Операция "Горизонт".

— Да вы издеваетесь! — кричала Марселин, облачившись в одежду выданную ей и прочтя легенду. Ей была предоставлена роль ассистента при штате учёных. Сейчас вампирша стояла в штабе, одетая в серые брюки и вязаный коричневый свитер с высоким горлом. На глаза ей надели аккуратные прямоугольные очки в чёрной оправе с парой страз на душках. Вампирша была не своя от злости и стояла сжав руки в кулаки, при этом она страшно походила на Бонибель, когда та была в бешенстве. — Значит я ассистент? Какого чёрта?! Да я же ничего не понимаю ни в физике, ни в химии!!! Максимум «Кровавую Мэри» могу состряпать!!! Меня моментально раскроют!  — Мы уверены, ты выкрутишься… Тебе всего-то надо будет перебороть свою конкурентку в помощи учёным — успокаивающе сказал Никто, оглядывая её с ног до головы и делая мысленную пометку выдать вампирше пару книг для завершения образа. Марселин громко зарычала, вновь осматривая себя. Без своих драных джинс и агрессивной кожаной куртки она чувствовала себя немного не в своей тарелке. А очки постоянно сползали с носа и жали на виски. Она оглянулась ища поддержки у Вальтера, но тот был погружен в чтение своей легенды. Ему повезло куда больше, роль сотрудника СБ, кандидата на вступление в МОГ ему шла куда больше. Он уже напялил форму СБ и поигрывал электропрутом, периодически роняя его и поднимая обратно. — Вот почему нельзя меня в СБ?  — В «Зоне-19», нет подразделений в которые принимали бы женщин — тихо сказал мистер М, недавно пришедший в штаб. Чашка чаю в его руках сменилась на чашку кофе, которым пахло на всю комнату, приятно щекоча ноздри тонким запахом арабики. Вампирша поникла и села на кресло попытавшись по привычке поковырять дырку на брюках. Но не найдя её, она ещё больше расстроилась и отдала себя в руки визажиста, который должен был окончательно превратить её из раздолбайки в научного сотрудника. Кисточка с пудрой аккуратно ровняла черты лица, делая их более нежными и робкими. Нежно-розовая помада окрасила губы, а на глаза легли тонкие полоски туши. Вальтер обошелся без макияжа, шрамы и ссадины на его теле вполне соответствовали легенде. Он так зачитался что не заметил как вампиршу преображали, а когда выглянул из-за листа текстом чтобы хлебнуть из кружки, то чуть не выронил её. Вместо Марселин стояла типичная учительница младших классов, единственным различием была голова, а точнее волосы с которыми ничего сделать не смогли (правда их расчесали и уложили в скромное полу-каре). Узнать прежнюю рокершу было почти невозможно, а когда Никто всучил ей пару книг по химии, то отличий вообще не стало. Сержант поднял большой палец, отметив про себя что Марселин идёт такой образ. — Надеюсь все помнят свои задания — спросил Никто, оглядывая получившуюся парочку — тогда к делу, мы выныриваем в реальность. …Небольшой провинциальный городок, состоящий буквально из трёх улиц, застроенных исключительно одноэтажными домами в стиле «старой» Америки. Среди них особенно выделялось здание из красного кирпича с рекламой бурито на крыше. Это был местный магазин в который ходило абсолютно всё население состоявшее из сотни человек. Вокруг была бескрайняя степь, изредка прерываемая небольшими рощами желтолистых дубов. Их листья буквально засыпали чахлую траву и разбитый асфальт на улицах городка. Убирать их не торопились, от чего улицы и дома стали желтыми, с вкраплениями багряно-красного. Даже единственную достопримечательность — старый бронзовый памятник одному из первых шерифов, засыпало почти по самый постамент. Впрочем, статую уже давно не чистили и помимо листьев её покрывал толстый слой птичьего помёта. Казалось что это захолустье застряло в начале двадцатых годов, а правительство напрочь забыло про него. Даже в разгар летнего сезона путешествий, здесь почти не бывало гостей и размеренную жизнь бывшего шахтёрского городка никто не нарушал. Но сегодняшним осенним днём, город буквально наводнили какие-то люди, сгрудившиеся около единственной автобусной остановки, как-раз перед магазином. Их с интересом разглядывали трое стариков, сидевших на скамейке перед магазином и дымящих своими трубками. Они не привыкли к такому количеству незнакомцев и относились к ним подозрительно. Хотя мысленно радовались, что появилась новая тема для обсуждений, помимо неурожая брюквы и плохой погоды. Один из стариков, поправил глазную повязку, скрывающую пустую глазницу перечерченную грубым шрамом и пыхнув трубкой, что-то вспомнил. Потом на его лице отобразилась задумчивость, старое, ещё армейское чутьё, развитое во Вьетнаме как-то связывало это нашествие незнакомцев, с ночной аномалией. Где-то утром небо начало мерцать зелёным, а вдалеке, в районе озера (пять километров к югу) началась буря как в океане. Старик приложил ладонь к подбородку и задумчиво хмыкнул, начав изучать новичков. С одной стороны стояли аккуратные женщины и тощие мужчины, очень интеллигентной внешности. Вокруг них буквально колыхалась аура науки и стойкий запах химических лабораторий, и книг. Хотя многие выглядели забитыми и даже напуганными, но у всех в глазах отображалось волнение. В руках они держали небольшие, дорожные сумки и рюкзаки, забитые пожитками. Некоторые были погружены в чтение, другие о чем-то тихо разговаривали, периодически бросая нервные взгляды на наручные часы. С другой стороны от этой тихой компании ботаников, расположилась шумная группа здоровенных мужчин в камуфляже. Их было куда меньше, но благодаря огромным плечам и накаченным рукам, они занимали куда большее пространство чем ботаники. На земле под их ногами валялись не менее огромные, спортивные сумки, в которых могло быть что угодно. Несмотря на весьма прохладную погоду и сильный ветер, несущий запахи осени, вместе с мелкими облачками, большинство мужчин были в расстегнутых куртках. Двое прислонившись к ржавому фонарному столбу, обсуждали револьвер, который демонстрировал третий. В общем это были типичные военные, на время расслабившиеся и свободные от постоянных команд. Местные жители с опаской поглядывали на это сборище, не понимая что могли здесь забыть столь разные люди. Этот городок тоже был в ведомстве фонда, но жители не знали на кого работают. Ближе к полудню, количество людей устаканилось, приблизившись к восьмидесяти. Вояки расположились прямо на асфальте и начали перекусывать сухими пайками. Ботаники поглядывали на них с нескрываемым непониманием, философия военных была им совершенно непонятна. Однако это было не всё, через десять минут, с юга пришла девушка, выглядящая как очередной ботан, но в её глазах горело озорное пламя, а стрижка больше подходила бы уличной бандитке. Через плечо у неё была перекинута голубая спортивная сумка из которой торчал мокрый зонтик. Поверх свитера и брюк, на ней был тонкий плащ-дождевик с медными пуговицами. Девушка робко подобралась к группе ботаников и прислонилась к одному из деревьев, росших за остановкой. Несколько других ботанов подошли к ней и завели какой-то разговор, но девушка отвечала односложно и выглядела какой-то несчастной. Спустя ещё семь минут, с того же направления пришел здоровяк в цифровом камуфляже. Даже по меркам остальных вояк, он был огромен и выделялся из толпы, как пожарная каланча над городом. Военные принялись шумно приветствовать его и пожимать руку, вообще это больше походило на встречу старых друзей, чем на сборище незнакомцев. Здоровяк сбросил на асфальт сою сумку и сам уселся рядом с ней, что-то активно рассказывая новым знакомым… …Вальтер расположился среди будущих бойцов МОГ фонда, сев прямо на асфальт и достав из сумки сухпаёк и начал уминать его, подражая остальным. Бойцы вокруг него травили байки, ели или просто разговаривали. Сержант хрустел галетами и анализировал вероятных противников: все относительно крупные и довольно плечистые. Судя по грамотному расположению снаряги и старым шрамам, большинство скорее всего ветераны войн, да и возраст говорил об этом. Вальтер потихоньку оглянулся ища глазами Марселин. Та уже отваживала от себя нежелательных собеседников, притворившись что спит. Стоит отметить, что остальные учёные как-то странно на неё косились и грызли ногти. Вальтер немного поднапряг слух и стал изучать разговор двух особенно нервных ботанов. — Ты только глянь на неё… — шептал первый — спит и в ус не дует, а я из-за этого назначения, третьи сутки уснуть не могу!  — Согласен — отвечал второй, поправляя огромные очки — занятное дело. Знаешь я думаю что она слишком самоуверенна. Ведь вероятность того что именно кого-то из нас возьмут, равна 0,23%. Я считал… «Ага, понятно. Завидуете спокойствию… » — Подумал Вальтер откусывая огромный кусок галеты и возвращаясь к разговорам своих будущих сослуживцев. Тут в конце улицы показались два чёрных автобуса с тонированными стеклами. По бокам от них ехали два джипа, с оперативниками внутри. Номера машин были сняты и никаких обозначений на них не было, разве что синие мигалки на крышах джипов, могли о чем-то сказать. По мере их приближения, в толпе сотрудников нарастало напряжение, а среди ботанов началась лёгкая паника. Вскоре автобусы, исторгнув по облачку сизого дыма, затормозили, каждый перед своей группой. Все взгляды были прикованы к ним, в ожидании какого-нибудь сигнала или приказа. Но единственным пригласительным жестом были открывшиеся двери. Претенденты начали хватать свои вещи и забираться внутрь, в темноватую утробу автобуса. Сержант пожал плечами, взял свою сумку (там была его обычая одежда и всякий конспиративный хлам) и тоже полез внутрь… …В салоне было темновато, но для вампира это было совершенно незаметно. Он пролез на ближайшее сидение и закинув сумку на полку, сел. Жесткое сидение обитое поролоном, нехотя приняло его в свои объятия, немилосердно при этом скрипнув. Судя по неприличным надписям, нацарапанным на стенах автобуса и прочим признакам пребывания здесь малокультурного общества, многие поколения оперативников были здесь до Вальтера. Тут в головной части машины включился свет и перед всеми предстал не очень мускулистый, но жилистый человек, с уже седеющими волосами обрамляющими квадратное лицо. — Здравствуйте детишки — на полном серьёзе сказал он, доставая бумажный планшет — перед тем как мы отправимся в садик, давайте проведём перекличку. Начали: Алекс Дуарте! Ага, вижу. Сэмюэль стоун! Угу… Баррет Лоуренс! — гаркнул он и Вальтер поднял руку, вспомнив своё конспиративное имя. За ним последовали ещё тридцать имён и двери автобуса закрылись, отрезая возможные пути к отступлению. Раньше, ещё до становления вампиром, Вальтер бы занервничал, но сейчас он не испытывал абсолютно ничего. Спокойный холод переполнял его, гася эмоции. - Эй, братан — обратился к нему боец севший рядом. Это был здоровенный негр, с лучезарной улыбкой и нереально добрыми (для оперативника) глазами. — Я Мерфи — представился он, протягивая руку, покрытую старыми ожогами.  — Баррет — соврал сержант, чуть не назвав своё настоящее имя и протягивая руку в ответ.  — Ты где так повредился? — Мерфи потыкал в серую кожу сержанта и состроил заинтересованное лицо.  — Афганистан — в очередной раз соврал Вальтер — попал под облако кустарной химии. Выжил с трудом, но вот такой цвет приобрел на всю жизнь.  — Здорово, а знаешь, это реально круто. Ты не белый и не чёрный, никакого расизма, вот бы все люди были серыми — сказа Мерфи, показывая другую руку, на которой не хватало двух пальцев — После этих слов, Мерфи закрыл глаза и откинулся на спинку сидения. Вальтер ещё секунду понаблюдал за окружением и последовал его примеру, зная цену сну. …Марселин чувствовала себя совершенно не по себе. Огромная толпа заумышей вокруг неё, напоминала ей свору собак, только и ждущих чтобы на неё накинуться (хотя в своё время, Марселин покусала бешенную собаку и та сдохла через два дня). Все они были напыщенными уродами, думающими что они недооцененные гении и безусловно считающие что их исследования важнейшие на свете. Марселин всегда ненавидела таких людей, по её мнению они ничего не стоили, лишь очередная партия снобов. Единственным учёным которого она была готова терпеть, была Бонибель, но и то, до момента пока та не начинала компостировать вампирше мозги. Чтобы избежать лишнего внимания в свой адрес, она прикрыла глаза и прямо сквозь веки изучала окружающих её людей. Они виделись ей как красные сгустки вен и сосудов, едва заметно пульсирующие при ударе сердца. Марселин слушала их разговоры, но ничего не понимала, это было как пытаться понять что говорит Бонибель, когда в пьяном виде пытается научить тебя квантовой физике. Всякие сложные термины лились рекой: «дезоксирибоза», «дигидрокарбонат» и множество других слов буквально ломали вампирше мозг, заставляя едва слышно рычать. Чтобы на секунду отвлечься, она прокручивала в голове новую песню, которую недавно сочинила. Однако миг спокойствия продлился недолго, вскоре появились автобусы и Марселин, затерявшись в толпе зазнаек, залезла в него. Заняв место около намертво затонированного окна, она достала из сумки книгу (застегнуть её она забыла, и наружу предательски высунулся кожаный рукав куртки, покрытый острыми шипами) и начала бездумно в неё пялится, чтобы состветвовать образу. При этом она не забыла надеть очки, которые на самом деле были самой настоящей бутафорией, в них были обычные стёкла, без всяких приблуд. Рядом с ней, благоухая омерзительными духами, плюхнулась другая девушка. У неё были молочно-белые волосы, с чёрными корнями (- сука крашенная — подумала про себя Марселин) и весьма приятные, но надменные черты лица, выдающие англичанку. На её носу покоились очки в роговой оправе и немного треснутым правым стеклом. На ней был довольно дорогой деловой костюм, рукава которого были слегка оплавлены кислотой, что сразу раскрывало в ней химика. Она начала заинтересованно оглядываться, периодически прищуривая свои зелёные глаза. Уже одним своим видом она начала раздражать вампиршу, которая вспоминала как ведёт себя Бонибель в обществе себе подобных. На конец, девушка зафиксировала свой взгляд на вампирше: простите что отрываю вас, но как вы читаете в такой темноте? Марселин сразу встрепенулась, сообразив что войдя в автобус, не заметила что тут темно, а вампирское зрение сыграло с ней злую шутку. - А? Я? Да я уже привыкла — на лету принялась сочинять вампирша, отчаянно напрягая фантазию — в лаборатории вечно перегорали лампочки.  — Понимаю — сказала девушка — я Кэтрин, биохимик по образованию. — Кэтрин достала из кармана стерильную салфетку, протёрла ей руки и протянула правую для рукопожатия.  — Елена Федорова, эээээ, тоже биохимия — поздоровалась Марселин, крепко сжимая ладонь Кэтрин и наслаждаясь тихим хрустом который раздался от её пальцев. Девушка покраснела и закусила губу, чтобы не вскрикнуть от боли. Она с трудом вырвала ладонь из «тисков» и прижала её к груди, разминая пальцы. — Значит мы конкуренты — сказала она, едва сдерживая всхлип — в ведомости всего два биохимика, значит мы будем бороться за место.  — Оооо — протянула Марселин и её глаза сузились — тогда готовься, потому что я тебя отдрючу…  — Чего? — не поняла Кэтрин, но уже понимая что ничего хорошего ей не светит — это хамство! Будьте добры уважать меня и я буду уважать вас.  — Хер тебе, а не уважение, мы ведь конкуренты, а значит я буду дрючить тебя по-черному. Не надейся на поблажки, я тебя с дерьмом сожру… — прошипела вампирша, на миг забыв что отыгрывает скромного ассистента. На её лице даже сквозь грим отобразилась хищность, а клыки чуть удлинились. Кэтрин немного офигевшая от такой буффонады, открыла рот и начала очень часто моргать. Марселин, довольная эффектом, откинулась назад и накрыв лицо книгой, демонстративно захрапела…