Правдивая история Защитника

Вновь простонав, чем еще больше возбудила меня, эльфийка чуть прогнулась, словно желая встать на мостик, раскрывая пошире глаза и открывая ротик. И глядя на такую красоту, на это искаженное муками сладострастия личико, на этот ротик, что так и манил засунуть в него член, я неистово драл ее, как портовую шлюху. Ведь сейчас она ею и была, постанывая, извиваясь, крича и чуть ли не плача. Да, давно видимо ее хорошо и грубо не трахали, не жалея ее лона и ее саму. И вот сейчас я дарил ей то, что она так давно хотела. Вгоняя член со всей скоростью на которую был способен, кое-как удерживая еще себя на руках, так как хотел уже и сам упасть, я приближался к оргазму. Но и ее конец был близок, это точно можно было сказать по тому как еще чаще она стала стонать, всхлипывать и мычать, по закрытым глазам, обессиленным движениям, она уже и трепыхаться то не хотела, млея от удовольствия. А я не останавливаясь, запрокидывая голову, терпел и не снижая темпа входил им на всю его длину, чтобы в следующий миг вытащить почти до конца. Уже не контролируя себя, не обращая ни на что внимания, видя только ее лицо, чувствуя лишь ее лоно, я приближался к финишу. И неожиданно даже для себя стал изливаться, непроизвольно еще глубже вгоняя его, чтобы не успела прервать меня, хотя она и не думала, стал заливать ее своим семенем, чувствуя, как дрожат руки и плывет перед глазами. И вместе со мной, позже или раньше, кто ее разберет, испытала оргазм и она. Мне повезло, хотя даже кончив, я был уверен, что смогу еще помочь ей испытать свой. И расслабляясь, тяжело дыша, стал выходить из ее раздолбанной мною же дырочки, чтобы хоть немного полежать на кровати. На продолжение сил пока не было, но это не значило, что мы молчали. И стоило только перевести дыхание, как я, тем не менее, спросил: — Как считаешь, ты уже заслужила, чтобы я накормил тебя своим семенем? Извратив ее же слова, но засмеявшись, показывая, что это шутка и надеясь, что она это понимает и не собирается обижаться, я повернулся на бок, обнимая ее за талию. Атенриль в это время лежала на спине, блаженно жмурилась и улыбалась. — Ах, это я должна еще заслужить? Стараясь скинуть мою руку, но как-то вяло, в сравнении с тем, как она могла бы, коли по-настоящему бы разозлилась, а потому я начал «всеми силами» сопротивляться. — Ээ, значит видимо не заслужила, или заслужила и стоит накормить? Хихикая, я все время перемещал руку, желая ущипнуть ее или погладить, а она не переворачивая свое тело, но обеими руками старалась поймать мою ладонь и порой у нее это выходило. Так продолжая бороться и хихикать, успокаиваясь и набираясь от таких игр сил и испытывая все более сильное желание, в итоге я вновь оказался сверху, касаясь почти что ее губ и шепча: — Продолжим? Намекая чем своим органом, что совершенно недвусмысленно был около ее киски. — Мм, заманчиво, можешь продолжать, разрешаю. И все равно оставив последнее слово, она тем не менее, сама приподнялась, намекая чтобы скорее вошел в нее. Что, конечно, я с радостью сделал, чувствуя, как там до сих пор, или уже, влажно и горячо. Застонав, сладко и громко. обхватывая своими ручками меня за талию, она простонала: — Даа, трахни меня, не жалей! И снова превращаясь в ту, кем она являлась — ненасытную шлюшку, она стала стонать каждый раз, как я входил в нее. Закрыв глаза, открыв ротик и продолжая стонать, эльфиечка все больше и больше распалялась, кричала и просила еще. А я давал ей то, что она так хотела, уже не думая кто подо мной, а трахая прелестную сучку, что своими стонами могла заставить любого потерять голову от страсти. Сколько длилась эта вакханалия, сколько раз я был близок к тому, чтобы излиться в ее горячее лоно, я даже не считал, вот только под конец, совсем обезумев, мы уже не просто занимались любовью, но кусали и драли кожу друг друга. Страсть поглотила весь мой разум, я видел только ее, кровь приливала в голову и конечно к нему, тело дрожало, горело и готово было, наверно, перестать слушаться, но не обращая на это уже никакого внимания, я трахал, кусал и царапал. Конец наступил неожиданно, но не сказать, что сразу. Приближаясь к оргазму, не особо осознавая это сквозь пелену удовольствия, закрывая глаза и готовый вот-вот кончить, я ощутил, что кончаю, лишь когда прошло несколько секунд, как я стал заливать ее семенем. Отходя от пережитого и не вынимая его, успокаиваясь, возвращаясь в бренный мир, я еще некоторое время плохо соображал. И лишь через какое-то время стал пробовать пошевелиться, выходя из нее, осознавая все, спросил: — Ох, это было нечто, ты как? Глупо может, но на большее моей фантазии не хватило и, выйдя из нее, я упал рядом на кровать, переворачиваясь на спину и закрывая глаза. Всё, как говорится, я умер, не тревожьте. — Очень даже неплохо, очень Наверняка, закрыв глаза и отдыхая, хотя кто ее знает, она затихла. Да и я не спешил говорить, отдыхая и набираясь сил, но обдумывая «еще или хватит». Отчего улыбался, но так и не принимая пока решение. Но все-таки стоило завязывать. В кроватке хорошо, но дела ждать не будут. Впрочем, и пускай я не последователен, время на один раз у нас есть, и приняв столь судьбоносное решение, улыбаясь, я перевернулся на бок, чтобы затем оказаться вновь сверху. Успокоились окончательно мы ближе к вечеру, перепробовав многое и еще больше оставив на потом. Но главное, я таки смог «накормить» ее, а она любезно позволила довести ее до оргазма только губами и язычком. Так что обессиленные и довольные жизнью мы уснули стоило лишь закончить, или кончить, очередной постельный акт. Первым глаза открыл я, и приблизительно сориентировавшись во времени, понял, что у нас еще часа полтора. А значит стоило вставать, приводить себя в порядок, переодеваться и идти на задание, что поручила нам вот эта спящая красавица. И вновь решая важный вопрос «будить или не будить» я прошел по дому, собирая вещи и одеваясь. И лишь тогда поцеловал Атенриль в ушко, шепча: — Просыпайся, нам скоро идти. Мне повезло, сразу сообразив кто ее будит и зачем, она не стала ворочаться или кидаться в надежде убить, а молча открыв глаза и понаблюдав за мной несколько секунд, ответила: — Встаю, встаю. И не стесняясь, да и кого стесняться-то, голая, намеренно виляя бедрами прошла за вещами, что я, надо отметить, уже слегка перепрятал, переложил. — Где мои вещи? Обратившись к единственной возможной причине своих поисков, но потратив не меньше минуты на самостоятельный поиск, Атенриль подошла ко мне. — Так рядом. И показав рукой, что они лежат в кресле, только были прикрыты пододеяльником, я усмехнулся. Конечно спектакль мне понравился: голая эльфиечка наклоняющаяся, разгуливающая по дому совершенно голой, поворачивающаяся с таким шикарным телом, что совсем недавно принадлежало мне, но все-таки стоило и знать меру. И дождавшись, когда она оденется, я еще раз проверил себя. Хожу в одних и тех же вещах со вчерашнего дня, но зато на вечернее дело переодеваться не надо. Вот только Атенриль словно на прогулку, где доспехи, где оружие? И не выдержав, спросил: — Ты так пойдешь? Ведь не на свидание! — Конечно так. И улыбаясь, пояснила: — Мы еще зайдем на нашу временную точку, и там я переоденусь, я не храню обычно вещи в доме, ведь я как-никак богатая горожанка, а не контрабандистка для соседей. Там же возьмем плащ Атенриль и кулоны. И продолжая улыбаться, поманила рукой, показывая идти за ней к выходу. Что я и сделал и уже минуты через две мы шли по улицам Верхнего города направляясь к порту, где нас и должны были ждать Авелин, Бетани и, возможно, кто-то из команды Атенриль. Будет ли кто-либо еще — я не спрашивал, мне и не надо эти подробности, а сама эльфийка ничего на этот счет не говорила. Она даже не пояснила, что и где мы будем делать, но на то мы и работаем на ее, чтобы выполнять, не спрашивая. Наступало наше время, ночь подкрадывалась и опускалась на город, стражники только начинали ночную смену, а разбойники и ворье только-только думали выйти из своих укрытий. И мы двое, что уже давно не могли быть отнесены к чему-то одному конкретному, медленно шли по улицам Верхнего. Тихо разговаривая между собой, смотря по сторонам или даже любуясь своим уже таким близким городом, мы ступили на лестницу порта. А оттуда было рукой подать до угла, где нас и будут ждать. И лишь подходя к ним, Атенриль сообщила мне дополнительные новости: — Наш искомый склад находится ближе к морю, в минутах десяти отсюда, и ты будешь моим заместителем на время этой работы. — Хорошо, что-то еще? И где ты переоденешься? Склонив голову, проявляя уважение и соглашаясь, я посмотрел на свою начальницу и с этого дня любовницу, ожидая дальнейших указаний и пояснений. — А переодеваться я буду в метрах ста отсюда, видишь склад? Так что идем поможешь мне прежде, чем показываться нашим друзьям. И спрыгнув с лестницы, причем сделав это так быстро и тихо, что я даже не успел остановить, лишь заметить, стала ждать внизу. А ведь до земли было не меньше пяти метров. А до Авелин и Бетани еще метров двадцать, и как только не заметили? Усмехнувшись и последовав ее примеру, поставив руку на перила, а затем оттолкнувшись, я перемахнул эту преграду: не так мягко, как Атенриль, но довольно тихо приземляясь и делая кувырок. Все-таки этому некоторое время обучался в детстве и сейчас подобные навыки в моей-то работе могли ой как пригодиться. И оставшись никем не замеченным, быстрыми шагами преодолев остаток пути, зашел с ней на склад. Открыв своим ключом, что до этого как-то прятала под одеждой, точнее в рукаве, кстати, я и не заметил, Атенриль сразу направилась к одному из ящиков. Склад представлял собой обычное помещение, заставленное ящиками, полками, прикрытых парусиной и иной тканью. Пол был сложен из камней, но стены оставались деревянными и на вопрос, отчего так, я получил ответ: — Доски пропитаны алхимическим раствором против влаги и горения, а пол оттого, что здесь уровень воды зачастую очень высокий и следует защитить себя от подводных вод. А пока она отвечала и доставала нужное, я исследовал данное помещение. Не спрашивая о разрешении, я осторожно открывал понравившиеся ящики и смотрел, что там есть, а затем снова закрывал. Девушка, видимо, была не против, так что я успел неплохо составить картину того, что здесь находится, а она к тому времени уже протягивала мне кулон. — Надевай! Кулон был на серебряной цепочке, но сам был сделан из кристалла, возможно, алмаза, и представлял из себя обычный шестигранник, такой еще используют на картах во время поисковой магии. Но вот его назначение было совсем иным, и когда я его надел и спрятал, Атенриль заговорила: — По крайней мере, один смертельный удар магией он выдержит точно, рассыплется, возможно, ты даже потеряешь сознание, но часть урона поглотит. Такой же я дам и сестре твоей, а Авелин будет ходить с плащом, что поглощает десятую часть любой магии. Это объяснишь им сам, а можешь просто отдать и все. И береги себя, Хоук. Улыбнувшись, но не поцеловав и не дав сделать это мне, она резко развернулась и стремительно промчалась к двери, впервые показав то, что в игре мы бы назвали навыком, а здесь считалось некой техникой или способностью. И уже стоя у двери, поторопила: — Идем! Догнав ее, спрятав кулон сестры и накинув плащ на руку, я дождался, когда она замкнет вновь склад и двинулся в сторону девушек, которые смогли заметить нас лишь, когда мы были в метрах десяти. Конечно, мы подходили с другой стороны, со спины, но так расслабляться… И быстро сократив это расстояние, я вместо приветствия начал отсчитывать их обеих: — А если бы это были не мы, а какая-либо шайка. Бет, ладно ты не боевой маг, хотя давно пора было учиться и боевым приемам, но ты, Авелин, вы что такие беспечные? — Может не будешь столь строгим, меня они вряд ли бы услышали, а ты, если еще не понял, стал гораздо более ловким, чем был ранее и сравнивать себя с третьесортными бандитами не стоит, хотя я не отрицаю, что есть и более лучшие специалисты в скрытности, чем ты. Отметив краем сознания ее слова и сразу сообразив отчего, я слегка успокоился, но внешне никак это не показал. И выслушав извинения девушек, передал причитающееся им кулон и плащ. — Держите, немного, но все равно защитит от магии. Так что надели и слушаем Авелин. Улыбнувшись, показывая, что это всего лишь шутка, такие мои приказы и поведение, я с теплотой глянул на девушек, точно не желая, чтобы они пострадали, и выражая это следующими словами: — И зря не подставляйтесь, я буду волноваться. Последний раз проверив мысленно свою готовность, я стал слушать эльфийку и ее указания, чтобы через пару минут отправиться в путь.