То, чего вы не знали о Кейси Джонсе

Когда Кейси падает, Раф ещё не успевает понять, что всё плохо. Но когда напарник не поднимается – понимает это очень отчётливо. Понимает прямо в полёте, одним быстрым прыжком с перекатом убирая напарника с линии огня. Он влетает в стену, безжалостно ободрав собственный панцирь о бетон, но Кейси не достаётся тот самый выстрел, который точно бы всё закончил. Вместо этого он опаляет Рафу плечо. Боль дикая, настолько, что в глазах темнеет и хочется кричать, а запах собственной горелой плоти забивает ноздри, но сейчас не время и не место жаловаться. Кренги наступают, а Кейси всё ещё болтается в руках, вялый, словно тряпичная кукла и совершенно не собирающийся приходить в себя. И вот это уже самое плохое. - Кейси? Кейси, эй? Раф не рискует его трясти, потому что не знает, что именно может быть повреждено. Кажется, прежде чем упасть напарник пропустил удар, а удар от кренговского робота, чёртовой железяки на шарнирах – может быть очень серьёзно. - Кейси, ну же! – Раф тратит драгоценные секунды, заглядывая в бледное лицо с потёком крови на виске. Он… он же дышит? Его братья что-то кричат, прикрывая их – кренгов слишком много и надолго их прикрытия явно не хватит. Нужно уходить. Но… Он же дышит, правда? Потому что, если нет… Раф очень медленно и осторожно укладывает Кейси на асфальт, так, чтобы выступ стены прикрывал его. А потом покрепче перехватывает саи. И его взгляд заволакивает тьма. Тьма с проблесками крови – по большей части его собственной, потому что роботы, которых он корёжит, не могут кровоточить. Но ему плевать. На обожжённое плечо, на множество других, новых ран, на вывихнутую руку и рассечённый в трёх местах панцирь. Ему абсолютно плевать на себя и вообще на всё. И останавливается он только тогда, когда братья, все скопом, повисают на нём, а откуда-то, словно бы издалека, слышится слабый голос Кейси: - Чувак, успокойся. Ты победил их… уже раза два, по-моему.