Хождение по мукам

      Темнота…       Я сплю?       Вряд ли… руки связаны... да и ноги тоже.       Может быть…       Опять был обморок?       Как же хочется спать…       Вновь темнота… Я опять спала?       Что случилось? Погодите… Помню, что была на маскараде, как весело мы все встретились, как услышала множество комплиментов. Помню, что с Саске простояла минут пять, рекорд. Помню похвалу от Итачи-сана. Все так смутно… После увидела, как у барной стойки стоял Саске и был увлечен рыжеволосой особой, ему явно было весело, словно кроме нее его больше так никто не интересовал. Помню, как они уходили. Потом обида, слезы. и я на этаже, пытаюсь отпереть дверь… и дальше… пустота.       Сакура, подняв голову вверх, старалась помотать головой из стороны в сторону… поняв, что на лице повязка, она бросила старания увидеть свет.       О Боже, как же хочется пить.       Ну что… доигралась?       А ведь он говорил быть осторожней, оглядываться, не быть беспечной…       Он как всегда оказался прав…       Черт! Почему мысли вечно сходятся к нему? Почему думаю о нем… несмотря ни на что? Он ведь изменил... хотя кто я ему? Черт! Черт! Черт! Вот вечно так… сама себе напридумываю… сама накручу все, … а потом думаю, что так и должно быть… Не мое стало моим… Мечты сбываются только во снах… Симпатия там же перерастает во что-то более фееричное. Любовь?.. Хм… Опять накрутила… Вновь придумала, что нравлюсь ему… что он ко мне что-то испытывает, представила, что оказывает знаки внимания…       Хотя, если так подумать… мы такие разные… Нас ничего не связывает, между нами ничего нет. Всё это такие глупости. Отношения не для него и все это знают. О чем я только думала? На что надеялась? Разве могла я… рассчитывать на то, что он… будет моим? Ну или хотя бы обратит должное внимание?.. Наверняка единственное, на что я могла рассчитывать, так это отношение, как обычному сотруднику отелю.       А когда он смотрит на тебя или улыбается, его взгляд такой строгий и пронзающий все твое нутро, он словно провокационный, захватывает своим интеллектом, будто манящий. Я так хотела остановить время и сохранить в памяти этот кадр, который потом можно будет разглядывать. Ведь он способен приковать к себе внимание многих, в том числе и мое. А его жесты, движения, манеры… Все это он делает с такой эстетической изысканностью, что невозможно не любоваться… А эти шептания на ушко в виде заигрывания, и все лишь для того, чтоб отвлечь от работы.       Помню, как читала о чувствах в книгах, решала тесты, как глупая девчонка, а ведь в них говорилось иное.       В этих чертовых книжонках писали: «В начале отношений обязательно должна быть искра». Чушь! У нас скорее была неприязнь, которая просто стечением обстоятельств переросла в приятельские отношения… приятель… Хм! (я даже стала хмыкать, как он? Да это уже смешно!). У нас не было ни искры, ни страсти, ни огня, которые обычно пророчат новоиспеченным парам. Книжки, журналы — все это такая ерунда. Рядом с ним первое, что я ощутила — это гнев, нежели бабочки в животе или агония страсти. Да, его внешность — это первое, что я заметила, но все же она холодная, хоть и притягивает, и не допускает близости… Итак, гнев — это мое настоящее первое чувство к нему… «Потом интересы»… Нет, ничего подобного! У нас была одна цель. Мы оба хотели занять должность, которую, как мы думали, заслуживаем. Так мы просто стали соперниками. И явно, что интересы у нас совершенно разные. По-отдельности, но во благо отеля, мы достигли большого успеха. Не знаю, было ли это общими интересами, как пророчат множество раз упомянутые мной книги, но я думаю, что мы оба должны были поднять отель на уровень выше.       И далее, были наши вечные ссоры. Да, со временем мы научились слушать друг друга и понимать. Может, кто-то скажет: "Милые бранятся, только тешатся", а я скажу, что вряд ли у нас было именно это. Скорее, как и все, мы со временем просто научились понимать друг друга, и то лишь только благодаря работе. Взаимопонимание пришло вместе с взаимовыручкой, но только после пройденных моментов гнева, обиды, слез, разочарований. Мы научились больше слушать, а после и прислушиваться друг к другу.       У нас, у обоих нет рядом тех родных, которые бы остановили перед шагом в пропасть, поддержали, когда это было нужно, проявили любовь. Это тяжело. Мы оба знали ту всепоглощающую любовь, которую нам дарили наши родители. И мы на себе прочувствовали всю боль, что последовала после потери. Вряд ли те, кто не испытывал потерю родных, когда-то поймет нас. Да, возможно, представят эту боль, но никогда полностью не почувствуют.       А ведь у него есть брат, хоть он и делает вид, что ненавидит его, что презирает все его поступки, что не уважает и даже ни во что не ставит. На самом-то деле,он следит за каждым его шагом и жестом, хочет быть похожим на него, старается угодить, ждет похвалы, пытается поступить так, как поступил бы его старший брат. Действуя вопреки, но конечная цель — это всегда угодить старшему брату, хоть он это скрывает, но я научилась видеть скрытый смысл его действий. Мотив его образа жизни — это быть как старший брат.       Да и его лучший друг, который разорвется, лишь бы с ним все было в порядке, который поддержит его в любую минуту, примчится на край города, лишь бы быть рядом, когда он нужен, хотя, возможно, и не нужен, но он будет там с ним, да и на любом пути направит его в правильное русло.       Но и у меня есть друг, ну или, точнее, был друг, который, оказывается, был в меня влюблен, а я по наивности верила в дружбу между парнем и девушкой. Глупая… Я не могла ему рассказать о чувствах к Саске, я не могла поделиться эмоциями, которые испытывала, не могла говорить о Саске. Боясь причинить боль человеку, который некогда был дорог мне, как никто другой. Черт, как же все-таки жаль, что наша последняя встреча окончилась именно так… Стоп. Открывается дверь. Притворюсь спящей.       Кто-то подошел.       Какой знакомый запах, явно мужской, да и шаги тяжелые. Это определенно мужчина.       И правда доигралась. Возможно, меня украли, и это был кто-то из тех маньяков, что присылали письма в отель.       Этот кто-то аккуратно приподнял мою голову, приложив свою ладонь к моей щеке. И все же этот запах не дает мне покоя. Он снимает повязку, наверняка думая, что я еще сплю, видимо рассчитывает на то, что я очнусь, когда его тут не будет. Нет, сейчас я устрою ему сюрприз, хотя может лучше и не видеть его лица: так по правилам, описанным в книжке, маньяк может со временем отпустить жертву. Какие к черту книги? тТт, кто их писал, явно не был в плену.       Он остановился, но почему? Заподозрил, что я не сплю? Ах, черт, он что-то вколол мне. И только теперь он решает развязать мне повязку. Слегка кружится голова. Черт! Он опоил меня, я чувствую, как спокойствие растекается по моим жилам, это был какой-то «эликсир спокойствия»? Просто так хорошо и спокойно. Умно с его стороны. И все же его запах не дает мне покоя… или уже дает?       Я открываю глаза, резкий свет не дает что-либо разглядеть.       Тишина.       Вновь пытаюсь увидеть, и на этот раз мне удается. Я смутно вижу силуэт перед собой. Я не ошиблась, это мужчина. Стал четче прорезаться образ. — Очнулась?       Какой знакомый голос, и ведь не пытается скрыть. Открываю глаза, чтобы уже точно увидеть своего пленителя. — Моя Сакура… — Что?! Не может этого быть. — сознание наверняка затуманено и выдает наиболее близкий образ. Нет я отчетливо вижу его перед собой. — Моя… Сакура… только моя… — каким-то неадекватным тоном говорит он. Сомнений быть не может. Это он… Сознание начинает выдавать его образ, такой нежный и приятный образ, который я, видимо, запечатлела в памяти, когда мы в последний раз гуляли в парке. (пройдите по ссылке внизу) — Сасори… Это и правда ты?!       О Боже... единственный друг, человек которому я доверяла самое сокровенное, так поступил…       Вновь просыпаюсь на холодном полу, так надеясь, что это был всего лишь плохой сон. Нет, руки и ноги все еще связаны, но глаза свободны. Открываю их и вижу тёмную комнату, наделённую одинокой свисающей на проводе лампочкой в середине потолка, но её света слишком мало, чтобы осветить всю коморку, поэтому здесь царит жуткий полумрак, а вокруг… то на свету, то во тьме... О, Боже… Это нагоняет страшный ужас на мое сознание. Куклы с розовыми париками и разукрашенными зелеными глазами, в костюмах точь в точь как те, которые я надевала на фотосессии, висят повсюду. Этого не может быть… Но почему?!       Пытаюсь освободиться, но лишь натерла ссадины на запястьях. Всё это напоминает какой-то фильм. Какой-то страшный и глупый фильм, во время просмотра которого задаёшься вопросом: "Под чем был режиссёр?". Кажется, будто все это нереально, но нет, всё это происходит здесь, сейчас и со мной. Он меня переодел, вот черт. Я в каких-то черных шортах, на мне черный спортивный топ и легкая бордовая безрукавка. Что это за вещи? И почему я именно в них? — О, я вижу, ты очнулась. Моя Сакура… — опять странным тоном говорит Сасори, тот, который оберегал меня, тот, который всегда заставлял меня улыбаться, остерегал от различных неприятностей. Не произношу ни слова. Не хочу говорить с ним. — Ты мне так и не ответила… Ты будешь моей… Сакура? — отворачиваю голову, чтобы не смотреть на него. Как же это мерзко. — Посмотри на меня! Посмотри! Иначе я заставлю тебя! — кричит и рывком поворачивает меня за подбородок, сжимая его до боли, тем самым заставляя смотреть на него. — Ты будешь моей? Хотя стой, ты теперь и так моя… Моя Сакурааа… — он произносит все это как прирожденный маньяк. — Сасори… скажи… прошу, скажи, что это игра, и сейчас ты отпустишь меня… — слезы вырываются наружу, и я истерически кричу. — Моя наивная Сакура… Ты даже не представляешь, насколько все реально, и теперь ты навсегда будешь моя Сакура. — я смотрю на него, будто отрешенная. Что значит навсегда? — Что значит навсегда?! — не сдерживаю себя. — Твой драгоценный Учиха ни за что не догадается, что ты пропала или уж тем более, что тебя украли, ведь я очень постарался… — улыбается, словно теперь он владеет миром. — Да, и к твоему сведению, здесь ты можешь кричать, сколько душе угодно, тебя никогда не найдут и не услышат…       Так значит, он все подготовил заранее, спланировал все это. Но как узнал о том, что я пойду в номер именно в тот момент? Возможно, сейчас я не могу мыслить рационально, и мой мозг подгоняет возможные варианты. — Как ты узнал, когда я пойду в номер? — наверное слишком смело спрашивать похитителя о таком. — Я и не знал, просто подфортило. Я шел к тебе, чтобы подождать тебя в номере. Я давно знал, что тебя перевели в другой номер… — в другой… верно, ведь Сасори провожал меня до номера Учихи. — И тут ты, вся такая расстроенная. Лучше и быть не могло. Твой ненаглядный небось как всегда тебя отверг или еще что… А ведь тогда в больнице я подумал, что у нас и правда есть шанс на будущее, нам было так хорошо, как и раньше… — Сасори, я не верю, что ты мог так измениться! Это не ты… Зачем ты так?! Ты ведь хороший, мы ведь друзья… — Друзья?! — ему явно не понравилась моя последняя фраза, я увидела, как в его глазах зажглось пламя ярости. — Мы не друзья, мы любим друг друга! Ты моя, и все на этом! Моя Сакура. И никто не помешает нам обрести свое счастье. — он захлопнул крышку люка, послышались шаги. Я поняла, что я в подвале… И шанса выбраться у меня нет. И надеяться не на кого, ведь единственный близкий мне человек и пленил меня здесь…