Вкус твоей крови

Трис Никогда не понимала выражения «от самой себя тошно». Никогда не задумывалась, почему такое вообще можно чувствовать. Что такого можно натворить, явно не думая о последствиях, если после, ощущение «тошно» будет преследоваться тебя, куда бы ты не подался. Я всегда жила по канонам, я не нарушала правил, я была отзывчива и правдива, я была примерным ребенком, гордостью своего отца. Но сейчас… Вот оно это ощущение тошноты и горечи внутри меня. Даже в кончиках пальцев меня колет от этого едкого чувства. Мне от себя тошно… Я лечу в ночи, не зная куда, а перед глазами лишь испуганный взгляд той девушки, якобы убившей своего ребенка. Я убила ее. А она ведь кого-то любила, хотела чувствовать и наслаждаться жизнью. Почему так устроен мир? Почему выживает сильнейший? Почему? Почему? Почему? Я спускаюсь на выступ над обрывом и сажусь на камне, опустив голову на колени. Мои щеки мокрые от слез. Я просто сижу и плачу, как маленькая девочка, у которой сломалась игрушка. Почему мне так больно? Что сломалось во мне? Почему раньше я принимала это, как должное, а сейчас я продолжаю себя пытать… Мои самотерзания прерывает чувство присутствия кого-то рядом. Это чувство растет и наполняет меня. Я поднимаю глаза, чтобы всмотреться в темноту. Долго не приходится ждать. Черная точка приближается и растет. Спустя несколько мгновений я уже могу рассмотреть силуэт, который приближается. - Ты не попрощалась со мной, - произносит Эрик, как только его ноги касаются поверхности рядом со мной. - Вот уж не думала, что ты такой ранимый, - холодно произношу я и поднимаюсь. Ощущение того, что он возвышается надо мной делает меня еще более уязвимой. - Ты и не ошиблась. Но не забывай, теперь мы обручены, и я имею полное право знать, чем занимается в свободное время моя будущая жена, - он делает шаг вперед, сокращая расстояние между нами. Я непроизвольно отступаю. - Я хочу поговорить, Трис, - как-то мягко сообщает он, и в глазах не чувствуется его обычное высокомерие. Это пугает меня. Я не могу понять, какую игру он затеял. - Говори, - неуверенно произношу я. Он делает очередной шаг ко мне, и я собираю волю в кулак, чтобы не отступить назад. - Я знаю, ты ненавидишь меня, - начинает он, не опуская глаз, - Но я хочу это исправить. Пойми, Трис. Для меня наша свадьба не просто объединение кланов. Мне на это целиком и полностью наплевать. Я хочу быть с тобой. Я хочу сделать тебя счастливой, - он делает шаг вперед, оказываясь совсем близко, - Когда я впервые увидел тебя, моя жизнь перевернулась, и я покоя себе не находил. Единственное, чего я желал, это чтобы ты стала моей, - его рука неуверенно касается моей щеки. - Ты так влюбился, что даже ни разу не показал этого! Ты ни разу не проявил знак внимания ко мне. Ты не пришел к моему отцу и не попросил моей руки, как делают все влюбленные, - я отшвыриваю его руку в сторону, - Вместо этого ты пришел в мой дом и шантажом заставил моего отца отдать меня. Он опускает глаза и молчит. - И после этого ты хочешь, чтобы я испытывала к тебе теплые чувства? – мой голос набрал мощи. Я резко разворачиваюсь и собираюсь уходить, но железная хватка сжимает мою руку. Я поворачиваюсь и вижу его глаза. Тепло и нежность покинуло их так быстро, как падает метеорит в лунную ночь. Он окончил свою игру. Лед и злость читалась теперь в них. По моей спине пробежали мурашки. - Бог видит, я хотел по-хорошему, Трис, - он притягивает меня еще ближе, и я не в силах сопротивляться. Его шепот уже возле моей щеки, - Будь умницей. Давай без глупостей. Я слежу за тобой, и если ты что-то от меня скрываешь… - он отстраняется и пристально смотрит в мои глаза и мне не нужно больше ничего говорить. Лед и злоба в его глазах красноречивее слов. Он резко отпускает меня и улетает на восход, а я еще долго стою ошарашенная, смотря ему в след. Теперь мне нужно быть предельно осторожной. Если он узнает, где я провожу ночи, это будет конец…

***

Я опускаюсь на знакомый подоконник. В спальне темно, но окно открыто. Я понимаю, что это сделано для меня, и это греет душу. Я считаю секунды до встречи с ним. Мы не виделись менее суток, но у меня внутри невосполнимое чувство нехватки его рядом. Его тепла и уверенности. Его глаз и рук на моей талии. Его поцелуев и тяжелого дыхания, когда он целует меня снова и снова. Я беззвучно ступаю шаг за шагом. Я слышу звуки сверху, он явно на чердаке. Лестница остается позади, и вот я уже внутри. Я успеваю отойти в сторону, перед тем как по моему планируемому пути проносится летящее тело, явно не особо контролирующее свой полет. - Трис, - знакомый и родной голос заставляет повернуться в его направлении. Не знаю, как я выгляжу со стороны, скорее удивленной, чем напуганной. Ведь Тобиас не один. Здесь еще трое мужчин и один из них завис где-то у меня надо головой. Я некоторое время стою, словно вкопанная, и этого хватает ему, чтобы оказаться рядом со мной. Я утыкаюсь лбом в любимое плечо и буквально впитываю тепло, которое исходит от его тела. Я упиваюсь чувством его присутствия со мной рядом, как же мне этого не хватало целые сутки. Никогда не думала, что 24 часа – это на самом деле так много. Он отстраняется и осторожно произносит: - Это мои друзья, тебе они понравятся, - его губы бережно касаются моих, и он отстраняется, не сводя с меня глаз, - Я никогда этого никому не говорил, - он опускает глаза в нерешительности, и я даже успеваю заметить, как он переминается с ноги на ногу от того, что он собирается сказать, - Я скучал, Трис, - его голос перешел на шепот, а руки крепче сжали меня и притянули к себе. Он вдохнул в моих волосах, и шея предательски защекотала, от чего я непроизвольно хихикнула и наклонила голову ближе к нему. - Мне кажется, прошли не сутки, а месяц, - произнесла я, когда он отстранился. Я улыбнулась и заглянула в его глаза. Я увидела в них ответ на свои чувства. Я понимаю без слов, что он хочет сказать. Я успеваю заметить его рот, который собирается мне ответить, но момент разрушен голосом, доносящимся из-за спины Тобиаса. - Четыре, мы пойдем, поздно уже, - темнокожий человек встает с кресла и направляется к нам. - Это Зик, - произносит Тобиас, когда он подходит ближе, - Мой друг и человек, на которого я могу положиться, чтобы ни случилось. - Очень приятно, - произносит Зик и тянется к моей руке. Он подносит ее к своим губам и целует. - Это Амар, - я поворачиваюсь к подошедшему к нам. Он отличается от всех своим ростом, опережая остальных на пол головы точно. Моя рука перекочевывает от Зика к Амару, который так же галантно целует ее. - А это наш младшенький, - улыбается Тобиас и показывает рукой вверх. Я поднимаю глаза и вижу такого же темнокожего парня, который сидит на балке и широко улыбаясь, машет нам рукой, даже не собираясь спускаться, - Эй, Маугли, иди к нам, не бойся, - продолжает Тобиас, жестом приглашая его к нам. Но он заговорщицки улыбается и махает головой. - Юрай, слезай давай. Может застанешь еще свою мулаточку дома, - произносит Зик. И эта находка, которая возможно ожидает его, действительно работает. Через секунду он уже стоит напротив меня, делая реверанс и целуя мою руку. На некоторое время наступает тишина. Трое мужчин не сводят с меня глаз, с любопытством рассматривая. - А это моя Трис, - наконец произносит Тобиас, и я чувствую волну тепла, которая распространяется по телу от этого маленького слова «моя». - Это мы уже поняли, - как-то загадочно произносит Амар и улыбается. Спустя десять минут мы провожаем друзей Тобиаса. И как только за последним захлопывается дверь, я оказываюсь в железной хватке таких долгожданных рук. Он прижимает свой лоб к моему и пристально смотрит в мои глаза. Я даже не замечаю, когда мое дыхание начинает учащаться. - Как же я скучал, - произносит он, и его губы наконец без свидетелей находят мои. С каждым мгновением, которое, кажется, тянется бесконечность, я понимаю, что мне мало этого. Я не могу насытиться его прикосновениями, его дыханием, которое крадет воздух из моего рта. Но я не жадничаю, я отдаю ему все. - Как все прошло? - шепчет он, отстраняясь всего лишь на миллиметры, словно, если он отпустит меня, я растаю. Я с трудом пытаюсь совладать со своим дыханием, чтобы ему ответить. Но события прошлой ночи отрезвляют, и я отстраняюсь, чтобы посмотреть в ему в глаза. - Я не заслуживаю тебя, - произношу я и почти не замечаю, как неконтролируемая слеза предательски сползает по щеке. - Что случилось? – с тревогой спрашивает он, продолжая держать меня в объятиях. Но мне стыдно и гадко за свой поступок, я отстраняюсь, и ему приходится меня отпустить. Я разворачиваюсь и подхожу к окну, чтобы не видеть его глаз, когда я ему это скажу. - Прошлой ночью я убила невинную девушку, - мой голос так тих, что на мгновение я даже думаю, что Тобиас мог этого не услышать, и в моей голове рождается коварная мысль, не говорить ему. Но увы, это не изменит содеянного. И я даже ожидаю, что он уйдет и не взглянет на меня больше. Но вместо этого его руки сжимают мои плечи и разворачивают к себе. Я встречаюсь с его синими глазами, которые словно рентген, пронизывают насквозь. И в них нет упрека или злобы, в них лишь сожаление. И я знаю, что это чувство не связано с тем, что я сделала. Это взгляд безысходности. Мы из разных миров. У нас нет будущего. - Чтобы ты не сделала, это не изменит моих чувств к тебе… - он замирает, ожидая моей реакции. Но я лишь могу смотреть безотрывно в его глаза, которые словно два озера, в которых я вижу свое отражение, - Ты самое светлое, что случилось со мной за мои почти тридцать лет. И ты не представляешь себе, на сколько люди могут быть жестоки и бесчеловечны. Мы убиваем друг друга гораздо чаще, чем это делаете Вы в качестве своего пропитания. Мы угнетаем нашу планету, как и все живое на ней. Я думаю, что твоя потребность в этой смерти оправдана твоей природой. Точно так же, как люди охотятся на зверей или как лев загоняет до полусмерти косулю, которую после съедает даже не задумываясь о том, что он сделал что-то негуманное, - он прижимает мою голову к своей груди. - Ты бы видел ее глаза… - лишь произношу я. - Я знаю лишь одни глаза, которые такие же светлые, как солнце в самый безоблачный день. И я не могу видеть слезы в их уголках. Я не могу видеть грусть на этом лице, - его руки очерчивают контуры на моих щеках, заправляя волосы за уши, которые успели выбиться из пучка. Его рука нащупывает зажим на моем затылке и легкий щелчок раскрывает его, чтобы выпустить на волю копну светлых волос, которые падают на мои плечи. Я стою словно в тумане, забыв все свои переживания. Сейчас для меня есть только он. Он – мой дом и моя жизнь, в которой я чувствую себя важной. Расстояние, которое и так мало между нами, исчезает и достигает нуля, когда его рука давит на мой затылок и притягивает к себе. Казалось, я начала дышать только тогда, когда мои губы попали в его плен. Его руки, которые так страстно и сильно сжимают мою спину, очерчивая на ней невидимые узоры, его тепло, которое подкашивает мои ноги, его запах, который почти отключает сознание от желания и страсти. Я, словно в агонии, хватаю воздух, который он выдыхает и забирает у меня мой. Но это не важно, я впитываю его энергию и силу и чувствую, как растет моя сила. Сила любви, любви к человеку… Я даже не замечаю, каким образом мы оказываемся в спальне. Но мне кажется, что я поднялась в воздух и перенеслась сюда, словно перышко дуновением ветра. И мягкие ткани, ласкающие мою кожу, лишь усиливают желание получить что-то большее… И моя одежда исчезает одна за другой, а мои руки стягивают в ответ все, что скрывает от меня его наготу. Наше дыхание, кажется, слышит весь дом. Но он молчит и позволяет нам наслаждаться друг другом. И я не боюсь, что будет дальше, во мне бьет желание любить его. Любить и ни о чем не думать…