Regarde-moi

Посмотри на меня, дорогой, выслушай и спроси себя: а у другой на моём месте хватило бы сил? Просыпаться и ждать беды. Из груди выкуривать лёд и яд. Жить — и знать, что ни ты, ни кто-то другой — не поймёт. Жить и знать, что на тебя, уж прости, махнули рукой, устали тебя нести, устали тебя такой видеть изо дня в день. И ждать, когда наконец эта жизнь от тебя тоже устанет. Ждать, терпеть, доставать ножи — на кухне, заполночь — и стоять с ними в руках, смотреть. Приступа смелости ждать. Ждать всю жизнь. На крыше сидеть, свесив ноги, обнявшись с луной, и знать (думать, если точней), что прямо сейчас под тобой этажей десять счастливых семей. Посмотри на меня, дорогой, выслушай и спроси себя: а у другой на моём месте хватило бы сил? Носить длинные рукава. Не верить в богов и молиться. Просить первых встречных: «Поймай, если я начну падать». И биться о землю из встречи во встречу. Из одной постели в другую — и ни одной нужной. Плечи ломать, пытаясь смыть поцелуи чужих людей, незнакомцев. Наматывать шарф на шрамы, скрывать их, скрывать от солнца, от коллег, от друзей и от мамы, хотя тебе уже даже не двадцать — двадцать четыре скоро. Боже, прости за слабость. Мама — за всё остальное. Посмотри на меня, дорогой, выслушай и спроси себя: а у другой на моём месте хватило бы сил? Гореть — и улыбаться. Бежать и сбиваться с дороги. Падать — и вновь подниматься на перебитые ноги. Чай мешать, смотря в одну точку, мешать дурь и алкоголь, всему миру мешать — в одиночку. Мешать даже себе самой. Посмотри на меня, дорогой, хорошенько в меня всмотрись. Выслушай, качни головой. Поцелуй. И отвернись.