Хождение по мукам

— Как же тяжело осознавать, что в этом огромном мире ты никому не нужен… Да Саске? — сидел за столиком Наруто с бутылкой виски. — Хм, ты чего? Это просто ссора Наруто, ты и сам знаешь, что это всё глупости. — был непреклонен брюнет. — Как ты не поймешь? Я подарил ей сердце, а она… она — продолжал влюбленный парень. — Пфф, Наруто, раздражаешь уже. — Учиха не верил в такую ерунду. — Вот так всегда! Ты единственный друг, — сделал паузу, считая на пальцах и продолжил. — ну и еще там несколько друзей, ну и еще там парочка, — прям с горла пил Узумаки. — Да понял я, понял. У тебя много друзей, дальше что? — выпивая говорил Саске. — Нееет! Ты не понял… вот есть ты, есть я, есть Хинаточка… — ушел в другую степь. — Вот теперь я реально не понял, причем тут я между вами? — он не улавливал связи. — Да ты-то, как раз не причем, дебил! Это я во всем виноват… — стал явно преувеличивать тот. — В том, что она стояла с другим парнем? — все еще не понимал его друг. — Ну ты тупой, ааа! В том, что не подошел к ним… — продолжал ныть блондин. — Так, теперь ты на парня, стоявшего с ней, запал? — ничего по прежнему не понимал он. — Ууфф! Саске, ты оказывается еще такой тупооой… Лучше бы что-нибудь адвокатное сказал, чем ерунду всякую! — алкоголь брал верх над трезвым сознанием Наруто. — Хм, я еще и тупой, — закатил глаза Саске. — «адвокатное», кто из нас еще тупой, блин? Лучше иди и покажи ей, кто ее мужчина! — под градусом и не такое посоветуешь, подумал брюнет. — Да, точно, я не допущу этого! Докажу ей, что я намбер ван, что я бест оф зэ бест! — стал бодрствовать друг. — Ооо, наконец, мужик заговорил, а не сопливая баба. Чем помочь? — будто зарядился энергией тот. — Займи денег, ааа… А то я на мели, — сделал лицо как у котенка и сложил ладони Узумаки. — Нахрена предложил..? — пожалел парень, но все равно достал портмоне. — Саске, ты настоящий друг! — чмокнул его в щеку блондин. — Ооо! Кому-то явно пора завязывать с алкоголем… — брюнет стал выхватывать бутылку из рук друга. — А давай споем, а, Саске?! — не успел он ответить, как тот побежал к диджею, который уже собрал основное оборудование и хотел было покинуть рабочее место, так как глубокая ночь на дворе и Бар давно закрыт, но Наруто уговорил его подключить им микрофоны и поставить караоке.       Как вдруг заиграла мелодия и из зала послышался огорченный возглас Саске. — Ооо, нееет!!! — парень сделал вид, что специально ударился головой об стол, хотя он с треском опустил голову на стол, что аж посуда, стоявшая на столе, зазвенела. — Ооо, дааа, детка! — зазывал его блондин. Но тот все не шел. — Саске, ты мне друг или нет?! Давай идем сюда, споем! — не унимался Наруто. Брюнет отпил большой глоток, будто набираясь храбрости и направился к другу. Молодые люди запели или завыли.

***

Хоть в мире много есть, удивительных мест Это лучше всех, ты здесь. Я иду пешком, забывая куда Мне приятно, что ты та… Где мне… угадать причину явлений? Следую тенью, улицей влюбленной в тебя… Тут и там… оживление и суета… В этом мире что-то не так… В нем какой-то волшебный уют. Тут и там, расставляя мечты по местам… Мир меняет твоя красота… Я его больше не узнаю. Глазеют парочки… через стекла кафе… Им чудно сейчас, как мне. Среди бела дня… о любви своей петь… Кто кому, а я… тебе… В небе… поселились звезды и птицы… Что же мне делать… если это из-за тебя?

***

— Я придумал, Саске! — выкрикнул он, отключив музыку. — Хоп, Наруто, не ори в микрофон! — съежился от громкого звука брюнет. — Я к ветеринару! — довольно объявил блондин. — А что… терапевт больше тебе не помогает? — отставил микрофон в сторону и отпил еще виски. — Да пошел ты! Я для Хинаты… — стал отходить от микрофона он. — А теперь я вообще ничего не понимаю. Я так понял, что остальную часть твоего плана, я должен додумать сам, да? — сарказм лил за края. — Хината любит животных, так? — брюнет махнул в знак согласия с другом, хотя понятия об этом не имел, — Так вот, я куплю ей животное, какую-нибудь игуану красивую, и она поймет, что я лучший и будет со мной. Ну как тебе план? — Она поймет, что ты полный дебил, и засунет тебе эту игуану в… — не договорил Саске. — Нет! Моя Хинаточка не такая! — стал возмущаться Наруто. — Да ладно-ладно, не засунет, — все равно ухмыляясь сказал тот, который пел с ним только что. — Саске, ты мне друг? — блондин вновь сделал лицо как у котенка. — Что опяяять?! — вновь закатил глаза. — Можно я у тебя останусь? Ты мне так давно не разрешаешь остаться у тебя, — ныл ему Узумаки. — Нет, нельзя! — запротестовал Учиха, зная, что там его ждет розоволосая особа. — Да почемууу?! Ну я же хороший! Ты же меня любишь… — все также ныл друг. — Все, отвали, я пошел домой, а ты оставайся здесь, если хочешь, — взяв с собой куртку, покинул помещение брюнет. — Ну и вали! — зевая и укладываясь на диване говорил Наруто, — Все равно я не сильно-то и хотел идти куда-то… — засыпая бормотал он.       Саске вошел в комнату, где как и всегда ждала его гостья. Он приблизился к кровати, еле устояв на ногах, посмотрел, как она мирно дышит, понял, что лучше отнести сейчас, ведь потом брюнет уснет и вряд ли встанет.. Учиха младший взял её на руки, стало так тепло и так приятно, а если бы девушка не спала, было бы гораздо приятнее. — Повезло тебе, что я не некрофил, а то убил бы тебя, трахнул и выбросил… Ииа! — видимо пьяный организм показывал свое, — Фууу, Саааске, что за мысли посещают твою пьяную голову?! Ииа… Саске, ты мерзкий, — стал дразнить сам себя на ходу, пока относил её в номер.       Положив девушку на кровать, он решил немного посидеть с ней, а то в последние дни не часто любовался её сном, и все из-за этой чертовой работы вне отеля. Да и столько всего навалилось разом, что времени совсем не оставалось.       На утро Сакура проснулась, потянулась, но глаза открывать так не хотелось, как вдруг она услышала чье-то сопение и странное почвакивание. Она резко открыла глаза. — Аааааа!!! — стала кричать розоволосая. — Что? Что, что такое?! — соскочил незваный гость, — Ааа, как же бошка болит, — схватился за голову тот, — Не ори, а. — Что ты здесь делаешь? — не понимая ничего, ждала ответа хозяйка апартаментов. — Что я здесь делаю? Да это ты кажд… — Саске понял, что наговорит лишнего сейчас и тут же замолчал. Все еще держась за голову, стал осматриваться: повсюду стояли какие-то флакончики, зеркальце на прикроватной тумбе, бигуди. Это явно были не его принадлежности. — Что ты хотел сказать? — розововолосая не понимала ничего. — Ну ты же приходила ко мне каждый раз, когда путала, вот видимо и я перепутал наши номера, — заиграл бровями брюнет. — Что?! Что еще за путанья такие?! Ты здесь столько живешь! — все не унималась она. — Да не ори ты. Башка болит. Ну перепутал, вчера немного перебрал. Когда ты ко мне приходила, я же так не орал… — обратно плюхнулся на подушку темноволосый гость. — Еще бы ты орал. Давай уматывай отсюда, а то нас неправильно поймут, — стала спихивать его с кровати девушка. — А может, я не хочу уходить. — пытался держаться за последний сантиметр кровати он. — Давай-давай, ааа, — уже нахмурилась Харуно. — Да всё-всё! Перестань пихать меня уже, — парень встал и направился к выходу, не понимая как вчера мог уснуть. — Аривидерчи! — крикнула она напоследок, но брюнет даже не оглянулся в её сторону.       Выходя, Саске сто раз осмотрелся, чтобы никого не встретить. Как будто когда он высовывал голову из-за двери, то его черную лохматую шевелюру никто не заметил бы. Чувство, будто он какой-то сраный жиголо, раз приходится так скрываться. Но всё же никого не обнаружив, молодой человек быстро перебежал весь коридор, и уже достигнув своего ложа, упал замертво.       Ближе к вечеру Учиха проснулся словно после мощной драки: всё тело ломило, как будто его переехал поезд — вот что значит не спать нормально. Спустя какое-то время парень уже успел уладить дела на стороне и поднялся к Сакуре в кабинет, чтобы обсудить кое-какие мелочи по поводу приглашенных на мероприятие. В этот раз оно намечено на субботу. Они обсудили важных гостей, распределили часы шоу, обдумали постановки, обговорили дополнительно нанятый персонал. Брюнет много курил, Харуно казалось, что её новый, так сказать друг, переживает из-за «несостыковки» в бюджете, как вдруг у него зазвонил телефон. «Да! Говори!», дальше что-то говорили громко по ту сторону аппарата, «Что значит нашел их?», опять послышался чей-то голос и музыка на фоне, «Ну я понял…», тут же закатил глаза брюнет, «Пуститься во все тяжкие!», вновь какой-то голос что-то кричал в трубку, там явно была музыка, «Ну тогда мне светленькую, и найди мне бурбон, хочу бурбон… и скоро буду!». Саске закончил разговор, а до неё потихоньку доходило, что "светленькую" это он вряд ли про мебель. — Ладно, я пойду, мы же на сегодня всё? — осведомился темноволосый парень. — Дааа, да, конечно. Иди к своей светленькой… — тут Сакура понимает, что сказала лишнего. — А что, ты хочешь, чтобы я остался с тобой? — слегка приподнял уголок губ. — Нет-нет! Ты меня неправильно понял! Наоборот я только рада, что ты развеешься, — стала оправдываться розоволосая. — Ах, так ты за меня переживала, что ли? — все не унимался тот. — Да не в этом дело! Короче, просто иди и всё, — мило улыбнулась ему Сакура. — Ну ты же не зовешь меня, когда идешь гулять со своим Сасори, — наигранно приподнял уголки губ парень. — Ааа… что?! — она была шокирована его высказыванием, — Еще бы я тебя звала. Ой всё, иди уже. — Хорошо. И скажи, чтоб тебя проводили, — словно отдав свой последний приказ на сегодня, проговорил Учиха младший. — Я уже сама разбираюсь! Это ты смотри не заблудись! — намекнула ему на сегодняшний инцидент. — Хм… — выходя за дверь ухмыльнулся парень.       Саске вернулся только под утро, и к своему удовольствию он как и всегда обнаружил розоволосую девушку, спящую у него. Сегодня он был не настолько пьян, но был уставшим еще с утра, хотя чего скрывать, и пьяным тоже был, поэтому приняв решение, дабы вновь не уснуть у нее, как вчера, отнести её сейчас и быстро вернуться к себе, наконец выспаться и не просыпаться от крика девушки, потом скрываться и бежать к себе, как какая-то шваль.       На утро Саске разбудил рёв будильника. — Чертов будильник! Кто поставил, мать вашу, будильник ко мне в комнату?! — кричал брюнет, не открывая глаз, пытаясь нащупать это чудовище, что потревожило его сон, — Заткнись уже! Орешь, как эта ведьма, когда я заснул у нее, или когда опаздываю. — Ведьма, значит?! — явно послышался женский голос совсем близко, и явно недовольный.       Саске не решался открывать глаза, но этот звон его в конец достал, он резко приподнялся, не вставая с кровати, и для начала открыл всего один глаз. Яркий свет пронзил его будто иглой, после чего парень поспешил закрыть глаз, но приоткрыл другой, чтобы постепенно дать привыкнуть обоим. Когда наконец экс-менеджер открыл глаза, перед ним стояла девушка в розовом пеньюаре, со вздымающимися ноздрями, как бык на родео. Выглядела розововолосая прелестно, если не брать во внимание пар, исходящий из носа и ушей. Учиха заметил, что Харуно переоделась, так как вчера, а точнее сегодня под утро, когда тот переносил её, она была в смешной пижаме со слониками. Видимо, Сакура старалась произвести впечатление на него, и сказать по правде, у нее получилось, ведь он оценил ее старания. Она стояла в дверном проеме, скрестив руки на груди, с распущенными волосами почти до середины спины, в розовом шелковом пеньюаре и кружевном халатике, это всё подчеркивало ее хрупкую фигурку, открывая вид на стройные ножки. Брюнет, по правде говоря, залюбовался. — И кто там ведьма, которая орет на тебя, когда ты опаздываешь? — прервала она его лицезрение. — Эмм… Что я здесь делаю? — продолжал наслаждаться видом Саске, хмурясь и щурясь, но при этом не отрывал взгляда. — Я хотела задать тот же вопрос, — недоумевала та, хотя ей нравилось, что парень на неё так смотрит, будто она единственная в мире, на кого можно смотреть и любоваться. — Наверное, перепутал дверь, — даже не пытаясь скрыть ухмылки, воспользовался её вечными отмазками. — Ты считаешь, что это прокатит в очередной раз? — возмущалась девушка, хоть и было приятно, потому что комната наполнилась его ароматом, правда с примесью перегара, но все же больше ощущался запах Учиха Саске. — У тебя же частенько проканывало, не так ли? — гость номера встал и направился к ней. Сакура попятилась назад, а тот шёл прямо на нее. Она отходила, он наступал, шаг за шагом приближаясь всё ближе. И когда уже Харуно спиной уперлась во входную дверь, поняла, что бежать некуда, она вжалась в нее, а он приблизился настолько, что опалял своим дыханием её шею. — Саске… Что ты делаешь? — шепотом еле выговорила Сакура. — А что, непонятно? — темноволосый парень вдыхал приятный запах исходивший от её волос, при этом держа руки в карманах. Он, слегка нагнувшись, носом провел по ее шее вверх, до самого уха, все также громко дыша в неё, от чего девушка испустила то ли стон, то ли вздох, когда по всему её телу пробежали табуном мурашки. Саске слегка прикусил мочку уха, чуть-чуть оттянув ее и, причмокнув отпустил. — Пытаюсь пройти, а ты преградила мне путь, — будто ничего сейчас не произошло, произнес брюнет, отодвинув её немного в сторону, ведь та, стояла как столб, даже не дыша.       И только, когда он покинул комнату розововолосая вдохнула воздуха, в котором всё еще витал его запах, настоящий мужской запах, тот, который она чувствовала, когда нюхала его рубашку. Хоть и стыдно вспоминать тот момент, но аромат был волшебным. Для неё он был самым приятным, ни от кого прежде она не чувствовала этакого благоухания, что исходил от этого молодого человека. Сакура подумала, что не зря всё-таки переоделась и подрумянила щечки: всё выглядело естественно. Ей нравилось, как он смотрел на неё, как нагло осматривал каждый сантиметр её тела, как после всего он вдыхал её запах, как коснулся своим дыханием кожи девушки, как умело овладел мочкой уха девушки. Она быстро побежала принимать душ, ведь не хотела ходить весь день в таком возбужденном состоянии.       Саске, придя к себе, мысленно отругал себя за то, что вновь уснул у нее. А также за то, что сейчас готов был сорвать с неё этот чертов пеньюар и насладиться в полной мере телом розововолосой девушки. Он отругал себя за желание, за страсть к ней. Ведь та была еще не тронута, не испорчена, не развращена.       Позавтракав внизу, одновременно со всем персоналом, администрация отеля в роли финансиста и менеджера занялись делами, которые остались до того, как завтра начнется маскарад.       Сакура издали наблюдала за брюнетом, как тот разговаривал с Саем о приходе некоторых важных гостей. Она заметила, что Саске одет сегодня менее официально, чем обычно: на нем брюки от костюма и рубашка с закатанными рукавами, расстегнутая вверху у шеи, массивные часы на левой руке, правая рука в кармане, впрочем, как и всегда. Харуно часто наблюдала за ним, не замечая, как на это смотрит их персонал, девушка таяла, когда смотрела, как темноволосый парень разговаривает, как открывает свои губы, как жестикулирует, как напрягается его лоб, когда он нервничает, как хмурит брови, но больше всего ей нравилось, как тот ухмылялся — это было его коронным номером. Только Учиха младший мог слушать людей ,показывая на лице самодовольную ухмылку, даже не задумываясь, как это выглядит со стороны, хотя, может ему совершенно неважно это. Он никогда не старался скрыть её или сдержать, но формы её проявления были различными: циничная, загадочная, презрительная, снисходительная, высокомерная, ироничная, и даже иногда ласковая. Сакура часто мечтала, как Саске подойдет к ней, обнимет её нежно или грубо, не имея понятия, как он умеет, желала его поцелуя, что тот научит её отдаваться страсти, покажет, что такое пылать от любви, наслаждаться друг другом и еще много чему. Она оторвалась от своих наблюдений или даже мечтаний, когда к ней подошел флорист, чтобы обговорить композиции собранные для празднования маскарада.       Размышляя, Саске понимал, что девушка с розовыми волосами и, наверное, голубыми мечтами не поймет его переживаний, думал, что даже если откроется ей, та примет его за идиота, сочтет неправильным тот момент, где он забыл упомянуть о её лунатизме. Вряд ли после того, как узнает, она продолжит общение с ним. Да ,возможно, это было эгоистично с его стороны, но чувство, что кто-то ждет тебя в твоей «темноте» — непередаваемо и неописуемо.       Сейчас он наблюдал за ней со стороны, она нервничала из-за флориста. Если бы молодой человек поделился с ней своими переживаниями, открыл душу и показал чувства, то эта особа решила бы, что брюнет в неё влюблён. Хотя это совершенно не так, он не влюблён, и это не отрицание очевидного, это принятие реальности, ведь Учиха сам понимал и знал наверняка, что не испытывает к ней или к кому-либо той самой любви. Просто она завораживала его, привлекала, её улыбка озаряла его темноту. Создавалось впечатление, что Сакура знала о своём лунатизме, поэтому смотрела на него как-то по-другому, нежели на остальных, но скорее всего это было его фантазией.       Харуно порой подолгу засматривается на темноволосого парня, что помогает ей с делами. Люди могут придумать себе невесть что, вряд ли кто-то поймет что именно девушка испытывает к Саске, ведь много девушек испытывают наверное такие же чувства к нему. Но у каждой оно особенное и поэтому отличается от чужого. Он завораживал её взор, это не было простым увлечением или мимолетным душевным порывом, скорее нечеловеческой страстью, желанием почувствовать на себе его вкус, взгляд, понять его, знать о его предпочтениях, ощущать себя с ним и принадлежать только ему. Это тяжело объяснить, тем более она не смогла бы, так как еще никогда не любила.       Наблюдая за ней брюнет вспоминал, как изучает каждый изгиб её тела, пока она спит с ним рядом, как она морщит нос во сне, как улыбается, всем видом показывая искренность. А когда они спорили с ней, это всегда заканчивалось надутыми щечками девушки, и даже если тот делал вид, что ему все равно, она не сдавалась. Наверное, Сакура считала, что он не способен на чувства, и была права. Он знал сам, что это не любовь.