5х01

Снова появившись перед Ганнибалом через несколько дней, Кларисса вела себя уже более уверенно. И Лектер почувствовал это. Он выжидающе смотрел на девушку. - Мне кажется, вы найдете это дело интересным, - сказала агент, вкладывая папку в ящик, встроенный в стеклянную стенку камеры. Ганнибал медленно приблизился и взял файл. Он не собирался помогать в расследовании, но что-то в тоне Клариссы подкупало. Так же не спеша вернувшись к стулу, Лектер сел и открыл папку. Сверху на заключениях из морга лежало фото. Не с места преступления, это не было запечатлением улик с номерными знаками или подробностями вскрытия тела. Фотография была сделана на улице города, около Старбакса. Взгляд Ганнибала впился в прямоугольный лист. Чуть повернутая влево голова, рука, держащая стаканчик с кофе прижата к телу, вторая — в кармане коричневых брюк. «Постригся», - подумал Лектер, проводя кончиками пальцев по изображению, будто проверяя его на подлинность. Фотография Уилла Грэма была валютой, которой пришла расплатиться Кларисса. Ганнибал поднял взгляд на девушку. Та с надеждой ждала его реакции. - Если каждое дело будет таким... интересным, считайте, что заполучили моё внимание, - проговорил Лектер, закрываясь папкой и одним быстрым движением пряча фотографию в рукав. Агент Старлинг ничего не заметила либо же сделала вид. Девушка кивнула, подтверждая, что поняла требования Ганнибала. Лектер доброжелательно улыбнулся, про себя отмечая, что теперь у них с Клариссой есть общая тайна. Которая делала девушку ближе к нему, ведь она сознательно нарушила правила. Пока Ганнибал рассматривал материалы по делу, агент Старлинг вспоминала вчерашний день. Устроившись в машине напротив дома инспектора по делам досрочников, Кларисса решила проверить заряжен ли фотоаппарат, ожидая еженедельного визита Уилла Грэма. После включения фотоаппарат автоматически высветил сетку из фотографий, которые хранились на карте памяти. Девушка прерывисто вздохнула, поспешно перелистывая файлы. Фотографии были годичной давности, тогда они с Мэттью поехали на пикник и долго дурачились, делая «селфи» на новую оптику. Немного размытые кадры, которые удалить она так и не смогла. Глаза предательски защипали и девушка поспешно выключила фотоаппарат. Откинувшись на спинку сидения, Кларисса решила отвлечься и вспомнить всё, что знала о Грэме. Они виделись всего дважды: в больнице, когда её обязали рассказать Уиллу об условиях его дальнейшей жизни и когда тот попытался добиться встречи в тюрьме. Конечно же его не пропустили к Ганнибалу, а сразу позвонили агенту Старлинг. Изучив дело бывшего профайлера, Кларисса подумала, что у того явно какой-то сложный случай Стокгольмского синдрома, отягощенный эмпатией и общим состоянием нестабильной психики. Таким человеком легко управлять, его можно заставить сделать что угодно, обернув манипуляцию в красивую обертку под названием «любовь». Но если поведение Уилла подвергалось объяснению в рамках этой теории, то почему Ганнибал продолжал тянутся к нему? Кларисса снова вздохнула. Это были запутанные и темные отношения, в которые не хотелось углубляться. То ли дело они с Мэттью. Все четко и ясно: сначала партнеры в полицейском отделении, затем любовники, а спустя год — под дружные аплодисменты коллег они уже танцевали свой первый танец как новоиспеченные супруги. Их любовь, простая и понятная, крепла со временем и даже повышение Клариссы и перевод в ФБР не отбросили тень на молодую семью. Просто теперь они разъезжались по утрам в разные стороны, всё так же спасая человеческие жизни. Всё так же с упоением обсуждая работу за ужином, они были просто счастливы. Пока однажды Мэттью не вернулся к ужину. Вместо него на пороге оказались двое коллег и Кларисса сразу поняла зачем те приехали. Ей точно так же доводилось стоять перед женами погибших и пряча глаза, говорить как ей жаль, что всё так обернулось. Просто так случилось. У наркомана оказался пистолет и никто не успел среагировать. Яснее некуда. Но с тех пор всё стало сложным. Вставать по утрам, ехать на службу и проникаться горем других людей. Поэтому сейчас она не хотела усложнять свою, и без того, непростую жизнь. Заметив как Грэм стоит на противоположной стороне дороги, ожидая зеленого света, Кларисса подняла фотоаппарат, подготовившись. В руках мужчина держал кофе из расположенной неподалеку кофейни и ничем не отличался от таких же сотен тысяч прохожих. Чуть помятая неброская одежда, потухший усталый взгляд, спрятанный за стеклами дешевых очков. Кларисса уже видела такой взгляд неоднократно. На встречах, куда её заставил ходить их штатный психолог сразу после смерти Мэттью. Глаза человека, у которого отняли что-то важное, а, может, и саму жизнь. И теперь остается только вдыхать и выдыхать по инерции. Есть и спать по часам. И ходить к инспектору отмечаться раз в неделю по вторникам. Кларисса помотала головой, будто отгоняя от себя нахлынувшее вдруг сочувствие. Сделав пару кадров, девушка завела мотор, поспешно возвращаясь на работу. Кадры крупного плана, где особо отчетливо были видны глаза Грэма она потом удалила. Описать мотивы преступника с точки зрения психоанализа оказалось несложно и, спустя пару минут после ухода агента Старлинг, Ганнибал уже и думать забыл об этом деле. Он лежал на твердой кровати в полумраке камеры, просунув пальцы правой руки в левый рукав и поглаживал фото там, где по его памяти находилось лицо Уилла. Закрыв глаза, Лектер почти ощущал запах кофе, исходящий от губ Грэма, когда тот делал глоток. Ему не нужно было смотреть на фото, Ганнибал сохранил отпечаток в своем сознании. Позу, поворот головы и короткие волосы мужчины на фотографии. Лектер представлял как тот сжимает пальцами теплый стаканчик, смакуя горячий напиток. Дотрагиваясь до фото, Ганнибал вспоминал как касался Уилла. И как тот реагировал на его каждое, даже едва ощутимое, прикосновение. Эмпат с готовностью принимал как его ласку, так и силу. Образ Уилла словно обновился, оживая в памяти Лектера, за что он был благодарен Клариссе. Ему необходимо было это фото. Оно стало глотком воздуха, пусть крохотной, но дозой, которая поможет ненадолго создать иллюзию отсутствия тоски. Держа фото между пальцами, Ганнибал мог представить себя на улице рядом с Грэмом. Вдохнуть прохладный осенний воздух и провести ладонью по немного непривычному от короткой стрижки затылку Уилла. Прижать его к себе, норовя разлить кофе и вызвать смущенную улыбку на губах мужчины. Не отпускать. Больше никогда не отпускать. Впервые за время пребывания в тюрьме Ганнибал спокойно уснул. И тогда не выпуская фото, старательно пряча своё сокровище в рукаве. Ганнибал проснулся от падения. Вернее, его резко столкнули с кровати, впечатав носом в холодный пол камеры. Стоило ему открыть глаза, удар повторился, а нос предательски выпустил тонкую струйку крови. Затем его быстро подняли и с криком «Руки за голову» поставили на колени. В затылок ткнулось стальное дуло. Заведя руки назад, Лектер поднял взгляд на тюремщика, стоящего перед ним. Второй расположился сзади, прижимая пистолет к голове мужчины. - Отдавай, - лениво растягивая слова, проговорил стоящий впереди. - Что? - Ганнибал сделал вид, что не понимает о чем речь, судорожно размышляя проговорилась ли Кларисса или в его клетке установлена камера. В затылке зажглась резкая боль от удара прикладом. - Давай сюда фото, - издевательски ухмыляясь, повторил охранник. Ганнибал тяжело задышал. Второй охранник быстро зашарил руками по его одежде. Услышал шелест, он выхватил фото из рукава Лектера и передал коллеге. Тот взял фотографию двумя руками и надорвал её. - Порвешь и я вырву твою трахею и успею полюбоваться как захлебнешься собственной кровью прежде чем напарник успеет нажать на курок, - быстро проговорил Ганнибал. Тюремщик замешкался и, скрывая страх за бравадой, хмыкнул: - Зверь на привязи не страшен. - Веревку можно и перегрызть, - угрожающе прошипел Лектер. - Я бы не стал злить зверя, пока тот жив. Охранник хотел было ударить заключенного, но только зло оскалился и, кивнув напарнику, вышел из камеры. «Ничего, - думал Ганнибал, вытирая кровь тыльной стороной ладони. - Я запомнил тебя, Уилл, а значит смогу нарисовать.» Лектер встал на ноги и, не обращая внимание на кровоточащий нос и раскалывающийся затылок, сел за стол. Он спешил перенести отпечаток Уилла из своей памяти на бумагу. Ганнибал чувствовал необъяснимую потребность видеть Грэма, хотя бы на фото или рисунках. В собственных мыслях тот не казался достаточно реальным. Самым страшным для Лектера было забыть выражение лица Уилла, когда тот улыбался или смотрел на него, чуть склонив голову на бок. Обычные люди, теряя близких или скучая по любимым всегда могли посмотреть на их фото. Ганнибалу была не доступна такая роскошь. Вечером двое охранников вернулись и молча вывели его из камеры. Всё было как обычно на еженедельной чистке. Только с прошлого раза ещё не прошло семь дней. Услышав шелест листков, Ганнибал всё понял. Он стоял лицом к стене со скованными за спиной руками и понимал, что когда вернется в камеру, его рисунков не будет на месте. Так охранник мстил за его слова. За то, что вызвал тень страха в глазах, унизил перед напарником. Лектер глубоко вздохнул и подумал о Клариссе. Наказали ли девушку за такую вольность? Позволят ли прийти снова? Ганнибал всё же надеялся, что рано или поздно он увидит агента Старлинг, сидящую напротив него. Пусть даже их и разделяет прочная стеклянная стена.