошли к моей койке, улыбаясь и приветствуя. -Чувак, ну ты нас и напугал, - это был Тэхен. –Звонит мне значит этот товарищ, - он положил руку на плечо Чимина, - и говорит, мол тебя по башке долбанули, или ты сам долбанулся, в общем приложился серьезно, я думаю, что делать, куда бежать. Бросил трубку. Пока собирался, позвонила Райли, сказала, что ей звонила Чарли вся в слезах, соплях, мол ты шибанулся, ну мы с ней рванули в больницу. Эти двое, - он хлопнул Чимина по плечу, а затем быстро указал на Чарли, - были уже здесь, сидели за дверью никакущие. Один за голову держится, ходит из стороны в сторону, лица на нем нет, вторая – вся в крови, царапинах, в платье, которое тоже все в крови. В общем, картинка жуткая. Ты бы видел их. Сейчас-то они чистенькие вон. А позавчера их как будто со съемок знатного хоррора вытащили. Жуть, - есть такая особенность у лучшего друга – когда надо что-то рассказать вкратце, у него начинается словесный понос. Но хоть объясняет всегда доходчиво. Я даже смог выдавить из себя подобие улыбки, так смешно было его слушать. -Так…стоп, позавчера? – подал голос я. –Я что, провалялся здесь почти два дня? -Да, у тебя была тяжелая травма головы, рана была глубокой, ты потерял много крови. Все это время ты был без сознания, - заговорила мама, - конечно же, нас с отцом сразу поставили в известность. Я так и знала, что когда-нибудь дойдет до больницы, поэтому и не хотела, чтобы ты шел работать в эту сферу… -Мам, успокойся, не начинай эту тему снова, - сдвинул я брови, - с кем не бывает. -Да, дорогая, - положил ей на плечо руку папа, - главное – он жив, остальное все до свадьбы заживет, - он подмигнул мне. Я снова улыбнулся. Спасибо, пап. -В общем мы вылетели первым же рейсом из Лос-Анджелеса, и вот мы здесь. Да уж…хотелось бы мне встретиться при других обстоятельствах, - вздохнула мама. -Надолго вы? – хотел уточнить я. -На пару-тройку дней. Врач сказал – за это время ты придешь в норму. Сейчас тебе нужен полный покой, но завтра тебя выпишут, - мама поправила мое одеяло. -А где вы остановились? -У нас дома, - подал голос лучший друг, - твои родители поживут у нас, а я перекантуюсь пару дней у Райли. -Я рад, что с тобой все в порядке, Чонгук, - услышал я голос босса. Я перевел на него глаза. Конечно же, встретившись взглядом и с его племянницей, которая молчала все это время. Сегодня она почему-то не многословна. –Я ждал, пока ты очнешься, поэтому сейчас могу спокойно уехать по своим делам. У тебя прекрасные друзья и родители, которые сейчас могут о тебе позаботиться, так что, поправляйся, и встретимся уже в офисе. -Спасибо, сэр, - кивнул я ему. -До свидания, - Биг Джон кивнул всем присутствующим, пожал руку моему отцу и открыл дверь палаты. Затем немного притормозил, посмотрев в сторону Чимина. –Эй, Пак Чимин, тебя мой уход тоже касается. Твои обязанности еще никто не отменял, увиделся и хватит, поехали. Чимин немного напрягся, кивнул боссу и улыбнулся мне. -Выздоравливай, скоро увидимся, друг, - он поднял вверх кулак и ушел за боссом. -Я, пожалуй, тоже пойду, есть кое-какие дела, - наконец-то заговорила, а то я уже думал, что она в рот воды набрала. –Поправляйся, Чонгук, я постараюсь заехать к тебе вечером, - слегка улыбнулась она. На ее лице красовался пластырь, скрывающий ее порез на лице, что напомнило мне о событиях прошлых дней. Спорю, у нее еще множество таких же по всему телу. Как-то совсем невесело. Я улыбнулся и кивнул ей, провожая взглядом. -Ну, мы наверно, тоже пойдем, - услышал я еще один женский голос, принадлежавший Райли. -Эй, я хотел побыть здесь еще немного. Поболтать с другом о делах житейских за баночкой пивка, - Тэхен подмигнул мне, ехидно улыбаясь. -Какой баночкой пива? Он в больнице. Ему можно только кашки и пудинги. Еще успеете, поднимайся и пошли, - девушка чуть ли не за шкирку оттянула друга. –И дай ему, в конце концов, побыть с родителями наедине. Они давно не виделись. -Ладно-ладно, идем. До свидания, мистер и миссис Чон, - он поклонился родителям, пожелав мне скорейшего выздоровления и они с Райли скрылись за дверью палаты вместе с остальными. Мой отец рассмеялся. -Хорошие у тебя друзья. Забота через край. -Да уж, - хихикнул я. Затем я посмотрел на родителей. –Я так рад вас видеть, я очень соскучился. -И мы, родной, - мама погладила меня по волосам, выступающим из-под бинта на моей голове. Папа кивнул в согласии.

***

Я и не думал, как в больницах бывает скучно. Всегда хотелось пролежать целый день, ничего не делая. Тебе подносят все на блюдечке, даже температуру меряют и постельное белье меняют. Да еще и такие симпатичные… Ну да, я засмотрелся на парочку медсестер, что периодически приходили ко мне - поменять повязку и сделать обезболивающий укол. Книжки, которые принес Тэхен не содержали в себе ничего интересного. А все потому, что этот оболтус притащил мне физику и химию за первый курс универа. Спасибо, подсобил. Он, конечно, прихватил еще какой-то старенький замызганный детективчик, который почти полностью вылетал из помятой и порванной обложки, но, как оказалось, я читал его уже сотню раз, выучив все реплики наизусть. Поскорее бы уже выйти отсюда. Удручают меня эти больницы. Хорошо хоть не психушка. Я вспомнил это ужасное заведение, в котором нам довелось немало времени провести, расследуя предыдущее дело. Ладно, не буду думать об этом. Что-то опять голова разболелась. Надо попросить аспиринчику. Я нажал на кнопку вызова медсестры. Несмотря на то, что за окном было уже темно, я не думаю, что была уже глубокая ночь, поэтому в последний раз побеспокоить кого-нибудь можно. Пока я ждал медсестру, которая вот-вот должна была осчастливить меня своим присутствием, я вспомнил про бейсбольную перчатку и мячик, который притащил мне лучший друг ради развлекухи. Я решил покидать его над собой, дабы отвлечься от гнетущей тишины в палате, где вторым и последним живым существом была периодически пролетающая муха, которая, время от времени, находила уютное местечко на моей подушке, чтобы умыть свое тельце поразительно выкручивающимися на 360 градусов лапками. Надев на руку перчатку, я начал подбрасывать мяч над своей головой, причем получалось довольно недурно – для лежачего. Чтобы было не так скучно, я считал броски. На пятьдесят шестом я услышал, как отрылась дверь в мою палату. Ну наконец-то мой аспирин, а то голова чертовски болела. -Ох, Кайли, я вас уже заждался, моя голова готова взорва…, - я остановился на полуслове, когда увидел человека, который пришел ко мне. Не знаю, был ли я рад, что это была не медсестра или нет. Совершенно забыв о том, что я все еще держу над собой руку с перчаткой, в которой покоится пойманный мной в пятьдесят восьмой раз мячик, я ослабил хватку, и этот агрегат покатился из перчатки вниз, приземлившись точно на мой больной лоб. -Ай, черт! – я приподнялся с подушки в положении сидя, снял перчатку и начал тереть ушибленное место. -Господи, ты в порядке? – тут же подбежала ко мне пришедшая девушка. Чарли была одета в повседневную одежду – черные джинсы и легкую рубашку, заправленную в них. Рукава были опущены до самых запястий по понятным на то причинам. -Если я еще раз подвергну свою голову какому-либо насилию, то слово «порядок» тут будет самой смешной шуткой, - улыбнулся я. –Спасибо, что пришла. -Я же обещала заглянуть вечером, - она села на стул рядом с моей кроватью, положив ногу на ногу. -Как дела в офисе? По мне кто-нибудь соскучился? -Я бы хотела тебя обрадовать, но у нас такая суматоха с этим ублюдком, поэтому всем сейчас не до сотрудников, отбывающих свои лучшие деньки вне офиса. -Если ты считаешь больницу – раем на земле, то я с удовольствием освобожу тебе свою койку, - приглашающе произнес я. –А что за суматоха? Надеюсь, он не сбежал из тюремной камеры? -Нет, слава богу. Вот только волокиты много. Начали съезжаться какие-то левые люди, мол слышали по новостям, что поймали владельца отеля, и что им теперь делать, как бронировать номера и тому подобное. В итоге, пришлось оккупировать здание полицейскими лентами. -Это такие прикольные желтые ленточки с надписью: «Не пересекать»? -Именно. -Ох, всегда хотел пройтись под ними, предварительно показав детективное удостоверение. -Ты что, детективных сериалов насмотрелся? -Не без этого. Мы ненадолго замолчали. -Ну так что, говоришь, совсем по мне никто не соскучился, - нарушил тишину я, - даже Чимин? -Вы виделись сегодня утром, - сдвинула брови Чарли. -Точно. А босс? -С ним тоже. -И правда…А…ты? – твою мать, Чон Чонгук, кто тебя за язык тянул? Чарли посмотрела на меня явно двусмысленно. В одном случае она может подумать, что я снова над ней шучу, но в другом… -За сегодня я как-то тоже не успела, - выкрутилась. Слава богу, а то мне пришлось бы чувствовать себя очень неловко. –Так, что там с твоей головой? – перевела тему она, - когда я пришла, ты говорил о том, что она вроде хочет…взорваться? -О, да. Ну ты знаешь, после ушиба она все еще иногда напоминает о себе. Я, конечно, не жалуюсь, сам нарвался… В этот момент дверь палаты снова открылась. И теперь уже ее посетила долгожданная медсестра с подносом, на котором я увидел стакан воды. -Пока вас дождешься, можно умереть от головной боли, - с нескрываемым возмущением сказал я. -Ох, ну простите, детектив Чон, вы не единственный здесь лежите. Другие пациенты тоже не дремлют. -Не важно, просто дайте мне скорее таблетку. Она протянула мне воду и маленькую пластиковую коробочку, в которой покоилось мое кругло-белое спасение. Я жадным глотком запил таблетку и отдал стакан обратно. -Спасибо большое, - я мило улыбнулся медсестре, что и она сделала в ответ, затем они быстро обменялись взглядами с напарницей и она удалилась. -Я смотрю, ты тут времени зря не теряешь, - подметила Чарли. -Не подумай ничего такого. Просто когда девушки со мной приветливы, постоянно улыбаются и лечат меня, то я становлюсь добрым и милым. -Неужели? – она явно не поверила. -Да-да. Так что запомни этот момент, ведь ты еще никогда не видела меня таким. Она засмеялась. Искренне. В первый раз видел ее такой беззаботной. Мне это даже понравилось. Ей действительно шла улыбка. -Кстати, - отвлек меня ее голос, - я тут привезла тебе кое-что. И нет, это не фрукты и сладости, которые обычно привозят больным. -Вот черт, а я-то думал ты осчастливишь меня апельсинчиком, - раздосадовано хлопнул я рукой по койке. -Тут кое-что поинтереснее. Уверена, тебе понравится. Она подняла свою сумку к себе на колени, и, видимо по старой привычке, засучила рукава рубашки, чтобы она не мешала ей залезать внутрь. Мне открылся обзор на ее запястья, которые были перебинтованы на обеих руках. Чуть выше виднелись кусочки пластыря, тоже закрывающие от проникновения какой-нибудь грязи открытые раны. Наконец, Чарли достала какую-то небольшую папку, протягивая ее мне. -Вот, - она, с энтузиазмом и улыбкой протянула ее мне. Я правда хотел взять именно папку, но я не мог оторвать глаз от забинтованных рук. Я протянул руку и осторожно обхватил кожу ее запястья у самого основания бинтов, боясь задеть все еще свежие раны. Только сейчас напарница обратила внимание на то, что она открыла на них обзор. -Ты в порядке? – не поднимая на нее глаз, тихо спросил я. Она аккуратно вырвала свою руку, отпуская папку, которая осталась лежать на моих ногах. Снова опустив рукава до конца, девушка посмотрела на меня. -Да…я в полном порядке, - она выдала лишь жалкое подобие улыбки, и я понял, что напомнил ей про не самый лучший момент в ее жизни. Я понял, что надо снова менять тему, потому что, даже не говоря ни слова, мы понимали, что ни один из нас не хочет сейчас зацикливаться на разговоре о произошедшем. Все-таки, это не такая тема, про которую можно свободно поговорить за бутылочкой вина при свечах. Я перевел свой взгляд на папку. -Ооо, это новое дело? Кто на этот раз? Троекратный чемпион мира по кровавым шахматам? Или профессиональный игрок в покер, который убивал своих жертв, перерезая им глотки игральными картами? – я старался разбавить эту мрачную обстановку не совсем отборными шуточками, но кажется, только подлил масла в огонь. -Чонгук, - услышал я тихий голос девушки, - спасибо тебе…за то, что ты был со мной в тот день…, - я понимал, что эти слова тяжеловато ей давались, учитывая наши отношения. Мы никогда не благодарили друг друга, считая это проявлением слабости, которую никто из нас друг другу никогда не показывал. Но сейчас я считал это чем-то нормальным, ведь ситуация действительно была сложной. Когда все происходит на грани жизни и смерти, тут не до шуток и личных неприязней. -Ты ведь понимаешь, что я не оставил бы тебя, верно? -Да, поэтому и говорю тебе спасибо, - она заправила прядь волос себе за ухо, опустив голову. В этот момент я даже забыл о головной боли, которая уже, слава богу, немного притупилась. В глубине души я испытывал счастье от того, что я все еще вижу свою напарницу перед собой, живую и здоровую. Не без боевых ран, конечно. Но, как сказал мой отец – до свадьбы заживет. Честно говоря, у людей случаются такие переломные моменты, когда даже самый ненавистный ему человек становится чуть ближе. Естественно – ее жизнь была в моих руках… Не знаю, было ли это переломным моментом у нас, ведь я не знаю, о чем думает Чарли, но в моей голове что-то поменялось. В любом случае, я забочусь о людях…и не важно, как я к ним отношусь. В палату вошла медсестра. -Извините, но время посещения пациентов подошло к концу, - она обратилась к Чарли. -Да-да, конечно, я уже ухожу, - подорвалась она с места. –В общем, читай дело, можешь начать даже сегодня, если не собираешься спать, и…поправляйся. -Завтра меня выписывают, так что… -Значит, скоро увидимся в офисе, - улыбнулась она. Я улыбнулся и кивнул в ответ. –Ладно, пока. Она попрощалась с медсестрой, и они вместе вышли из палаты. Я опустил глаза на папку, и, приняв свою учесть детектива, принялся изучать новое дело.

***

-Ну так что – как тебе на этой работе? – спросил мой отец за ужином, который мы втроем нещадно уплетали. Ох, как давно я не ел маминой стряпни. И хоть она превратилась в более американизированную, а именно: вместо риса у нас были спагетти, а вместо соджу – красное вино, все же она была, есть и останется такой же по-домашнему вкусной. Родители ждали меня дома. Тэхен, как и обещал, переехал на эти дни к Райли. Хотя, честно говоря, не знаю, как они уживаются там с Чарли. Она, вроде как, не настолько гостеприимная, но думаю, она потерпит пару деньков. Мы решили устроить семейный ужин, ведь скоро им улетать обратно в Лос-Анджелес. Меня выписали на следующий день после того, как приходила Чарли, как и обещали. Приятно было побыть дома, в компании любимых родителей. -Все супер, пап. Постоянная движуха, мозги всегда работают, ловим убийц, боремся с преступностью. -И конечно же, не без жертв…, - снова запричитала мама, накладывая мне в тарелку очередную порцию салата. -У меня крепкая голова, мам, ты видишь, что на ней уже даже нет повязки. Рана затянется, со мной все будет в порядке, перестань ты беспокоиться, я ведь уже не маленький. -Для меня ты всегда останешься ребенком, так что уж прости меня за мои переживания, - она обиженно опустила голову. Я нежно взял ее за руку. -Правда, мам, со мной все нормально. У меня хорошая работа, прекрасные коллеги, отличные друзья. Если что, обо мне будет кому позаботиться. -Кстати о коллегах, - встрял в разговор отец, - кто эта симпатичная девушка, которой ты так скрытно строил глазки в больнице? -Чего? Никому я ничего не строил! -Да ладно тебе, я в твоем возрасте тоже так делал. Ты очень похож на меня, когда тебе кто-то нравится. -Мне никто не нравится, пап. Ты что-то себе придумал. -Ну так и все-таки? – не унимался он. -Ее зовут Чарли. Она моя напарница. Мы работаем вместе. И я могу тебя убедить в том, что я вижу ее почти двадцать четыре часа в сутки, за которые я только и делаю, что кидаюсь в ее сторону колкостями, делаю подлянки и выхожу из себя, когда она мне на них не отвечает. Вот такие вот у нас - сугубо деловые отношения. -А с этого ведь все и начинается…, - подмигнул отец, хлопая меня по плечу, - да, дорогая? – обратился он уже к жене. -Не слушай его, сынок. Поступай так, как повелевает тебе твое сердце, которое, надеюсь в порядке, - она не могла не уточнить, как кардиохирург, - ну и, конечно, про голову на плечах тоже не забывай. -Совершенно две разные точки зрения. И кого из вас мне надо слушать? – я шутя стал бегать глазами от мамы к папе. –Ладно, давайте лучше выпьем, - я поднял бокал, - за самых лучших родителей…, - начал я тост. -…и самого лучшего сына, - произнесли они в один голос. Мы чокнулись. Мы всегда произносили этот тост вместе, считая его нашей семейной традицией. Причем пили при этом только красное вино – цвета крови, связывающей нас воедино. Звучит странновато, но ведь у каждой семьи должны быть свои странные традиции. Мы еще долго о чем-то болтали. Они рассказывали о своих делах в Лос-Анджелесе, я рассказал им про свои впечатления о Детройте. Все было хорошо, пока нашу беседу не прервал настоятельный звонок в дверь. -И кого принесло в такую темень? – пробубнил я, вставая из-за стола. Отец вдогонку сказал мне какую-то шутку, которая заставила меня смеяться, но, когда я открыл дверь, улыбка моментально сошла с моего лица. На пороге стоял Ким Тэхен, который ошарашенно смотрел куда-то вниз. Он держал свои руки ладонями вверх, и я заметил, как по ним стекает кровь. -Ч-Чонгук…, - дрожащим голосом начал друг, поднимая на меня глаза, - …я….я, кажется, ч…человека убил…