Не сдаваться!

Оливия стояла на улице возле аэропорта Таити. Прошло двое суток после её разговора с Майком. Женщина была абсолютно уверена в своих словах и дальнейших действиях. Ни Жозе, ни пилоты и капитаны, искавших Реджину кораблей, ни даже Майк, не убеждали её, что надежды нет. Она есть, Оливия это точно знает, чувствует, она уверена. И точно знает, что отдаст все силы, сделает всё возможное и до последнего будет верить, что её лучшая подруга жива и вернётся домой, чего бы Ревейре это не стоило. - Привет, - Майк вышел из аэропорта и крепко обнял подругу, - ты как? - Всё нормально, - Оливия вжалась в Майка, ей нужна была его поддержка, хотя бы просто физическая. - Оли, - Майк не знал, что и сказать, он очень переживал из-за пропажи Реджины, а теперь и из-за упорства подруги, - я здесь, я с тобой. - Спасибо, что приехал, - Оливия уткнулась носом в сильное мужское плечо, - мне очень не хватало здесь тебя. - Поехали в гостиницу, там и поговорим. Ты здесь уже обосновалась, - мужчина сдержанно улыбнулся. - Два месяца уже отдыхаю на курорте, - усмехнулась Оливия и в обнимку с другом пошла к машине. Когда они уже сели в машину и поехали в сторону гостиницы, Майк решил начать первым. - Вот все те документы, которые ты просила, но всё же я надеюсь, что ты вернёшься в Нью-Йорк. - Положи на заднее сидение, - Ревейра говорила спокойным голосом, она не могла заставить Майка просто ей поверить. Она понимала, что каждый ждёт по-своему, надеется по-своему и у каждого своя вера в чудеса. Оливия вела машину и смотрела за дорогой. - Оли, Миллсы уже всё поняли, они оплакивают её, не давай им напрасную надежду. Ревейра сжала очень сильно зубы, но не стала говорить то, что хотелось. - Это их выбор, - лишь сказала женщина, - а это мой. Я буду её искать, пусть потратив все силы, но я её найду. Я знаю, что она жива. - Откуда?! Вы что близнецы, которые чувствуют? Оли, мне жаль, но ты её не найдёшь. Реджи тебе не супергерой, она не Том Хэнкс и как «Изгой» не выживет. Ревейра очень сильно вдавила тормоз в пол. Хорошо сзади них не было машин, а не то аварии избежать бы не удалось. - Пожалуйста, замолчи! Или я не сдержусь! - Ревейра, не сходи с ума! - Майк посмотрел назад, - и вообще, что ты творишь? - Прости, - сглотнула Оливия и опустила лоб на руки на руле, - я просто устала. - Поехали в гостиницу, там поговорим, - мужчина повторил свои слова. - Конечно, - Оливия вдохнула и выдохнула, и вновь тронулась с места. - В баре есть начатая бутылка виски, - проходя в номер, озвучила Оливия. - Я не хочу пить. Оли, я честно говорю, что приехал за тобой. Ты нужна там. Мне, её родителям, коллегам. Ты её знала лучше всех, и ты должна быть на панихиде, - друг сел в кресле. - Я без неё не вернусь, - Оливия тоже говорила вполне серьёзно и присела во второе кресло в гостиной номера. - Сколько ещё ты намерена её искать? - Пока не найду или не сдохну, - Оливия нашла в себе силы улыбнуться. - Ты что вообще, хочешь? Оливия, пойми, ты сейчас нерационально тратишь свои деньги. Мы уже за два месяца потратили много денег и это при том, что был Жозе, и это были его люди. Сейчас мы можем продолжать, но только мы останемся без всего. Её не вернуть, но ты усердно этого не понимаешь, - Майк повысил голос. - Это ты не понимаешь, Майк, - Оливия была спокойна, внешне, но никак не внутренне, - я сделаю всё, я отдам всё. И всю себя, и все свои деньги. Мне плевать! Но я сделаю то, что должна, что обязана. Ты меня не понимаешь, ну и пусть, я не заставляю. Но я хочу знать, что сделала всё для поисков своей лучшей подруги. Моего самого дорогого человека. Я знаю, что она жива. Пусть все считают меня сумасшедшей, но я это знаю! И я буду за неё бороться. До конца, Майк! - Хорошо, делай, как считаешь нужным. Виктор уже обратился к нотариусам, сейчас ведется оценка всего её имущества, подсчёт денежных средств на банковских счетах. У неё не было завещания, поэтому всё достанется родителям. - Это их право, - Оливия покачала головой и тяжело выдохнула, - как и твоё. Хотя я думала, что ты будешь со мной. - Ревейра, прости, но у меня пропала надежда. Я бы очень хотел верить, но... - он развёл руками, - я не могу. Если уж Жозе, живущий здесь, отказался, то и нам ничего не остается. - Я понимаю, - Оливия опустила голову и вновь тяжело вздохнула, - ну, а как там в Нью-Йорке? Как Стела?! - Очень переживает. А так хорошо, - Майк тоже выдохнул, - праздновали её день рождение, были все наши. - Чёрт! - протянула Оливия, - ты не мог мне напомнить?! Я же здесь про всё забыла. - Она не обиделась, не переживай. Там не было праздника, посидели в ресторане и разошлись. Расскажи, как ты здесь? - Тяжело, - протянула Оливия, - но я держусь. Каждый день езжу на аэродром и в порты. Почти каждый раз вылетаю с ними. Не могу просто сидеть в гостинице. - Может, тебе вернуться в Нью-Йорк и там ждать результатов? - Майк смотрел на измученную Оливию. - Нет, - сразу ответила Оливия, - я должна быть здесь и контролировать процесс. - Ты не успокоишься?! Ищи, если считаешь нужным, но не бросай свои дела. У тебя клуб, это твоё детище, над которым ты тряслась, как над младенцем, а сейчас что? - друг хотел перенаправить Ревейру. - Там всё схвачено, - Оливия знала, что дела в клубе идут вполне сносно. У неё отличная помощница, но также она знала, что документы по клубу и её счетам ей здесь необходимы. - Как знаешь. Если будет нужна помощь, обращайся, ты всегда можешь на меня рассчитывать, - Майк готов был сделать всё, чтобы Оливия успокоилась и отпустила Реджину. - Спасибо, Майк, - натянула на себя улыбку Ревейра и посмотрела на друга, - просто поддержи меня. Я знаю, что ты не веришь, но прошу - просто не осуждай меня и не переубеждай. - Хорошо, ты со временем всё поймешь, - Майк пошел за начатой бутылкой виски. - Возможно, - согласилась Оливия, - но пока нет. Я просто знаю, что должна продолжать. Чего бы мне это не стоило. Реджина проснулась утром от боли в руке. Так как они спали на достаточно жестком основании, несмотря на огромное количество листьев под ними и песка, женщина часто отлёживала себе что-нибудь, но утром Свон устраивала ей массаж и всё быстро проходило. Лана вела себя как нельзя лучше, ночью редко сильно толкалась, а вот днем устраивала Миллс футбольный матч. По подсчетам Реджины малышке было двадцать три недели, и её толчки стали ощутимее. Поцеловав блондинку, Реджина пошла готовить ей завтрак из остатков продуктов, так как они опять профилонили и питались крабами и фруктами. - Малыш, просыпайся, - она продвинулась к Эмме и прислонила живот к её спине, - давай, Лана, мы разбудим папочку. - Ау, малыш мой, Лана, - Эмма моментально почувствовала пинок в район поясницы и широчайше, блаженно улыбнулась. Она была счастлива. Те недели после их начала отношений были самыми счастливыми, лучшими, незабываемыми и самыми родными и желанными в жизни Свон. - О, папочка просыпается и после завтрака сделает нам массажик, так как я опять из-за неё отлежала руку, - целуя в плечико, сказала Миллс. - Массажик, всё, что хочешь солнце, - Эмма повернулась и с улыбкой смотрела на Реджину. Она изменилась. На этом острове невозможно не измениться. Свон перестала быть жесткой, резкой, грубой. Она стала по-настоящему любящей, заботливой, ласковой. - Тогда вставай, идём завтракать, а потом массаж, - Миллс не очень грациозно начала вставать, она не могла привыкнуть к животу. - Ты приготовила завтрак? - Эмма наслаждалась, наблюдая за Реджиной в её прекрасном состоянии. Она подперла голову рукой и любовалась девушкой. - Да, я приготовила завтрак, - улыбнулась Миллс и потёрла поясницу, - не разлёживайся. - Почему? - уточнила блондинка. На её лице красовалась блаженная идиотская улыбка. - Потому что! - кратко ответила Миллс, - ты сегодня опять свою свинью пойдешь искать? - Конечно, - кивнула блондинка, но всё же встала, подходя и тут же заключая брюнетку в объятия, - доброго утра забыла мне пожелать, - Эмма тут же взяла в свой плен сладкие губы Реджины. - Доброе утро, - между поцелуями протянула брюнетка, - а теперь есть. - Ещё не всё, - Свон опустилась на корточки и стала здороваться с малышкой. - Так, это надолго, вы тут общайтесь, а я пошла, - Реджина заулыбалась, - интересно, почему нельзя живот отдать на пару часиков?! - Э, нет, - Свон целовала округлившийся животик, - ты у нас мамочка, а я папочка. Правда, Лана? Вот ты, моя умница, - Свон вновь получила по носу, - ты у нас футболисткой вырастешь. Сделаем тебе здесь мячик из листьев и кокоса и будем с тобой в футбол гонять. - Ага, а ещё сначала колыбельку, коляску и ещё много всякой хрени, - Миллс сверху вниз смотрела на Эмму. - Можно и без коляски, я тебя на руках буду носить постоянно, - Свон смотрела и разговаривала исключительно с Ланой, - а колыбельку папочка сделает, тебе в ней понравится, обязательно. - Я так понимаю, мамочка у вас будет только для переработки еды в молоко?! - Нет, мамочка ещё будет снимать напряжение с папочки, - говорила ласково блондинка, - когда наша Ланита будет сладенько спать в колыбелечке. - Знаешь, Ланка, я надеялась, что у нашего папочки хватит мозгов этого не говорить, но... я ошиблась, - Миллс погладила животик и вышла из домика. Она не обиделась, но сделала вид. Эмма так и сидела на корточках и надула губки, не понимая, чего она такого плохого сказала. - Ну, Реджи, солнце, - через две секунды блондинка пошла за Миллс, - ну ты чего? - Я чего? Да я ничего, - Миллс уселась на подстилку из листьев, - я просто оказывается нужна только для отличного секса. - Ну, малыш, - Свон улыбнулась и подсела к Реджине, - мы же с Ланой просто шутили. Не обижайся. - Да вы с Ланой каждый день против меня сговариваетесь. Она уже какую неделю подряд затихает, когда ты хочешь секса, а ты несешься, сломя голову, поговорить с ней, когда я хочу поспать, а её надирает играть в футбол, - Миллс насупилась. Эмма засмеялась. - Она знает, кто в доме хозяин, - подтрунивала блондинка. - Ага, знает, потому что это она! - Не, я, - широко улыбалась Свон и крепко обняла Миллс, прижимая к себе, - а ты у нас солнце. Самое наше любимое. Самое-самое дорогое. Мы же любим тебя, не обижайся. - С одной массаж всего тела, а с другой дать мне поспать днём, - Реджина улыбнулась. - Массаж я тебе гарантирую, - Эмма чмокнула брюнетку в щеку и отстранилась, - ну, давай, корми меня завтраком. А то на охоту скоро пора. - Твою мать, Свон, ты заколебала со своей свиньёй, - Реджина сразу начала возмущаться, так как Эмма пропадала по несколько часов на охоте. - Она где-то здесь. Я уверена, - завела свою шарманку Свон, начиная есть приготовленный Реджиной завтрак, - и вообще, если мы её видели, то она явно не одна, а их здесь целая стая или стадо, не знаю, как их называют. Короче, они долго не смогут от меня прятаться. Кто-нибудь да покажется. - Я скорее рожу, чем ты её поймаешь, - Миллс тоже начала кушать, - ты бы лучше занялась новым домиком или укреплением этого. - Я хочу построить в две комнаты, - Эмма тут же загорелась новой идеей, - а что? Одна для нас, другая для малышки. Приберём весь этот бардак, уберём всё лишнее и вполне можем увеличить жилплощадь. Но сначала я поймаю свинью... - Нет! Оставь её в покое, - Реджина захныкала, - ты уже полтора месяца за ней носишься и так и не нашла её, а за полтора месяца и Нью-Йорк обойти можно. - Но ты же её тоже видела. Она существует, она где-то здесь, и я её найду! - уверенно и резко произнесла блондинка. - Всё, делай, что хочешь со своей свиньёй. Малыш, лучше бы папочка наша мозги включила, но нет. - Я всё успею, - жуя, начала говорить Эмма, - и домик сделать и свинью поймать, и массажик, и расслабление, я могу всё и сразу. - Смотри, а про это она не забыла. Интересно, что она выберет? Обнаженную мамочку или свинью? - Реджина смотрела и гладила животик. - Это нечестно, - сразу встрепенулась блондинка. - А что так? - Ну... ну... Ты у меня самая лучшая, - начала мило Свон, - ты же не будешь мне ставить условия. Ведь так?! - Конечно же, нет, просто, когда ты уйдешь, я разденусь и буду отдыхать, - на лице Реджины сияла улыбка. - А может, ты разденешься до моего ухода? - хитро протянула Эмма, - я кому-то ещё массажик обещала. Всего тела. - Но кто-то собрался за свиньёй, - Реджина начала пить кокос. - Сначала массаж, расслабление, а только потом за свиньёй, - уверенно произнесла Свон и последовала примеру Миллс. - Посмотрим, я что-то уже не хочу, - Реджина задумалась, мучая этим Эмму. - Ты не хочешь массаж? - вскинула брови блондинка, - не верю! Ты всегда его хочешь и часто. Так что не заливай. - Ты его хочешь чаще меня, ты же знаешь, какая у меня выдержка?! - Реджина прищурилась. Ей так нравилось дразнить Эмму, что это было её любимым занятием. - Знаю, но рядом со мной эта выдержка улетает в тартарары, - Свон прищурилась в ответ и, отложив кокос, села вплотную к Миллс, - ты меня хочешь, и я это знаю, чувствую, ощущаю. - Да?! Ой, как интересно! Расскажешь на досуге, когда месяц без секса посидишь? - Это с чего это? - возмутилась громко Свон и зацепила Реджину в свои объятия, - ни за что! Я и так два месяца сидела без секса, пока ты, наконец, не соизволила мне признаться, что тоже меня хочешь. - Я призналась не в том, что хочу, а в том, что ты мне нравишься. Свон, не выпендривайся. - Да ладно тебе. Я не выпендриваюсь, я просто тебя люблю, дурёха, - Эмма слегка потрясла Реджину. - Что? - Миллс повернулась к Эмме, - ты, правда, меня любишь? - Конечно, - преспокойно ответила Свон, - кого мне ещё любить на этом маленьком островке. Не, я, конечно, люблю ещё эту гадскую свинью, которую не могу никак поймать. Но ты другое, ты совсем не свинья. - Ты ужасно делаешь комплименты, а тем более признаешься в любви, - Реджина навалилась на Свон и страстно поцеловала. - Как могу, - заулыбалась блондинка, всего лишь на секунду отрываясь от любимых губ, но потом вновь возобновила поцелуй. Она, правда, любила, сильно, безвозвратно. Ещё ни разу в жизни Свон не чувствовала такого, и сейчас была уверена, что это неизвестное ей ощущение покоя, счастья ни что иное как любовь. - Может, ты уже сделаешь мне массаж? - Нет, - опуская губы на шею, уверенно отрезала Свон, - сначала я хочу сладкого. И не смей мне перечить. - Ни за что! Как бы Реджина не издевалась над Эммой, она обожала секс с ней. Он всегда был разнообразным, и это несмотря на каждодневно увеличивающийся животик, которому Эмма уделяла особое внимание. И вот сейчас это внимание было уделено досконально. Нежные поцелуи, легкое проглаживание и вот уже шаловливые пальчики порхают во влажном лоне. Эмма была на седьмом небе от счастья, когда ласкала, целовала, любила Реджину. Она каждый раз не могла от неё оторваться. Каждый раз открывая для неё и для себя, что удовольствие может с новой силой накрыть их, обложить и не давать вздохнуть и капли воздуха. Брюнетка плотно прижималась к Эмме, ей всегда хотелось чувствовать её полностью. Каждую эмоцию, каждый вздох, каждую мурашку на её теле. Ей безумно нравилось приходить к пику одновременно, и вначале у них это дивно получалось, но сейчас, с увеличением животика, Миллс не могла сразу помочь Эмме, но всё же пыталась всё делать также. И Эмма ей благодарна за это её желание, за старание, за возможность блондинке сделать приятное. Свон улетала, когда пальчики Реджины проникали в неё, устраивая бешеный танец, доводя до пика несколькими глубокими проникновениями. Свон до безумия нравился секс с Реджиной, он уносил её в другой мир. Не просто мир удовольствия и безудержного оргазма, но и в мир любви, желания, ласки. Именно тот, которого всегда не хватало Эмме в её распутной жизни. Трудно дыша, Реджина лежала рядом с Эммой. То, что происходило между ними, её восхищало, ведь ни разу она не была неудовлетворенной. Эмма всегда доводила её до пика. - Ты, как всегда, хороша в десерте. - Я люблю этот десерт, и ты его любишь, а это значит, что... А к черту! Это означает только то, что ты шикарна в сексе, - Эмма тоже дышала глубоко и часто, делая ответный комплимент Миллс. Миллс усмехнулась. Она сейчас думала о том счастье, что обрела на этом острове. Этот остров подарил ей ребёнка, дал понять истинные чувства. Она совершенно не хотела его покидать, боясь, что всё рухнет, а точнее, внешний мир с его проблемами всё разрушит. И только сейчас, опять за долгое время, она подумала, что череда событий привела её к счастью. - Иди за своей свиньей и поймай, пожалуйста, куропатку или павлиниху, но не чайку. - Я тоже не хочу чайку, - скорчилась Эмма, - у неё слишком противный привкус. А вообще, мы сегодня просто обязаны ужинать свининой. - Наивная ты, любовь моя, - Реджина поцеловала Эмму в щеку и аккуратно встала, - иди на свою охоту, а я в лагере приберусь. - Лучше бы ты в меня верила, - буркнула Эмма и, встав, стала одеваться. - Я верю в тебя, но в свинью я верю больше. Я видела вас в бою, прости, но она в выигрыше, - Миллс засмеялась. - Я на неё практически голыми руками пошла, конечно, она была в выигрыше! - воскликнула Свон и подняла топор и копьё, - а сейчас я с оружием. - Всё, иди, а то, наверное, тебя свинья заждалась, - Реджина подошла к Эмме и поцеловала, - только, пожалуйста, осторожнее. - Это свинья должна быть осторожней, - грозно произнесла Свон и, подмигнув, побежала вглубь острова в полной надежде на поимку бекона. Миллс уже прибралась в лагере. Сходила за водой к ручейку и решила прогуляться по берегу совсем недолго, так как солнце поднималось в зенит. Она думала обо всём. Она в очередной раз благодарила судьбу за то, что та так поступила с ней, с ними. Малышка, которая уже была в ней больше половины срока, росла и развивалась; Эмма, которая просто обожает это чудо в животике и уже любит её - всё это придавало нереальных сил. Когда Миллс проходила по берегу, то вдалеке увидела яхту и уже хотела начать кричать, звать на помощь, но неведомая сила остановила её. Она испугалась. Испугалась того, что, вернувшись на большую землю, всё рухнет. Она не могла потерять Свон и сдала назад, прячась за деревьями. Она смотрела вслед уплывающей яхте, как спасательному кругу их с Эммой отношений. Здесь они вместе и, может, она и идиотка, рискующая своей жизнью, а главное, жизнью малышки, чтобы остаться там, где никто не поможет. Когда яхта скрылась за другой частью острова, женщина тихо вернулась в лагерь и там, обняв толстовку Эммы, разрыдалась. В этот момент она взяла альбомные листы, на которых изредка рисовала Эмма, и начала рисовать. Она восхитительно рисовала, но не делала этого много лет и вот сейчас вновь взяла в руки карандаш. На рисунке были изображены как в зеркале: она с уже большим животиком и обнимающая их Эмма. Они стояли лицами к океану и смотрели вдаль, как ей казалось, она смогла отразить на своём и на лице Эммы счастье. И ещё на обратной стороне она написала письмо. «Любимая моя, прости меня. Если у тебя письмо, значит, меня больше нет с тобой рядом. Я уже молю Бога, чтобы Лана была жива, и с ней всё было хорошо (если это всё же мальчик, назови его, как мы и хотели - Робин). Малышка, я пропустила яхту, чтобы быть с вами и не жалею об этом. Я всегда буду с вами, даже если и умру. Помни, ты обещала выбраться и спасти малышку. Первый и единственный человек, к которому ты обратишься, будет Оливия Ревейра. Она поможет тебе, только скажи, что я очень любила её, и она всегда будет в моём сердце (скажи ей, чтобы она поверила, что это моя дочь: «Год без секса - это аморально»). Лана должна остаться с тобой, а Оли должна быть её крестной матерью. Все деньги, моё имущество должно достаться вам. Мои родители и так небедные люди и меня простят, тем более я всё же подарю им внучку. Реджина Миллс, 103 дня на острове. Срок беременности 23 недели». Эмма, уйдя на охоту, вернулась только через несколько часов. Она находилась в середине острова и не могла заметить проплывающую мимо яхту. Она охотилась. У неё в руках уже была убитая куропатка, но блондинка продолжала упорно искать свинью. Она была точно уверена, что должна её найти, поймать и принести Реджине. Доказать себе и ей, что умеет справляться с трудностями, и что ради неё и Ланы сделает всё возможное. - Я вернулась, - крикнула блондинка, с унылым лицом возвращаясь в лагерь. - Что, хрюндель тебя облапошил?! - Реджина вытерла слезы и, быстро убрав письмо, вышла из домика. - Я принесла птицу, - ответила Свон и, бросив копьё и топор в лагере, пошла к скалам общипывать куропатку. Она всегда возвращалась с охоты без свиньи и с плохим настроением. - Ну хватит тебе, - Реджина пошла за Эммой, - я рада, что ты поймала птицу. - Да я уже чемпион мира по охоте на куропаток, - буркнула Свон. - Если ты сейчас продолжишь мне портить настроение, я уйду на дальний берег, поняла?! - Реджине надоели бурчания Эммы. - Всё, всё, молчу! - подняла руки Эмма, показывая, что больше не будет, но в то же время шла дальше по берегу. - Так, понятно, - Миллс пошла обратно в домик, чтобы взять что-то типа подстилки, которую ей смастерила Свон для того, чтобы она отдыхала на песке. - Принесешь мне кокос, пожалуйста, - попросила блондинка, видя, что Реджина пошла к домику. Реджина взяла кокос и коврик и вышла из домика, - держи. А вечером с тебя массаж. - Ты не обиделась? - уточнила блондинка, смотря на девушку. - Нет, просто в этом нет смысла, - Реджина улыбнулась, - кстати, я хочу качели, сделаешь? - Качели?! - усмехнулась блондинка и отпила из уже отколотого кокоса сок, - ты же знаешь, что для тебя я сделаю всё... - Да?! - Миллс решила покапризничать, - мне нужен зонтик и новый коврик, а ещё коврик для йоги. - Хорошо, что ты меня всё же не заставляешь звезду тебе с неба достать, - засмеялась Свон. - Лана родится, заставлю. Ей понадобится игрушка, - Реджина подмигнула. - Для Ланы я слетаю в космос, - тоже подмигнула Эмма, - завтра будет день лагерных дел. Никакой охоты. - Да ты что, правда?! Вот свиньи расстроятся! Как это, они спектакль «Свон на охоте» не посмотрят, - иронизировала Реджина. - Я кому-то сейчас... - сощурилась блондинка и готова была уже напасть на добычу под названием «наглая брюнетка». - Ой! - Миллс невиновато улыбнулась и пошла очень быстро в сторону домика. - Догоню! - Свон бросила птицу на песок и очень быстро побежала за Миллс. Она догнала её в два шага и тут же заключила в объятия, а через секунду подняла на руки и закружила. - Ааа, - Реджина завопила, а потом засмеялась, - охотница ты моя. - Я лучшая охотница на этом острове, - сказала, широко улыбаясь, Свон и подкинула Реджину немного в воздухе. - Свон, ты у меня уже на Геракла похожа, как ты нас так поднимаешь? Я даже на острове умудрилась поправиться, - Миллс обнимала Эмму. - Ты не поправилась, ты готовишься стать матерью, - Эмма и в Нью-Йорке была сильна, а на острове за эти месяцы и правда хорошо подкачалась, что с легкостью удерживала Реджину на руках. - А вдруг у меня будут растяжки? - Реджина каждый день осматривала живот на наличие их. - И что? - не понимала Эмма и понесла Реджину обратно на пляж, где она хотела поваляться на песочке. - Как это, ну и что?! А моя фигура? Тебя вообще не интересует, что у меня будет обвисшая грудь, не плоский животик. - У тебя будет Лана и счастливый любящий вас папочка, - говорила Эмма, - и мне всё равно, что будет с твоей фигурой. Нет, я, конечно, люблю твой плоский животик и подтянутую грудь, но... а хотя, стоп. Не будет моего любимого плоского животика... будет обвисшая грудь... э... - скривилась блондинка. - Свон! Сволочь! Я тебя сейчас поколочу, - кричала Миллс, - а ещё ... - Реджина приблизилась к уху Эммы, - я удалю все волосы со своего тела, кроме головы, надену свой самый элегантный костюм и свалю на работу, а тебя, моя дорогая, оставлю с малышкой. Здорово я придумала?! - Конечно, здорово! – воскликнула, поддаваясь на игру, Эмма, - я обожаю Лану и буду с ней играть, кормить её, развлекать, любоваться ею, когда она спит. - Ты идеальна! Я тебе отдам одну комнату под мастерскую, ещё одну переделаем в детскую, ну и нужно будет переделать спальню, - Реджина говорила то, что хотела и чего боялась. - Ты хочешь, чтобы я соорудила уже три комнаты? - засмеялась блондинка и опустила Реджину на песок. - Тогда, подожди, нам нужна ещё кладовая и гостиная. Но гостиная тогда пусть будет просто под навесом, - Миллс улыбалась и была счастлива. - Это тогда будет не гостиная, а веранда, - Свон тоже улыбалась. - Покатай нас, - Реджина игриво посмотрела на Эмму, - у нас такое вот настроение. - Покатать?! - Свон усмехнулась и повернулась спиной к Реджине, - тогда с тебя массаж. - Не, ты передом, как тогда, - Миллс развернула Эмму к себе. - Залезай давай, - Свон чуть присела, чтобы Реджина смогла на неё забраться и обхватить своими ногами её талию. - Пошли к рифам, - Реджина показала рукой в сторону и удобнее устроилась, - ты что-то стала какой-то неудобной. - Это ещё почему? - возмутилась блондинка и пошла туда, куда пожелала Миллс, - ты и так ездишь на мне, в прямом смысле, так ещё и возмущаешься?! Паразитка! - Мне раньше было удобнее. И вообще, я привыкла ездить на шикарном авто, - Реджина смотрела по сторонам. - А чем я тебе не шикарное авто?! - продолжала удивляться наглости Миллс Эмма, - хочешь, с ветерком прокачу?! - Свон побежала по берегу. Миллс залилась смехом, но решила остановить Эмму, - остановись, не тряси меня. Не хочу родить раньше времени. - Скажи, что я самое лучшее шикарное авто на всём этом острове! - требовала блондинка, вместе с бегом подбрасывая Реджину. - Да! Да! Да! - завопила Реджина, - ты самое лучшее и дорогое мне авто. Эмма засмеялась и остановилась, но закружилась вокруг себя. - Вот так мне нравится больше. - Ты моя Свонади. Новая марка авто с отличным бампером, быстрым двигателем и отличным салоном. - Во-во! Мне нравится, - Эмма остановилась и посмотрела на Реджину, тяжело дыша после бега, - ты отлично описала единственный транспорт на этом острове. Тот, который принадлежит тебе. Как же тебе с ним повезло, паразиточка. - Знаешь, тебе и с пассажирами повезло, - Реджина гладила Эмму по волосам. - Очень, - Эмма прижала крепко к себе брюнетку. А Реджина, вися на Эмме, поцеловала её. Нежно, с любовью, с чувством того, что в этих руках она в полной безопасности. Они так проходили в объятиях друг друга, в катаниях по бережку, в плавании в океане достаточно много времени. Солнце уже садилось, а Эмма так и не приготовила птицу и ужин, девушки вновь увлеклись друг другом и не могли оторваться, целуя, обнимая, расслабляя. Они валялись на песочке полностью счастливые и удовлетворенные.