Вкус вереска

— Джон Смит, какая неожиданная встреча! Высокий мужчина с густой черной бородой скрестил руки на груди и довольно прищурился, наблюдая за реакцией прохожего. Джон тотчас обернулся, услышав знакомый голос, и улыбнулся. — И правда, приятная случайность, мистер Бейл, — ответил он и направился в сторону собеседника. Они обменялись рукопожатиями и добродушно поприветствовали друг друга. Лорд Бейл окинул Смита внимательным изучающим взглядом, коротко усмехнувшись. — А ты почти не изменился, — сказал он. — Но боюсь, что если и в дальнейшем буду видеть тебя раз в пять лет, то уже совсем скоро забуду, как ты выглядишь. — Но-но, — шутливо возразил Джон. — В последний раз я был в Лондоне всего пару лет назад, и мы встречались, дорогой Кристофер. Мужчина кивнул, широко улыбаясь. Смит же, сочтя ситуацию более, чем подходящей для беседы, непременно пригласил друга в дом, куда как раз-таки и направлялся. Лорд Бейл охотно принял его предложение, и вместе они отправились вниз по улице. — Надо сказать, я был крайне опечален, узнав, что вы решили уехать из города и даже не попрощались, — начал он с приятельским укором в голосе. — Впрочем, я сетую на свою наивность. Когда вы уезжаете, я всё же надеюсь, что вы вернётесь рано или поздно. — И вы правы, — усмехнулся Смит, пожав плечами. — Я возвращаюсь каждый раз. Пусть и спустя некоторое время. Лорд Бейл хмыкнул, услышав такой ответ. Впрочем, Джон всё же ощущал некую неловкость за то, что в прошлый раз уехал слишком поспешно. Но у него были причины покинуть Лондон второпях два года назад, и уж чем Смит не располагал, так это временем для прощаний. Однако, к его большому облегчению, лорд Бейл быстро сменил тему на политику в Европе, потому остаток пути до дома оказался менее напряжённым. Уже расположившись в креслах перед камином в кабинете Смита, Джон был готов отвечать на всевозможные вопросы друга. Потягивая старый виски, прихваченный из Хезера, он умиротворённо наблюдал за огнём, пока Кристофер с упоением рассказывал о том, как возобновил дела своей компании и всё же смог вернуть права хозяина себе. — А вы, друг мой, стало быть, совсем отошли от дел? — наконец спросил лорд Бейл. Джон отрицательно покачал головой и улыбнулся. — Нет, не совсем, — ответил он, выводя указательным пальцем на подлокотнике одному ему понятные узоры. — Скажем так, я переместил границы своей деятельности. — Это как же? Смит сделал большой глоток виски, выдерживая небольшую паузу. — После моего пребывания в Лондоне, я вернулся домой, — начал он и чуть нахмурился. — Однако в Хезере надолго не задержался — одному там просто до нелепости скучно, и я бы непременно сошёл с ума от всепоглощающего безделья. Потому, когда мне написала моя кузина Донна с приглашением приехать к ней в Глазго, я решил, что это станет неплохим развлечением. — О, Шотландия, — мечтательно выдохнул Кристофер. — Сколько лет мы знакомы с вами, Джон, ровно столько я не перестаю удивляться вашему тяготению на родину. Подобное замечание в былые времена вызвало бы у Смита лишь улыбку. Но теперь, когда дело было отнюдь не в ностальгии по родным краям, это привело мужчину в некое замешательство. — Пожалуй, вы правы, — он не стал возражать, не желая раскрывать своих истинных мотивов. — Я бывал в Глазго ещё с самого детства и знаю город не хуже любого горожанина. Впрочем, последний раз я там был лишь в год смерти Мэлоди. По лицу собеседника Джон уловил, что тот уже собрался выразить свои соболезнования, потому лишь махнул рукой. — Не стоит, — поджал губы мужчина. — Это случилось уже так давно, так что жалеть меня нынче уже просто глупо. Такое случается. Перед смертью у нас нет привилегий и преимуществ. Она одинаково щедра ко всем. Усмешка, сама по себе возникшая на его губах, могла показаться ужасающей. В словах Джона не была ни толики цинизма — нет, всё, что он говорил, было самой настоящей правдой. Со временем Смит уже привык говорить об этом с равнодушием, ибо невозможно было всякий раз терзаться его душе, снова и снова возвращаясь мыслями в тот далёкий ужасный день. — Но меж тем, я отвлёкся, — мужчина задумчиво провёл пальцем по подбородку и снова оживился от своих мыслей. — Донна приняла меня столь радушно, что я посмел воспользоваться её гостеприимством дольше, чем того надлежало. И мне понравилось, Кристофер. Уже спустя пару недель я сообщил кузине, что желал бы остаться в Глазго, и она помогла мне с поиском дома и новых знакомств. Там я и принялся заниматься тем, что умею, — юридические консультации нужны везде. Мне не было необходимости распаляться на множество дел сразу, но от скуки я охотно принимал одно предложение за другим. По правде сказать, Джон никогда не нуждался в каком-либо занятии — он был достаточно богат для того, чтобы провести всю жизнь в балах и кутежах. Однако ещё с молодости он уяснил, что добиться уважения в обществе, кое-всегда было желанно для него более всего, можно лишь выделившись чем-то. Ещё будучи юношей Смит проявлял интерес к всевозможным наукам, в особенности гуманитарным: история, право и литература увлекали его всю жизнь. Потому не было ничего неожиданного в том, что однажды он заявил отцу, что желает знать больше и собирается в Эдинбургский университет. Там молодой человек с жадностью впитывал знания, стараясь изо всех сил — его стремления неоднократно отмечались и поощрялись, потому, окончив учёбу, Джон не боялся, что его когда-либо упрекнут в непросвещённости. — Однако один мой знакомый открыл для меня медицину, — Смит откинулся в кресле и посмотрел в окно. — И это оказалось увлекательным занятием. Я принялся с усердием изучать химию и анатомию, что, скажу вам, друг мой, не такие уж простые науки. Но чем больше я узнавал, тем сильнее желал узнать ещё. В конце концов врачевание в наше время на пороге своего развития, и мне интересно принимать участие в этом. Лорд Бейл посмотрел на него с довольным прищуром, узнавая прежние черты в старом друге. — Стало быть, вы теперь доктор, — констатировал он и улыбнулся. Джон отрицательно покачал головой. — Нет-нет, совсем нет, — ответил мужчина с толикой разочарования, — увы, моих умений недостаточно, чтобы возлагать на себя столь серьёзные полномочия. Это звание слишком уж высокое для такого дилетанта, как я. Столь пренебрежительный и самокритичный отзыв немного рассмешил его собеседника. — Полноте, Джон, любите вы принижать свои достоинства, — хмыкнул он. — Вашим знаниям можно лишь позавидовать — столь образованного и разумного человека в наши дни не так уж просто найти. Вы просто скромник. — Отнюдь. Я просто объективен к самому себе, — с печальной усмешкой произнёс Смит. — Да и какой смысл быть доктором, когда не можешь излечить самого дорогого человека? Губы лорда Бейла сложились в беззвучном «о», но не более того, ибо из деликатности он не посмел завести тему, которая показалась ему не столь тактичной в отношении хозяина дома. Сам же Джон лишь усмехнулся про себя этому. К лучшему было то, что его друг аккуратничал и старался не поднимать острые, по его мнению, темы, как например, воспоминания о смерти миссис Смит. Это даже в каком-то смысле показалось ему забавным: столь изящно вывернутая фраза, скрывшая гораздо более, чем можно было бы увидеть даже при близком рассмотрении, повернула вектор беседы в другую стороны, но повела в ложном направлении. Кристофер, разумеется, подумал о Мэлоди, безвременно ушедшую и в прошлом любимую Джоном более всего на свете. Но сам Смит говорил отнюдь не об этом. Какие страдания своей любовью и глупостью причинил он той, чьё сердце так легко и доверчиво воспылало ответным чувством. Джон терзался мыслями о своих губительных ошибках, что совершил, поддавшись минутной слабости. Нет, он никогда не жалел о том, что любил Клару Освальд. Возможно, именно это и стало последним просветом в его жизни, чувством, которое питало его даже в разлуке и изгнании. Смит прекрасно понимал и ненавидел свою трусость, свой эгоизм, в конце концов оказавшись у подножия крутых скал с расколотым черепом. Солёная вода смыла с песка багровую кровь, но не стёрла самих ран. Потому Клара теперь, пусть и ведёт совсем иной уклад жизни, делит свою постель с другим мужчиной, вероятно, даже воспитывает его детей, но при этом в её душе навсегда останется эта обида и горечь, что причинил ей тот, кого она любила всем сердцем. Джон ещё раз шумно вздохнул и прикрыл глаза. Никогда и нигде более не сможет найти он прощения.

⚜⚜⚜

Балы в доме лорда Бейла всегда давались знатные: вся лондонская знать собиралась здесь, как в месте особом, почётном и весьма популярном. Леди Кэтрин Бейл приглашала столько известных людей, будто бы водила дружбу с самой королевской семьёй и втайне от них выписывала имена самых богатых и известных людей во всём королевстве. Будучи дочерью офицера, славного полковника Алистера Летбридж-Стюарта, Кэйт, как уже ласково привык называть её муж, отличалась железной хваткой и вместе с тем миловидным лицом что в молодости, что сейчас, ни сколь не потерявшая своего обаяния. Потому даже самых официальный приём с её лёгкой руки превращался в нечто изысканное и утончённое, пусть пропитанное плесенью сплетен, без которых уже, кажется, и нельзя было помыслить привычные дни. Сегодняшний вечер не стал исключением. Кареты съезжались одна за другой, а хозяева только и успевали, что встречать гостей. — Уж не ожидали, что вы всё-таки приедете, мистер Смит, — благодушно поприветствовала его леди Бейл. — Рада видеть вас после столь длительных ваших путешествий. Джон слегка улыбнулся и поцеловал руку хозяйке дома, про себя отмечая, что та ничуть не изменилась со времён их последней встречи. — Скажу по совести, в последние годы старательно избегаю шумные торжества, — учтиво ответил он. — Но разве мог я позволить себе отклонить столь любезное приглашение от дорогих друзей? Право, неужто ваше мнение обо мне изменилось за это время? Кэтрин коротко усмехнулась и, взяв обещания со Смита непременно услышать рассказ о его европейских каникулах, вернулась к другим гостям. Джон же остался беседовать с лордом Бейлом и его старшей дочерью Джейн, которая за эти семь лет успела подарить отцу двух очаровательных внучек. — Вы только представьте, Джон, пятеро девочек, — воскликнул тот. — Пятеро внучек! И ни одного внука целых семь лет. И только в прошлом году моя милая Мэри справилась с этой задачей. А затем и Маргарет. Стоило ожидать так долго! — Но, отец, вы никогда не отличались предвзятостью к какому-либо из внуков, — с улыбкой заметила Джейн. — Насколько мне позволяет судить минувшее лето, вы в равной степени уделяли внимания всем семерым. — Конечно-конечно, милая, — поспешно подтвердил лорд Бейл. — Я бы даже сказал, восьмерых, учитывая сынишку мистера МакДональда. — Мистера Макдональда? — оживился вдруг Джон. — Уиллфред и миссис Макдональд обзавелись уже детьми? Тут же про себя он припомнил, что Роза уже была в положении ещё тем летом, однако вслух не объявил о своих воспоминаниях, предпочтя услышать подробности от болтливого друга, который всегда охотно делился любыми новостями. — Вы многое пропустили, мистер Смит, — усмехнулась подошедшая вдруг Мэри. — У Уилла и Розы уже двое детей: старшему Сэмюэлю уже восьмой год, а младшему Бенджамину почти четыре. — Кстати, я наслышана о том, что вы знакомы с четой МакДональдов, — подхватила Джейн. — Наши поместья в Шотландии находятся в сравнительной близости друг от друга, — кивнул Смит. — Мистер Макдональд рассказывал о том, как они гостили у вас с молодой женой, несколько лет назад, — улыбка Мэри сделалась чуть шире, будто бы она знала некие подробности. — Кажется, у вас тогда бывали Освальды тоже. Не так ли? Сердце Джона пропустило глухой удар. Маловероятным было то, что Уилл или Роза рассказали в подробностях о случившихся событий, ибо никто из них не собирался бы компрометировать ни Смита, ни тем более Клару, потому опасаться было в общем-то нечего. Но всё же при одном только упоминании мисс Освальд ему становилось не по себе так, словно она вот-вот появится из-за поворота. — Совершенно верно, — согласился Джон и нервно сглотнул. — Прошло уже семь лет, и всё это время я не встречал ни Уилла с его прелестной супругой, ни мистера Освальда. — А что на счёт мисс Освальд? — тут же встретила его вопросом девушка. — Кстати, она предпочла вернуть свою девичью фамилию снова. Весьма неожиданное решение. Смит вскинул брови в изумлении, выражая не дюжую заинтересованность. Былая осторожность испарилась за считанные мгновения, и вот он уже готов был в подробностях расспрашивать о Кларе. — Вы, вероятно не знаете, Джон, — более спокойно пояснил сам лорд Бейл, — мисс Освальд пару лет назад вышла замуж за молодого офицера Дэниела Пинка. — Я знаю, — торопливо ответил тот, едва скрывая своё волнение. — Бедная Клара, никому не пожелаешь такой судьбы, — масла в огонь подлило замечание Джейн. Джон уже не знал, что и подумать. Мысль о том, что с Кларой случилось несчастье, выворачивало наизнанку его нутро, волновало разум так, словно в следующее мгновение он готовился услышать о самом страшном. — Что… что случилось с мисс Освальд? — запнувшись в разговоре впервые за многие годы, спросил он. — Здорова ли она? — Слава Богу, с ней самой всё в порядке, — ответила Джейн и глубоко вздохнула. — Но ей пришлось пережить страшную трагедию. В марте этого года мистер Пинк вместе со своим полком сопровождал нашу делегацию в Вест-Индию, но по дороге на судне распространилась эпидемия оспы, погубившая всю экспедицию. Даже его тела не привезли обратно. История была ужасающей уже сама по себе, но Смиту было вдвойне жутко слышать это в связи с именем Клары. О нет, совсем не такой судьбы желал он своей возлюбленной, совершенно не это воображал в своих мыслях о её будущем. Клара, его Клара, за что все эти несчастья выпали на её долю? — Ох, если бы это было самым ужасным, Джейн, — сказала Мэри, покачав головой. — Мисс Освальд в то время находилась в положении. Известие о смерти мужа стало для неё столь сильным ударом, что от излишних переживаний у неё случился выкидыш. — Клара потеряла ребёнка? — с трудом переспросил Джон. — Но… Боже, это ужасно. Он едва удержался на ногах, услышав столь скорбную новость. Такого просто не могло случиться с ней, думал Смит, всё ещё не веря собственным ушам. Нет, совершенно невозможно, чтобы его Клара стала жертвой кощунственных насмешек судьбы, череду которым открыл он сам. — Она держится молодцом, Джон, — лорд Бейл, заметив замешательство собеседника, успокаивающе похлопал его по плечу. — Сегодня кстати тоже обещалась приехать. Мистер Освальд нынче редко бывает на приёмах — дурная погода сказывается на его ревматизме, потому он лишает себя многих радостей жизни. Но дочь он, кажется, чуть ли не насильно заставляет отвлечься от такого горя всеми возможными способами. — Она здесь? — всполошился вдруг Смит и тут же начал оглядываться по сторонам. — Боги, Кристофер, мне необходимо поговорить с нею! Лорд Бейл непонимающе посмотрел на друга и тоже обернулся. — Кажется, я видела её на балконе, — словно невзначай бросила Мэри и спрятала улыбку в уголках губ. Без дальнейших объяснений Джон бросился в сторону балкона, забыв о том, что в зале как минимум несколько человек обратили внимание на его столь резкое поведение. Но ему было не до того. Найти Клару — вот и всё, что волновало Джона Смита. Непременно найти. Как посмеялась над ним судьба, снова приведя в Лондон!

⚜⚜⚜

Оказавшись уже не так далеко от своей цели, Джон вдруг услышал в толпе своё имя и обернулся. К нему торопливым шагом направлялся Уиллфред, то ли улыбаясь, то ли выражая лёгкое пренебрежение. — У тебя уже входит в привычку исчезать лет на семь-восемь, — коротко усмехнулся МакДональд, когда уголки его губ изобразили что-то наподобие улыбки. — Уилл, послушай, давай отложим нашу долгожданную беседу на некоторое время, — торопливо ответил Джон и кинул быстрый взгляд в сторону балкона. — Прошу, мне нужно найти её. — Кого? — нахмурился молодой человек. — Клару, конечно же. Пожалуйста, я не могу задержаться. Снова обернувшись к Уиллфреду, Смит увидел недовольство, вспыхнувшее в его тёмных глазах. — Тебе не стоит искать её, — непривычно сухо сказал Уилл. — Пока тебя не было… — Я знаю, — перебил его Джон. — Чёрт возьми, я всё это знаю, и ты представить себе не можешь, чего мне стоило выслушать всё это. Потому мне необходимо найти её, поговорить с нею. Уилл, я не могу потерять её. — А это что, удачный шанс? — хмыкнул тот и снова посерьёзнел. — Где ты был, Джон, когда она нуждалась в тебе? Где ты был, когда она ждала тебя? Почему именно сейчас, когда она скорбит о умершем муже и потерянном ребёнке, ты решил потревожить её душу? Роза была права в своих предубеждениях на твой счёт. В глазах Смита вдруг вспыхнуло дьявольское пламя. Слова друга ударили по больному, присыпав открытую кровоточащую рану жгучей солью. Не было более смысла утаивать что-то и недоговаривать. — Потому что я люблю её, Уилл, — отчеканил Джон с небывалой уверенностью. — Потому что любил её все эти годы и бежал от этих чувств ради её же блага. Потому что я был уверен, что в мужья она выберет более достойного человека, с которым будет счастлива. Мы расстались из-за нелепости, в которой нет ничьей вины, кроме моей собственной, но я не мог тогда исправить этого. Я хотел поехать за ней сразу же, но Мэлоди стало хуже, и мне пришлось остаться. А потом она умерла. Умерла почти на моих руках, Уилл, и я не мог тут же предать её память. Смит облизал пересохшие губы, прокусывая нижнюю из них почти до крови. — Куда бы я ни подался, она всегда оставалась в моей голове, — продолжил он. — Поддавшись сентиментальному порыву, я вернулся в Лондон и узнал, что она собралась замуж. Я был эгоистичен, ревность выгрызла моё нутро до костей, но мне не хватило сил переубедить Клару. Она решила выйти за Пинка, по любви или по настоянию — нет разницы, но меня она отвергла, как когда-то это сделал я по собственной глупости. И я жалею о том по сей день. Я оставил её в покое. Я сделал так, как она хотела. Помнишь, в то лето ты сказал мне, что будешь не моей стороне? Я не ожидал от тебя, что ты сдержишь своего обещания. Но вспомни ещё кое-что. Ты как-то спрашивал, что я готов сделать из любви к ней. Так вот он, твой ответ: из-за любви к Кларе я отказался от неё. Молодой МакДональд молча выслушал друга и чем больше говорил Джон, тем сильнее хмурилось его лицо. — Не посмею усомниться в твоей искренности, — наконец произнёс он. — Но вот, что я скажу тебе: в её несчастии, пусть и косвенно, но есть твоя вина. Роза даже попросила меня на некоторое время перебраться в Лондон — Кларе было невыносимо тяжело нести это бремя. Она ждала тебя, Джон. С самого первого дня. А выйдя замуж за Пинка, просто перестала уважать себя, коря за неверность твоей памяти. Представь себе, этот брак был чёртовой пороховой бочкой, ибо она никогда не любила Дэниела и сразу дала ему это понять. Она сравнивала его с тобой втайне, в чём однажды призналась Розе, и знаешь что? Твой образ несмотря ни на что остался столь идеален, что Пинк проигрывал тебе во всём, кроме возраста, пожалуй. — Мне жаль, — выдавил из себя Смит и снова взглянул на балкон. — Я не мог знать, что так случится. Потому теперь я отчаянно желаю хоть что-то исправить. Мне просто необходимо сказать ей обо всём, понимаешь? Пусть лучше поздно, но я не могу больше нести этот груз на душе и безумно хочу облегчить её участь. Нам нужно объясниться, иначе мы оба сойдём с ума. Завидев вдалеке знакомый силуэт, Джон чуть прищурился, дабы убедиться, что ему не померещилось. Это была действительно Клара, подошедшая к шумной компании молодых леди, обсуждавших происходящее вокруг чуть громче, чем того следовало бы. — Прошу тебя, Уилл, — предупреждая дальнейшие возражения, попросил Смит со всей искренностью. — Мне нужно это. Нам нужно это. МакДональд лишь кивнул и отступил на полшага назад, уступая мужчине дорогу.

⚜⚜⚜

Он появился как раз в тот момент, когда миссис Левитт спросила девушку о сегодняшних танцах, — Клара меньше всего ожидала увидеть его именно теперь. Подкравшись, будто полночь в дождливый день, он тут же привлёк внимание всех дам. — Мистер Смит, какая радость, — пролепетала миссис ОʼБрайен, оскалившись в приветливой улыбке. — Сколько лет слышу о вас, но так и не имела чести познакомиться. — В таком случае самое время этому свершиться, — галантно ответил Джон и коротко кивнул. — Очаровательная сегодня погода, неправда ли? Миссис ОʼБрайен уже готова была подтвердить это, не упуская удобной возможности сделать Смита объектом своих интересов хотя бы на ближайший вечер, как тот поспешил добавить, уже обратившись к Кларе. — Не желаете пройтись по саду, мисс Освальд? — предложил он с особенным выражением, понятным только им двоим. Девушка заметно смутилась и не сразу нашлась с ответом. По её лицу Джон прочитал, что сперва ей хотелось дать отказ. Намеренно или случайно он чуть подался вперёд и её плечо коснулось его груди, создавая ещё большую неловкость. — Не могу сказать, что очень уж с большой охотой, — ответила наконец она и гордо вздёрнула носик, — но извольте. Демонстративно отвергая протянутую ей руку, Клара направилась в сторону сада, будто бы не сомневаясь, что Смит следует за ней. Так оно и было — он не отходил от неё ни на шаг. Остановились они лишь тогда, когда довольно далеко отошли вглубь сада, чтобы никто не смог стать случайным свидетелем их разговора. И как ни странно именно мисс Освальд произнесла первое слово. — Что вам нужно? — спросила она гордо, но не скрывая усталого разочарования. — Прошло всего пару лет, а вы снова ищете встречи со мной. Как долго это будет продолжаться? — Надеюсь, что эта встреча обернётся успешнее прошлой, — ответил ей Смит и чуть улыбнулся, рассматривая её лицо. — Ибо я не намерен более покидать Лондон. Клара надменно вскинула брови. Но даже среди внешнюю холодность Джону не составило труда узнать женщину, которую нынче искал в каждом отражении. Облачённая в траурное платье, она осталась сама собой, просто обёртка теперь сменилась с пёстрой или нежной на тёмную. Но перед ним была всё та же Клара Освальд, прикрывающаяся маской безразличия. — Стало быть, вы вернулись, — хмыкнула она. — Похвально. Не прошло и десяти лет. — Всего лишь около семи лет, — мягко произнёс мужчина. — Если не считать моего визита два года назад. — Если не считать вашего визита два года назад, прошло ровно семь лет с нашей последней встречи, сегодня именно 21-е августа, — поправила Клара и тут же испугалась этого, когда её голос вздрогнул. Разумеется, Джон знал об этом и помнил. У него было дурное предчувствие относительно сегодняшнего визита, и он бы ни за что не пошёл никуда более в этот день, но лорд Бейл настоял на своём. Обычно 21-е августа проходило у Смита по консервативному сценарию — в компании крепкого виски или же хорошего вина мужчина уединялся со своими мыслями, вспоминая из года в год одно и то же. — Разве мог я об этом забыть? — спросил он с горькой иронией, но, предрешая длительную паузу, добавил, — - я вспоминал об этом столько раз, что моя память способна воспроизвести всё в деталях. — Так лелеете день избавления от меня? В её голосе отчётливо слышалась обида, пусть и припудренная умелым сарказмом. Она обернулась к нему спиной, но не отошла. — Нет, я лелею другие дни, — спокойно ответил Джон и чуть склонил голову на бок. — Когда был счастлив. Когда наблюдал за вами, улавливал ваши взгляды и жесты, касался вашей кожи… — Не стоит! — резко прервала его Клара, когда его ладонь замерла в нескольких сантиметрах от её плеча. — Не стоит предаваться меланхолии. Но Джон не желал слушать её предостережений. Он будто бы чувствовал, как она дрожит, слыша каждое его слово, будто бы всё повторялось вновь. Инстинктивно его тянуло к ней, как и её к нему, и напряжение скрыть было уже невозможно более, потому мужчина всё же осмелился коснуться её плеч. Смит подался чуть вперёд и жадно вдохнул аромат её волос, пользуясь моментом дрожи девушки. — Мне надобно объясниться с вами, — прошептал он ей на ухо. — Я схожу с ума от этих мыслей на протяжении вот уже восьми лет. Мне нет прощения, но я хотел бы хоть немного искупить свою вину перед вами. — А нужно ли оно вам? — её голос натянулся, словно струна, вот-вот готовая лопнуть. — Зачем вам моё прощение, мистер Смит? Вы и без него преспокойно проживёте. Джон склонил голову и прикрыл глаза, упрямо поджимая губы. Слова, как назло, слетали с его языка и попадали мимо цели. — Я знаю, что во всём этом лишь моя вина, — сказал он, но запнулся, рассматривая бледную кожу её шеи. — Если бы я знал, что всё случится именно так… если бы я знал. О, Клара, я проклинаю весь мир и себя в первую очередь за то, что вам выпала эта ужасная доля. Такой ответ заставил девушку вздрогнуть. Не мешкая более, она положила конец этим соблазнительным пыткам, на которые почти купилась, и резко обернулась к Смиту. — Вы здесь, чтобы принести мне соболезнования? — изумилась она, а в уголках её глаз блеснули первые слёзы. — После стольких лет вы вернулись, чтобы посочувствовать мне? Да что вы знаете! Пока вас не было в моей жизни происходило такое, что вы и вообразить себе не можете! — Клара, — попытался было остановить её Джон, но та была неумолима. — Знаете ли вы, что заставили меня испытать? — с горячей обидой говорила мисс Освальд, чеканя каждое слово. — Сколько боли перетерпела в одной только надежде на лучшее? Я ждала вас. Ждала вас пять чёртовых лет, каждый день, каждый час. Но вы не приезжали, от вас не было ни одного письма, ни одной весточки, ничего. Я хотела возненавидеть вас! О, было время, когда я была уверена, что ненавижу вас. По её щекам потекли хрустальные росинки солёных слёз, которые Джон хотел бы стереть собственными губами, ибо ничто на свете, а он сам и подавно, не стоило её слёз. — И вы умудрились приехать именно тогда! — от внезапного гнева она пнула его кулачками в грудь. — Я отвергала предложения всех молодых людей, ибо из-за вас никто из них не был мне мил, никому я не могла доверить своего сердца, потому что уже давно и безвозвратно оно было отдано только вам! Я согласилась выйти замуж за Денни только потому, что хотела отомстить вам. Я знала, что вы вернулись в Лондон, слышала от знакомой, потому и приняла это глупое предложение. И вот именно тогда вы и явились! Он попытался было приобнять её за локти, но Клара тут же пресекла эту попытку. — А вы посмели явиться ко мне! — девушка сорвалась почти на крик. — И знаете что? Я злилась на вас. Злилась так, что желала дать вам сотню пощёчин. Но уже на следующий день, даже утром, я со всех ног бежала к вам, чтобы сказать, что решила отказать ему. И застала лишь слуг, прибирающих после вашего скоропостижного отъезда. Клара упрямо поджала губы и угловатым движением стёрла слёзы со щёк тыльной стороной ладони. — Я провела в вашем кабинете два с половиной часа, — призналась она, потупив взгляд. — Рассматривала ваши вещи, плакала. Я нашла на полу томик Шекспира, вероятно упавший с полки. И медальон, который вы оставили в 116-м сонете. Тогда я испугалась, что всё кончено. Представьте себе, до тех пор не верила в это, а тогда… — Ко мне приходил ваш жених, — сказал Джон, ощутив вдруг острое чувство вины, сосавшее под ложечкой. — Он просил меня об одолжении, и я не отказал ему. Мне показалось, что мистер Пинк был надёжным человеком. На губах девушки вдруг возникла слабая улыбка. Клара посмотрела в сторону, будто бы пряча взгляд от мужчины. — Денни был хорошим человеком, — прошептала она и всхлипнула, успокаиваясь. — Жаль, что я не смогла полюбить его. И наш ребёнок. Мне страшно, что это случилось из-за того, что его рождение для меня не было столь желанным. Она замолчала вдруг, ощутив новый комок в горле. Джон прекрасно понимал, как тяжело ей было, ведь с того момента прошло не так уж много времени. Он предпринял ещё одну попытку обнять её за плечи, и в этот раз девушка не отказала. Она лишь прижалась к его груди, вздрагивая от рыданий. — Мне так жаль, — прошептал Смит, поглаживая её по спине. — Так жаль, что всё это случилось с вами. Я никогда не желал бы вам этого — отнюдь, всё это время я надеялся, что вы живёте в счастье. Я бежал от вас, бежал от чувств, разбуженных вами в моей потускневшей и оскудевшей душе, но они нагоняли меня, чуть только я останавливался на передышку. Я вернулся в Лондон в прошлый раз, чтобы убедиться в вашем благополучии — мистер Пинк заверил меня, что с вами всё будет в порядке. Но уехал я тогда не только с щемящей болью в душе, но и поглощающей ревностью, неотступно следующей за мной по пятам. Джон коснулся её макушки своими сухими губами и запечатлел ласковый поцелуй. — Я ни на минуту не забывал о вас, Клара, — он чуть отстранился, чтобы видеть её лицо. — Что бы вы ни думали обо мне теперь, я желал бы, чтобы вы знали: я любил вас. Искренне любил тогда, семь лет назад. Я любил вас все эти годы, проведённые в разлуке с вами. Ваш образ преследовал меня в каждой женщине, хоть немного похожей на вас. Я думал о вас каждый день. Но важнее прочего другое — ничего из этого не изменится больше никогда. Я люблю вас, Клара, столь же сильно, а может, даже и более того. И буду любить до последнего своего вздоха. Он осторожно захватил её левую руку в свою и поднёс к губам, чтобы поцеловать. Но его взгляд вдруг упал на кольцо, которое она носила вместо обручального. — Вы всё ещё носите его? — изумился Джон и впервые без смущения и совестливости заглянул ей в глаза. — После стольких лет? — Оно дорого мне, как память, — ответила Клара с грустной улыбкой. — Память — всё, что мне оставалось. И я берегла её, как могла. Смит на мгновение ощутил, как болезненно сжалось в груди сердце. Это было невозможно, и он сам не мог поверить в происходящее. Но в глазах Клары Освальд, где всё ещё блестели слёзы обиды, он вдруг увидел маленький огонёк. Свет, который прежде уже сиял там. И имя ему — любовь. — Клара, я заслужил миллион ваших пощёчин, — произнёс мужчина и сжал её ладонь в своей. — Я не достоин ни дюйма вашей кожи. Но Бог наградил меня даром и проклятием одновременно, и я не могу ничего с этим сделать. Если в вас осталась ещё хоть капелька приязни ко мне. Если те чувства… — Да о чём вы, Боже мой! — с её дрожащих губ сорвалось то, что она так старательно пыталась удержать в себе. — Я всё ещё люблю вас. Мужчина опешил было от такого признания. Он не ожидал, что такое может случиться с ним, когда уже всякая надежда была потеряна. — Тогда я осмелюсь просить вас об одном одолжении, — Джон по привычке провёл языком по нижней губе от волнения. — Клара Освальд, не откажите мне в чести, несмотря на всё моё ничтожество и вину перед вами, ибо ничего не желанно мне на свете так. Она смотрела на него уже без тени презрения или гнева, полная лишь абсолютного недоумения и ожидания. Трещина расползлась прямо по центру её стеклянной маски, и та треснула под напором истинных чувств. И тогда Джон Смит осмелился произнести эти заветные слова. — Будьте моей женой, Клара. Казалось, её лицо вдруг посветлело и слёзы стали похожими на утреннюю росу. — Семь лет, — промолвила она с тенью улыбки на губах. — Семь лет, наполненные миллионом страданий и рекой слёз. Неужели вы думаете, что моя гордость позволит увеличить этот ужасно огромный срок? — Это значит «да»? — робко уточнил Смит и, кажется, его глаза застелили слёзы. — Да, — ответила ему Клара и подалась вперёд. — Именно это и значит. Его губы встретились с её почти мгновенно в горьковато-сладком поцелуе, в котором нашли отражения все их чувства. Столь трепетным и долгожданным был этот момент, столь полным искренности и любви. Клара осторожно запустила пальцы в его поседевшие волосы и, кажется, с её губ сорвался короткий стон облегчения. Джон крепко прижал её к себе одной рукой, органично устроившейся на женской талии. Другой же он коснулся мягкой щеки, ещё влажной от слёз. Его поцелуи перерастали из одного в другой, но едва ли он мог что-то с собою поделать, снова и снова крадя такой сладкий и привычный вкус, немного подсоленный горечью. Наконец мужчина чуть отстранился, давая возможность им обоим немного отдышаться. Он прижался своим лбом к её и, плотно сомкнув глаза, прошептал: — Если я могу хоть чем-нибудь искупить свою вину перед вами, я клянусь, что сделаю это. Вы дарите мне второй шанс, коего я совсем не достоин, но я скорее умру, чем откажусь от него. Я сделаю всё, чтобы вы были счастливы, Клара.

⚜⚜⚜

В саду мистера Шеппарда всегда было уютно, не хуже, чем в Гайд-парке или же где-нибудь ещё. Тенистые аллеи и высокие стройные деревья, величаво возвышающиеся на огромной площади зелёного массива. Весеннее солнце расщедрилось в конец, уже пару недель неустанно даря горожанам прелестную погоду. — Дэвид! Ты носишься так, что непременно вскоре собьёшь кого-нибудь с ног и поставишь нас всех в пренеприятнейшее положение, — укоризненно воскликнула девочка лет двенадцати. — Какая же ты зануда, Джемма, — озорно усмехнулся мальчишка, года на три поменьше. Он оббежал её вокруг вместо с большим лохматым псом, громко хохоча и улыбаясь. — Да я всё отцу расскажу! — завопила та. Мальчишка закатил глаза и снова засмеялся от серьёзности своей сестры. — А я маме, — и показал ей язык. Издалека за ними наблюдала пара, гуляющая по другой аллее и не спешащая разрешить спор детей. Женщина с приятной улыбкой и добрыми карими глазами бережно сжала предплечье рядом идущего мужчины и положила голову ему на плечо. — Джемма всегда так забавно строга, когда пытается выглядеть взрослой, — усмехнулась она. — Я никогда не была такой в детстве. — Нет-нет, таким был я, — с сентиментальными нотками в голосе ответил ей мужчина и ласково погладил тыльную сторону её руки. — Мне хотелось казаться умным и спокойным, каковым всегда был мой отец. От того я и важничал по делу и без. Его жена лишь приглушённо засмеялась и, остановившись на месте посмотрела ему в глаза. Такой нежностью и заботой друг о друге — не только для видимости, а настоящей и искренней — отличались немногие пары. Мужчина подался чуть вперёд и, словно юноша, украдкой сорвал короткий поцелуй с губ супруги. — А вот Дэвид — просто твоя копия, — с улыбкой заметил он. — Когда-то ты также неслась по этому саду, кстати с почти таким же пушистым псом, как Джерри. Такая весёлая малышка Клара. — Ты помнишь? — изумилась та. — Неужели после стольких лет ты всё ещё помнишь это, Джон? Он осторожно прикоснулся кончиками пальцев к её щеке и перевёл взгляд на её губы, а затем вновь вернулся к глазам. — Здесь я встретил тебя впервые, — произнёс он так, будто говорил вещи, сами собой разумеющиеся. — Ты пробегала мимо и задела меня плечом, но не смутилась этому, а лишь улыбнулась своей очаровательной улыбкой. Тогда твои глаза я запомнил на долгие годы. Разве мог я забыть об этом? — Ох, Джон, — ласково прошептала Клара в ответ и вернула мужчине поцелуй. — Порой я изумляюсь твоей памяти. Мой отец никогда не помнил первой встречи с моей матерью, а ты, кажется, хранишь в своей душе каждый миг. Наверное, я самая счастливая женщина на свете, имея такого мужа. Тот лишь пожал плечами и в задумчивости прикусил нижнюю губу. — С моей стороны было бы кощунством забывать о таких счастливых моментах, — сказал Джон. — Ибо мне в жёны досталось само совершенство. Клара чуть склонила голову на бок, рассматривая его черты. — Нам стоит поторопиться со сборами, — наконец произнесла она, и в её глазах блеснуло почти детское баловство. — Мне не терпится вернуться в Хезер. Если бы не отец, я бы никогда не приезжала в Лондон, даже зимой. — Мы вернёмся в Шотландию так скоро, что ты и не заметишь, — усмехнулся мужчина. — Ведь я скучаю по вересковым полям не меньше, чем вы, миссис Смит.

Fin