Амойские Кексы. О пользе плохой репутации.

\— Идите! — Полли на мгновение задержался в дверях. — Мы без тебя не пойдем, — Рики понимал, что, может быть, это последний шанс, но ничего с собой сделать не мог. — Идите, я сказал! Разве ж я могу такое пропустить, чуваки? — рассмеялся хакер. — Любовь у меня тут самая настоящая нарисовалась! — и Полли, хлебнув стаута прямо из горлышка, с криком: «Эй, меня подождите!» ринулся за боевиками. — Рагон, как некстати! — Рики раздраженно смахнул недопитую бутылку на пол. — Но пока он их отвлекает, у нас есть время, а потом придумаем что-нибудь. Теперь актуальным стал вопрос, как открыть двери. Вырубить двух самых здоровых монгрелов — Кудо и Профессора — было сложно, но можно. Тем более, что брелок от наручников Дарк опять аккуратно вынул у лысого из кармана, пока тот тряс очкарика за грудки. Тем не менее, убивать кого-то Рики был не готов. Он осторожно заглянул в приоткрытую дверь. Полностью голый жилистый Профессор разлегся на кровати, а Кудо, пристроившись между его широко разведенных ног, казалось, пытался то ли откусить, то ли полностью заглотить его бодро торчащий член, но это у него пока не очень получалось. Лысый давился, чмокал, из глаз текли слезы, а изо рта слюна, но попыток своих главарь не прекращал. Очкарик блаженно постанывал, все происходящее его вполне устраивало. Рики недоуменно пожал плечами: «Надо же! Совсем уже не мальчик, а никакой техники!» Память тут же услужливо подкинуло нужную картинку. Перед глазами, как будто издеваясь, появились надменно улыбающиеся бледные губы Ясона. Рики кинуло в жар, и у него слегка закружилась голова. «Вот у кого этот процесс выглядит, как настоящее искусство, — тоскливо подумал он. — Там и с техникой все в полном ажуре, и с остальными умениями не подкопаешься». — У этой системы должен быть код аварийного сброса, — вовремя тронул его за плечо Дино. — Такое всегда предусмотрено в подобных схемах. На всякий случай. Не может быть, чтобы я его не вычислил. Время текло медленно, как кисель. Из соседней спальни доносились стоны, чье-то радостное повизгивание, возня, как будто там валялось и перекатывалось что-то живое и очень большое — все были при деле. — Дино, давай, — попросил Рики. — Если у тебя не получится, придется ждать, когда эти двое залюбят друг друга до смерти, а это маловероятно. Или мы будем вынуждены немного повоевать, чтобы подтащить Кудо к двери. Не факт, что он это переживет, а я бы не хотел... Ему вчера и так хорошо досталось. — Пожалел, значит? — ехидный голос Профессора заставил Рики вздрогнуть. Гадко ухмыляющийся боевик стоял в дверях спальни практически голый: в смысле, очки на носу у него все-таки присутствовали. В правой руке он сжимал точно такой брелок от наручников, как тот, что был вынут из кармана у Кудо. — Так я и думал, что вчерашнее — это ваших рук дело! Целый день сегодня голодаю и пью воду только из-под крана! Знал я, что вы опять что-нибудь придумаете! Только такие идиоты, как Чико с Барби, могут вам доверять! — Ты же только что с лысым был?! — удивленно спросил совсем не испугавшийся Дино, подымаясь с пола. — Был да сплыл! — осклабился Профессор. — Рики, положи-ка ножку от табуретки! — он поднял руку с брелком. — Нажать? Или твой дружок все-таки отвалит от дверей? — Все-все, Дино, отойди! — Рики примирительно поднял вверх руки, демонстрируя пустые ладони. — А куда ты Кудо дел? Затрахал до смерти? — Вот еще! — поджал губы Профессор. — Там он, — очкарик показал на вторую дверь, из-за которой доносились душераздирающие стоны страсти. — Мало ему. Разнообразия захотелось гаду! Расстроен я поэтому очень! Но ничего, завтра как расскажу всем, кому они обязаны двумя веселыми ночами — все, кранты! Молитесь своей Юпитер, чтобы вам руки-ноги не переломали! — мстительно пообещал монгрел. — Ты, — он показал на Рики, — быстро в ту комнату, и тихо мне! А ты, — он ткнул Дино пальцем в грудь, — со мной ляжешь! Не бойся, не трону! Не такой уж я идиот, как вы думали! Завтра у вас, ребята, тяжелый день будет. Так что — спите! Утро уже традиционно было печальным. Завтракали молча. Проснувшись, монгрелы обнаружили, что все запасы их стаута уничтожены. Профессор сделал загадочное лицо и пообещал, что после завтрака расскажет, что к чему, а потом ушел в душ. Все старались друг на друга не смотреть и лишний раз ни о чем не заговаривать. Только Полли нежно и счастливо приобнимал Барби и о чем-то тихо шептал ему на ухо. Тот смущенно улыбался, краснел и довольно жмурился. Первым не выдержал Кудо: — Вот что? Что это было, я вас спрашиваю? Какого Рагона! Я же теперь опять нормально сидеть не могу! Кто? — он обвел тяжелым взглядом притихших боевиков. — Кто посмел? Меня?! Вашего боевого командира?! Монгрелы дружно опустили глаза. — Кто решил, что Кудо — кересская шлюха, я вас спрашиваю?! — опасно сверкнул глазами лысый. Все смущенно молчали. — Ты? Ты смеешься? — Кудо схватил Барби за грудки, с трудом отодрав его от Полли. — Э...Кудо! Перестань! — ринулся спасать обретенную любовь Полли. — Ты же сам! Сам, когда вчера пришел, сказал, что хочешь быть нашей сладкой булочкой! Да разве ж мы тебя побороли бы? Ну и вот... — Ага! Да! Да! — облегченно загалдели боевики. — Сам, Кудо! Разве мы бы с тобой справились, если бы ты не того...этого....не хотел? — Булочкой, значит? — обреченно переспросил лысый. — Сладкой? Что? Все? Вы все меня...?! Монгрелы вяло закивали головами. — По разику только, — слабо проблеял Нори. — А ты сам говорил...А-э... — Да не парься, чувак! — стал успокаивать его Полли. — Все было классно! Всем понравилось! Ты просто прелесть, честное слово! — Убью! — Кудо обреченно рухнул на стул. — Всех убью, и сам потом убьюсь! — Весело же было. Все отожгли по полной. Это называется психологическая разрядка, — объяснил, поворачиваясь к монгрелам, Полли. — Нормально это и медицински правильно. Рики нам говорил, что стаут — дерьмо. Предупреждал нас! Мы, если рассудить, и не виноваты совсем! Чуть не угробились вчера за дело революции, как настоящие патриоты! Монгрелы радостно переглянулись. Полли был абсолютно прав! Понятное дело — это не они! Стаут Флюк хреновый привез, вот и сорвало резьбу. Случился психологический срыв — дело обычное. На войне, как на войне. Не без жертв. — А вот сейчас я расскажу, что на вас нашло! — из душа, вытирая голый мускулистый торс несвежим полотенцем, вышел Профессор. — Ох, вы и удивитесь! Рики потупился, Полли сделал вид, что что-то изучает под столом. Дино испуганно таращился на боевика, закрывая телом что-то на столе. — Узнаете, кто тут у нас есть революционер и товарищ по оружию, — издевался очкарик. Вдруг его взгляд замер на том, что усиленно прикрывал спиной Дино. Прямо посреди стола сидела или, скорее, лежала огромная волосатая гусеница в полторы ладони длиной и толщиной в руку. Она мерно шевелила многочисленными ножками и медленно, как носок на ногу, натягивалась на бледную консервированную сосиску, помогая себе изрядного размера жвалами. — Что это? — механическим голосом спросил Профессор. — Где? — почти натурально удивился Дино и попытался прикрыть Мимею от посторонних взглядов. — Ну-ка... Ну-ка... Глюк, что ли? Опять? — удивился Профессор. — Ага! Глюк! — заверил Полли. — Посттравматический синдром. Абстиненция! — Чего? — скривился Профессор. — А это тут причем? А ну, отойди! — он ловко отодвинул Дино и лихо попытался схватить Мимею поперек волосатого тельца. Вот именно этого ему делать точно не стоило. Профессор вдруг дико заорал, отдернув руку. Мимея попыталась удрать, но с сосиской во рту это было трудно, поэтому она просто юркнула в щель между пустыми бутылками и затаилась. Монгрел вдруг бабахнулся с высоты своего роста на пол, зажимая обожженную руку второй, катаясь и отчаянно визжа. На губах у него появилась розовая пена, глаза вылезли из орбит, белки их покраснели. Очки с носа свалились на пол и тут же были раздавлены телом хозяина. — Да-а-а, подросла девочка, — флегматично осматривая бьющегося в судорогах на полу боевика констатировал факт Рики. — Уже ядовитой стала. — А-а-а! — вдруг заверещал Чико, сорвал с ноги ботинок и с этим оружием наперевес бросился к и без того перепуганной грубым обращением Мимее. — Чудовище! Волосатое! — проорал он. — Я говорил! Предупреждал! Рики поймал его практически налету и вырвал из рук предполагаемое орудие убийства. — Тихо, Чико! Нельзя! Нельзя этого делать! — он попытался перекричать одновременно орущего монгрела и хрипящего на полу очкарика. — Любимая домашняя зверушка господина Орфея Зави! Грохнешь ее — нам всем не жить! Она не опасная! Просто Профессор ее перепугал, вот она и ужалила! — Рики, Рики, пожалуйста, сделай что-нибудь! — вцепился в руку перепуганный Нори. — Он же умирает! Смотри! — бледный, как смерть, боевик тыкал пальцем в начавшего задыхаться ужаленного монгрела. Судя по всему, дела у того, действительно, были плохи. — Дино, тащи аптечку с кухни. Сейчас попробую что-нибудь сделать! — распорядился Рики. — А вы держите придурка, чтобы он своей блевотиной не захлебнулся! Все тут же пришло в движение. Дино метнулся на кухню. Кудо и Барби схватили Профессора и потащили его на развороченную постель. — Ты, — Рики ткнул пальцем в Чико, — неси воду и полотенце. Иди сюда, — он вытащил из-под стола за шиворот кожаной жилетки притихшего Полли. — Надо этого идиота спасать, а я в лекарствах не разбираюсь. — Йоу! — обрадовался Полли, высыпав прямо на пол все содержимое принесенной аптечки. — Сколько тут всего! Не обещаю, что это ему поможет, но кое-кому принесет массу приятных мгновений! И Полли, засыпав себе в рот целую горсть разноцветных пилюль, стал быстро перебирать ампулы: — Вот оно! Гормончики, противосудорожное, бета-блокаторы — все, что надо! Сейчас мы ему в руку местную анестезию забабахаем. И еще вот это... Кардиостимулятор, вроде...или это чтобы лучше стоял? Рагон, не помню...уколю... хуже все равно уже не будет, — Полли ткнул инъектором в шею начавшего синеть Профессора. — Эй, смотрите, чтобы у него язык не запал, а то задохнется! — крикнул Рики, повисший у Профессора на ногах. — А, сука, он мне палец прокусил! — тут же взвыл Кудо. — А...зачем...ты...ему...пальцы...в рот засунул? — Рики задыхался, еле удерживая бешено бьющегося на кровати монгрела. — Так ты же сказал, язык вытащить! — О, Рагон! Ну, придурок! Ты бы ему еще что другое в рот сунул! Ложку ему сначала между зубов вставь. Только осторожней! Постарайся не все поломать! — Держите ему руку! — подскочил к кровати Полли. — Мне надо в вену попасть! Есть! Еще долгих две минуты ничего не происходило, а потом Профессор вдруг выгнулся последний раз дугой и затих, закатив глаза. — Не бздите, живой он! — успокаивал потных, тяжело дышащих товарищей Полли. И правда. Профессор отключился, но дышал уже ровнее, без хрипов, а лицо из синюшного постепенно стало приобретать нормальный оттенок. — Фух! Все, справились! — возвестил хакер. — Но что дальше с ним делать — я не знаю. В больницу надо, да что уж там. Пока жив — и ладно. А дальше — как повезет. — Эй, парень, — опасливо начал Кудо, — я не хочу, чтобы он «как повезет». Мы же с ним уже два года вместе воюем. Привязался я к нему. Особенно за последний день. — Тогда звони своим. Пусть забирают. Сам он не очнется — точно тебе говорю, — хмуро сказал Рики. — У этих чудесных зверьков яд о-го-го, какой. Я читал — знаю. Кудо отправился звонить на улицу, но вскоре вернулся. Лицо его выражало полное недоумение и растерянность: — Нет связи. Потом еще попробую. — Рики! — вдруг вскочил со стула Дино. — Рики! Смотри — Мимея! Она умирает! С многоножкой, действительно, творилось что-то непонятное. Она тяжело выползла на середину стола, не обращая внимания на крики и шум, по волосатому тельцу прокатилась волна ритмичных сокращений, и Мимея отрыгнула практически не переваренную сосиску в лужице чего-то желтого. Потом неуверенно попыталась отползти назад к бутылкам, но вдруг неожиданно завалилась на бок, вяло болтая лапками. — Умирает! — взвыл Дино. — Моя Мимея! Рики, спаси ее! Рики подскочил к столу и внимательно осмотрел лежащего на боку зверька. — Теперь нам точно крышка! — вздохнул Нори. — Любимую зверушку Палач нам не простит. Это тебе не пет какой-то, это дело посерьезней! — Дино, не реви. Рики что-нибудь придумает, — пытался успокоить мелкого Барби, вытирая ему слезы краем рубашки. — Как она тут-то оказалась? — Я же не знал, что вы нас воровать будете! — рыдал Дино. — Я ее с собой взял, чтобы с Полли и ребятами познакомить. Без спросу! Рики, что теперь будет? Она умирает, да? Этот придурок ее схватил и задавил? Рики молчал. Он аккуратно перевернул Мимею вниз животом, нагнулся и...понюхал сначала многоножку, а потом оставленную ей лужицу. — Совсем сдурел! — прохныкал Чико, стуча зубами. — От страха блевотину тараканью нюхает! Рики улыбнулся: — Успокойся, Дино! Не умирает она. Мимея наша оказалась довольно легкомысленной многоножкой. Там, между бутылками, разлились остатки стаута. Вот она его и попробовала. Судя по всему, перебрала с непривычки. Как бы в подтверждение его слов зверушка вдруг ожила, защелкала жвалами и удовлетворенно застрекотала. — Чего это она? — опасливо покосился на Мимею Барби. — Перебрала женщина — говорят же тебе. Теперь песни поет. С кем не бывает? — облегченно засмеялся Кудо. Все, наконец, выдохнули и расслабились — хоть что-то хорошее за последние двое суток. *** Ну, вот и все, надо принимать решение. Эшли нервно мерил кабинет шагами. Туда-сюда, туда-сюда. План А или план В? Ведомый ли ведущий? От решения, которое предстояло принять, зависело его будущее, его положение в Совете Корпораций, поэтому ошибка была равносильна смерти. Вся информация, получаемая крупицами по многочисленным каналам от вольных и невольных информаторов на Амои, говорила о том, что план В должен сработать. Всего один шаг до принятия решения, один шаг до места Председателя или в сторону полного фиаско. Провал не простят, но если все получится... Надо взять себя в руки. Все ключевые фигуры на своих местах, нужные слова произнесены, точки расставлены. Он так долго шел к этому дню, и вот звезды встали, как надо, обстоятельства сложились наилучшим образом. Вернее, он их сложил, кропотливо и осторожно подбирая людей, говоря нужные слова и щедро отсчитывая необходимые суммы. Эшли заставил себя успокоиться, сел в кресло и, нажав кнопку вызова, произнес лишь одно слово: «Действуйте». Короткий ответ на том конце, палец нажимает отбой. Выбор сделан. Все давно подготовлено, продумано и оговорено. Эшли закрыл глаза — теперь остается ждать. *** — Заканчивать это надо, — вдруг, тоном человека, принявшего окончательное решение, заявил Барби. — Профессор долго не протянет, и мы за ним пристроимся, если такими темпами. Надо выбираться из этой передряги. Самое время. — Я согласен, — кивнул Чико. — В Керес дернем. Там проще будет. А дальше — как повезет. — А ты, Нори, — Кудо повернулся к третьему из пятерки. — Что думаешь? — Что последние деньки доживаем — вот что! Или те прибьют, или эти замучают — одно из двух. С блонди точно не договоришься, и наши не простят. Потому что никакие они не наши... — Цыть! — рыкнул Кудо. — Точно тебе жизнь не дорога! — А чего это с блонди не договориться? — удивился Полли. — Вы же ни в чем не виноваты! Вас тут самих, как кересских крыс в ловушке, вместе с нами держат — ни в бар тебе, ни в бордель! — Продолжай, друг, — положил ему руку на плечо Кудо. — Очень ты правильно говоришь. — Убивать вы — никого не убивали. Мне Барби рассказал, что охрану и пилота группа Подрывника положила. Увезли вы нас с места их преступления. Ну и что? Ничего же нам не сделали, а, можно даже сказать, что спасли. Посидели, поболтали, в картейки перекинулись. Вот, и Мимея уже в норме. Многоножка, действительно, совсем пришла в себя и опять принялась за остатки сосиски. — Ага! — обрадовался Барби. — Зверика господина Па... Зави качественно кормили! Они с мелким на пару все сосиски наши стрескали. А если Рики с Дино за нас словечко замолвят, то не только отпустят, а еще деньжат подкинут и никому в обиду не дадут. — Так-то оно так, да только не хотят Рики и Полли в Эос возвращаться. Сами говорили, — пожал плечами Кудо. — Да! — откашлялся Рики. — Не очень я хочу, но есть у меня там одно дельце недоделанное. Должок кое-кому отдать надо. С процентами, — Рики многообещающе улыбнулся. — Так что, я не против. Месть для монгрела — дело святое. За этим — да хоть Рагону в пасть, не то, что в Эос. Поэтому заявление Рики никого не удивило. — Я к Раулю давно хочу, — заявил Дино. — И никакой он не мозгоправ! Он добрый, заботится обо мне, — Дино захлюпал носом и вдруг громко взвыл, гладя Мимею по спинке. — - Хочу домо-о-ой! К Раулю, к Рею, к Орфеююю! — Ну, все-все, заканчивай, — успокаивал его Рики. — Ты уже большой! — Нет, я маленький! Маленький! Где мой Рауууль? — рыдал Дино, зная, как его вопли действуют на главаря. — Пусть меня забереееет! — А ты, Полли? — Кудо заткнул пальцем повернутое к Дино ухо. — Помнится мне, так не хотел возвращаться, что просил себя пристрелить, если даркмены нагрянут? — Конечно! — легко согласился Полли. — Я выбираю смерть за правое дело! Буду, сука, мучеником амойским! Героем революционного фронта! Только вот, если вы у меня на поводу пойдете, то серьезная проблема может случиться. — Точно! — хлопнул себя по лбу Барби. — Ценность же он научная, редкий экспонат и плод экспериментов. Придется возвращать всех. Прости меня, — кинулся монгрел Полли на грудь. — Не смог сдержать я обещание! Не могу тебя пристрелить! — Какая страшная трагедия двух влюбленных сердец! — в отчаянии заломил руки Полли. — Нет, это пережить невозможно! Пойдем, меня надо срочно пожалеть! — и он потащил Барби в единственную спальню, где выжила и была свободна кровать. — Заступитесь, значит, — задумчиво почесал затылок Кудо. — Конечно! — голос Рики звучал уверенно. — Скажем, что вас тоже обманули, а когда вы догадались, то сразу решили нас вернуть, — он незаметно пнул Дино ногой — подключайся! — Скажем, что вы нас не трогали, и кормили, и что животных любите, и в лошадку играли со мной, и в доктора, и в ... — Все-все! — Рики опять стукнул Дино под столом ногой, и тот сразу замолчал, как будто его выключили. — А как мы с блонди свяжемся? Комп сгорел, еще когда Дино в индейцев играл, а потом и монитор разбили, когда пауки приползли, — расстроился Нори. — Полли, друг, иди сюда! — нежно позвал Рики. — Нужна твоя помощь! Совсем что ли сдурел, придурок, нашел время, — зашипел он на ухо почти голому хакеру, нехотя появившемуся на пороге спальни. Выслушав задачу, тот провозгласил свое неизменное: «Нет проблем, чуваки!» А еще через час объявил, что картинки не будет, но текстовые сообщения отправлять и получать можно. Для этого он приспособил коммуникатор Кудо. Помещение по-прежнему чем-то экранируется, поэтому засечь их у блонди не получится, но поговорить — это запросто. — Где мы будем нас передавать? — Полли повернулся к монгрелам. *** Резкий звонок заставил вздрогнуть. Канал спецсвязи, а это могло значить только одно — произошло что-то непредвиденное. — Слушаю, — Эшли с самого начала знал, что не все будет так гладко, как хотелось, и был к этому готов. — Гай ушел, — Яков, как всегда, был лаконичен. — Это точно? — Эшли досадливо поморщился, уже зная ответ — все-таки пес сорвался с цепи. Но как же не вовремя! Еще один день...еще один чертов день... — Точно. Час назад. Времени на подробные расспросы не было, да и необходимости в них тоже. Яков знал свое дело, и сомневаться в его словах было глупо. Эшли помедлил: — Все-таки вычислил, гад! Да, недооценил я Гая, но вы знаете, где его искать. Пошлите туда толковых ребят. В помещение не входить, группу Кудо не беспокоить. Если Гай внутри — дождитесь, когда выйдет. Будет не один — убить. С Дарка и остальных чтобы ни один волос не упал. Если выйдет один — попробуйте взять живым. Не получится — стрелять на поражение. В любом случае, уйти он не должен. Никого из его бригады на задание не брать — у них своя задача. Справятся и без Подрывника, не в первый раз. Связь только в экстренном случае. О выполнении доложить. Эшли расслабился — случившееся было неприятно, но планы не меняло. Он предусмотрел замену для каждого звена. Цепь не разомкнется. Вам не вырваться, господин Первый Консул. Вы сами накинули себе на шею шелковую удавку и собственноручно подписали приговор. Самоуверенность опять сыграла с вами злую шутку. Эшли потянулся к коробке с сигарами и довольно улыбнулся собственным мыслям. *** Район 3, Мистраль — парк на границе с Кересом. Мидас, внешний круг. Здесь, практически на границе с Кересом, располагался развлекательный комплекс «Последний приют», в ресторане которого Кудо и решил назначить встречу. Комплекс был заведением не вполне обычным для Мидаса и пользовался у законопослушных граждан дурной славой. Хозяин его вел очень интересную маркетинговую политику, основным девизом которой было извечное: «Деньги не пахнут». Не важно, от кого ты их получаешь, лишь бы все по закону. Главное, что налоги заплачены вовремя. В конце концов, никто не обязывает при входе на территорию проверять документы и считывать чипы. Под воздействием этих хитрых умозаключений сформировался имидж заведения, как места, где за наличку и безнал обслуживались все, кто не скупился и вел себя прилично. Так сложилось, что со временем в бар стали наведываться платежеспособные жители Кереса, которые выбирались в Мидас поесть вкусной еды и выпить лицензионного спиртного. Зависать в «Приюте» среди «кересской элиты» считалось престижным, а ко всем, у кого водились карио, здесь относились, как к дорогим гостям, что льстило самолюбию монгрелов. В большинстве, это были члены и руководители многочисленных крупных и не очень банд, наводнявших Кересс, спекулянты и удачливые сутенеры. Заведение находилось на подконтрольной Танагуре территории, и все посетители знали, что разборки тут устраивать не стоит. Это было чревато быстрой встречей с даркменами, а господин Лагат согласен был закрывать глаза на незваных гостей в своем районе только в том случае, если они ведут себя незаметно и проблем никому не доставляют. В последние годы, благодаря самобытной кухне и «монгрельской толерантности», бар неожиданно стал местной достопримечательностью. Среди туристов распространилось мнение, что здесь можно увидеть истинные этнические корни Амои и познакомиться с настоящими коренными жителями. Благодаря кому или чему «Приют» стал модным заведением и местом паломничества инопланетных поклонников «экзотики», никто толком не знал, но факт оставался фактом — контингент его просто поражал воображение. Кересские монгрелы, иногда самой свирепой наружности, вперемешку с туристами всех мастей с различных планет Содружества. *** — А вот это адресочек, куда писать, — радостно сообщил Полли, вбивая буквы в строку запроса. — Напрямую самого Орфея Зави личный код — зацените! — Ух ты! А откуда он у тебя? — подозрительно спросил Кудо. — Как «откуда»?! Я же эксперимент! Когда мне надо, беру информацию непосредственно из астрала. Эй, придурки, вы слышали когда-нибудь про всеобщую информационную сферу сознания? — Нет! — испугался Нори. — Не знаем такой! — Темнота! О чем с вами говорить? Ну, что писать будем? Только конкретно! Господин Зави ответил на запрос практически тут же — Полли не соврал, но переговоры неожиданно затянулись и заняли у монгрелов не один час, вызвав кучу эмоций и волнений. Орфей ни в какую не соглашался на то, чтобы за пленными пришел один Ясон Минк. Вначале возможность такой встречи вообще была под сомнением, но монгрелы оказались упрямы и торговались как бешеные. В результате договорились, что встречаться будут четыре на четыре, и не где-нибудь на окраине, а в Мидасе. Предложение Кудо насчет места передачи заложников было принято. Серьезные нарекания вызвали кандидатуры трех сопровождающих Консула. Со скрипом, но боевикам пришлось согласиться с тем, что забирать петов и домашнюю зверушку будут те, у кого их взяли. То есть, господа: Ясон Минк, Рауль Ам, Орфей Зави и, в довесок, господин Катце, которого хорошо знал лысый. — А можно без Рауля Ама? — пересохшими губами шепнул Нори. — Нельзя! — отрезал Полли. — У кого вы пета уперли? А фурнитура у кого похитили? Может, и без господина Зави? А зверушка чья у вас на столе сосиску трескает? Хотят они убедиться лично, что все в комплекте, и не испорчено! — Хорошо, — подытожил Кудо. — Мы согласны. Только пусть слово дадут, что по-честному все будет. Личное дело у нас и личная встреча. Что нас СБ не загребет, и потом преследовать не будут. Что никаких засад, и все в тайне. У них взяли — им и вернем. В целости и сохранности. Мы тоже без оружия будем, и никого из посторонних с нами не будет. Слово монгрела! Полли кивнул и застрочил по клавиатуре. — Дали! Дали слово, прикинь! — через некоторое время удивленно воскликнул он. — Ну, дела! Видно, правда, что про тебя, Рики, и про Минка говорят! — Слышь, Кудо, а слову Консула верить можно? — засомневался Чико. — Что-то страшно мне! — Ага. И от страха у тебя мозги засохли! — разозлился Кудо. — Он же не просто Консул! Он глава Синдиката — понимать надо! Если его честному слову не верить, то тогда никому вообще верить нельзя! Не было такого, чтобы блонди данное слово нарушили. Не было! — Точно, — кивнул Полли. — Слово чести главы Синдиката — закон. Если сказал, что убьет — все! Беги скорее гроб заказывать. Чико подавился водой из бутылки и тяжело закашлялся. — Да ладно, не тряситесь, — закончил Кудо. — Сейчас мелочи обговорим и к вечеру выдвигаемся. Профессора надо в больницу скорее, а еще одной такой ночи я точно не переживу. Раз решили, то надо бы побыстрее. Рики пошел спать, а монгрелы собрались за столом, чтобы обговорить детали плана. Время за разговорами текло незаметно, Профессор мерно сопел на любимом диване, куда его перетащил Кудо, и все начали потихоньку успокаиваться. Жизнь уже не казалась столь ужасной, а перспективы — такими мрачными. И тут, как гром среди ясного неба, от входной двери раздался зуммер, говорящий о том, что кто-то посторонний зашел в помещение. — Кого рагон принес так некстати? — шепотом спросил Нори. — Сейчас посмотрю, — Кудо развернулся на стуле, чтобы идти в прихожую, но посетитель уже сам уверенно переступил порог комнаты, осмотрев притихших монгрелов тяжелым больным взглядом. — А мы ничего. В карты играем, кушаем немного, — пролепетал Чико. Молодой парень с резкими чертами красивого, но измученного лица. Кареглазый, с длинными, собранными на затылке в толстый хвост русыми волосами, и без левой руки — ошибиться было невозможно. Если боевики и не видели никогда Подрывника, то слухи, которыми всегда был полон Керес, достаточно четко рисовали портрет народного героя, не оставляя никаких сомнений в личности вновь прибывшего. — Я Кудо, — боевик протянул монгрелу руку. — Где он? — Подрывник смотрел, как будто сквозь главаря, и единственную руку вынимать из кармана явно не спешил. — Там, — Кудо нехотя показал на дверь спальни. — Никому не входить. Ни при каких обстоятельствах. Понятно? — голоса Подрывник не повышал, но по спине монгрелов пополз неприятный холодок. Прибывший плавно обогнул стол и скрылся в спальне, плотно прикрыв за собой дверь. — Что делать будем? — шепотом спросил Барби. — Что-что... Ждать будем. Если что, помогать Рики. Но, сдается мне, ничего парню не грозит. Просто поговорить он пришел. А лицо, ну, как перед смертью. Даже страшно немного стало, — тоже шепотом ответил Кудо. *** — Их главный совсем не идиот, — хохотнул Жильбер Домина. — В этом ресторане, если подобрать соответствующую маскировку, ваша компания точно не привлечет к себе лишнего внимания. — Маскировку, Берри? Серьезно? По-моему, ты переработался. Мы в шпионов играть собираемся? — удивленно приподнял светлую бровь Рауль Ам. — Господин Советник, — Катце меланхолично дымил сигаретой, стоя у прозрачного, во всю стену окна. — Блонди имеют слишком привлекающую внимание внешность. А если в ресторан явятся трое блонди одновременно, через пять минут туда набежит столько ротозеев, что находиться там можно будет только стоя. — Парики, накладные носы и подушка вместо живота? Мне не очень нравится эта идея! — рука в перчатке поднялась вверх резким жестом отрицания. — Три двухметровых амбала, сами по себе, — зрелище, привлекающее внимание. Придется вам косить под жителей Гекаты или Анубиса. Они где-то такого роста, как блонди, и частые гости Амои, — Катце был непреклонен. Айша что-то быстро набросал на компе и вывел изображение на экран, занимавший практически всю стену: — Фи, какая гадость! Эти с Гекаты — настоящие уроды. К тому же, они чернокожие! — прокомментировал он загрузившиеся картинки. — Потомки негроидной расы с Терры, Айша. Неужели ты расист, мой друг? — строго спросил Ясон, подходя вплотную к экрану и разглядывая изображения. Айша сморщил нос и надул губы. — Конечно, нет. Я просто констатирую факт — они уроды. Ясон закатил глаза: — Неисправим. Ладно. Я сейчас попробую. Он сосредоточился на несколько секунд, и вдруг белые волосы втянулись, его нос расплющился, а кожа стала менять оттенок. — Ого! — оживился Катце. — Знал, что это возможно, но вижу в первый раз. — Мы не любим это делать, — пояснил Рауль. — Вызывает довольно неприятные ощущения, и к тому же... Ну, вот! Я так и думал! Берри, мне кажется, или наш Ясон стал синим? — Ну... — неопределенно протянул господин Домина, с интересом разглядывая Консула. — Скорее, сизым. — Вот рагон! — выругался Ясон. — Когда нервничаю, никогда нормально не получается! — он опять сосредоточился и... посинел еще сильней. — Стоп! Стоп! Хватит, Ясон! Уже нормально! — остановил его Орфей. — Лучше точно не будет. Рауль критически осмотрел друга. — Что, совсем плохо? — в голосе Ясона читалась растерянность. — Да как тебе сказать... Кто там знает, какого цвета бывают эти, с Гекаты? Может, синие среди них тоже встречаются. Сойдет! — А вы не можете просто стать чуть пониже и пообъемнее? — завороженно глядя на Консула, спросил Катце. — Я понимаю, что закон сохранения массы не нарушить, но, может, как-то уплотниться или масштаб поменять? — К сожалению, кости нашего скелета модифицировать невозможно. Слишком велика неорганическая искусственная составляющая. Только мягкие ткани,- пояснил господин Ам. — Жаль, — расстроился рыжий. — Это бы решило вопрос. Ясон опять сосредоточился, и у него на лысом черепе проступила четкая татуировка в виде дракона. — Я как у этого сделал, — Ясон показал на экран. — По-моему, красиво. -Да? — с сомнением покосился на него Катце. — Тогда и очечки сюда узкие черные, как у них там носят. — Сейчас Келу задание дадим, — оживился Ясон. — Кел, иди сюда! — Я здесь, господин... А-а-а! Помогите! Кто это?! — Кел резво сиганул за диван. — Охрана! Зовите господина Зави! У нас мутант в апартаментах! — Тут я, Кел, тут! Успокойся! — Орфей вытащил фурнитура из-за кресла. — Это не мутант. Это господин Минк. Готовится к маскараду ко Дню Независимости. Понял? — Понял, господин Зави! Чего уж тут не понять! — Кел, мне надо подобрать вот такой костюм, — Ясон показал на экран. — А-а-а! — Кел снова прыгнул за диван. — Мутант проглотил господина Минка и разговаривает его голосом! — Не разрешал бы ты своим фурнитурам, Ясон, фильмы ужасов на ночь смотреть, — укоризненно покачал головой Айша. — Иди сюда, глупенький, — позвал он тихо. От звуков этого голоса все мысли разом покинули голову Катце , а сам он с трудом преодолел желание тут же последовать приказу. Кел мгновенно и беспрекословно вылез из-за дивана, встав по стойке смирно перед господином Розеном, преданно заглядывая ему в глаза. Орфей уважительно кивнул, по достоинству оценив работу профессионала. — Быстро метнись на киностудию и притащи сюда главного костюмера. Никаких звонков и вопросов, никому ни слова. Если, конечно, не хочешь познакомиться с настоящими мутантами, — на распев очень нежно проворковал Айша и мило улыбнулся. Кела как ветром сдуло. — Ну что, Орфей, теперь ты, — повернулся к другу Рауль. — Не хочу быть синим уродом, — Орфей гордо отвернулся. — Это что еще за... Я?! Урод?! — Ясон с вызовом оглядел притихших блонди. — Нет! Нет! Что ты! — запротестовали все разом. — Вполне ничего! Нормальный! Не критично совсем! Да, не страшный! Так, немного! Чуть-чуть! Чуть-чуть в дрожь бросает! От ужаса... Просто кошмар лютый! — Я понял, — убито проронил Ясон. — Хорошо, хоть не навсегда. — Зато точно никто не узнает, — решил добавить позитивчика Катце. — Даже Рики! — жизнерадостно хлопнул Консула по плечу Жильбер. Ясон помрачнел еще сильнее. В этой кутерьме никто не заметил, как Орфей куда-то исчез, но вскоре ... — Давно хотел примерить этот костюмчик, — радостно сообщил всем непонятный тип с козлиной бородкой и в кожаной фуражке. Из-под расстегнутого мерзкого, серого, волосатого пальто до пола виднелся странный китель защитного цвета и такие же штаны, заправленные в грубые, вычурного фасона сапоги из дубовой, черной кожи. — Ну как? — спросил до невозможности счастливый господин Зави. — Феерично, — театрально всплеснул руками Айша и прикусил губу, чтобы не рассмеяться. — А....э...А что это? — осторожненько спросил Катце, так, чтобы случайно не обидеть самого элегантного блонди Танагуры. — Купил на одном террианском аукционе. Точная копия того, который носила одна историческая личность. Конспирация — это был его конек! Как гласит старинная легенда, этот костюм помогал ему оставаться неузнанным даже... — Стой, Орфей, стой! — энергично запротестовал Рауль. — Не сейчас! Очень интересно, но совсем нет времени! — и бросил красноречивый взгляд на Жильбера: " Если не хочешь выслушать в подробностях жизнеописание еще одного террианского упыря, надо действовать решительней." — А что? — с энтузиазмом включился Жильбер , поняв Рауля без слов. — Мне нравится! Правда, Катце? — Вполне! — рыжий обошел господина Зави по кругу. Орфей, на данный момент, был его непосредственным начальником, а злить начальство, как давно понял рыжий, чревато большими неприятностями. — Да...- он задумчиво провел указательным пальцем по шраму на щеке и сделал серьезное лицо. — Неплохо-неплохо. Если застегнуть эту штуку... — он показал на сомнительного цвета лапсердак. — Это шинель, — гордо поправил Орфей. — Я и говорю, если застегнуть этот замечательный шинель, то вполне нормальный кересский бродяга получится. Только фуражку сильней на брови, и цвет глаз поменять. — Мне не нравится, — безапелляционно заявил Ясон, подозрительно косясь на Орфея.- Странный он в этой одежде, но если специалисты дают добро... — Он вопросительно посмотрел на Жильбера, который закивал с большим энтузиазмом, постаравшись, чтобы это выглядело убедительно. Жильбер Домина, в чьем ведении была вся разведка и контрразведка Амои, прекрасно справлялся со своими обязанностями, и поэтому авторитет его был непререкаем. — Катце? — Ясон, на всякий случай, хотел услышать и рыжего. — Со мной все просто! — тот ловко ушел от ответа на вопрос, сделав вид, что не понимает, что от него хотят. — Шрам надо замазать — это сейчас специалист Айши сделает, волосы перекрашу, потом восстановлю в два счета. Линзы поставлю — будет тот же монгрел, только вид сбоку. — Ну, а теперь ты, Рауль, — страдать в одиночку Консул был не согласен. — Ясон, ты же знаешь, что у меня от модификационных упражнений головные боли и тошнота. Я не думаю, что это хорошая идея — прийти на встречу в разобранном виде. — Я забыл. Но надо все равно что-нибудь придумать, — досадливо дернул плечом Консул. — Нам через час выдвигаться. — Уже пришел костюмер с киностудии — большой профессионал, — успокоил всех Айша. — Вот ему мы Рауля и доверим. — Прекрасно! — с облегчением выдохнул Ясон. — Тогда иди, наряжайся. Мне тоже надо переодеться. Через час встретимся вверху на стоянке возле аэрокара.