Мистические хроники

Елена Гилберт не верила в вещие сны и предсказания. Все, что происходило ночью в её голове, - лишь плод воображения. Перекрученные события минувшего дня, страхи и мысли. Все поддается объяснению. Все, кроме него. Он появлялся каждую ночь. Иногда украдкой наблюдая за ней в уголке сознания. Но, чаще всего, являлся главным героем сна наравне с ней. Если она стояла на пристани, то непременно его руки обвивали её талию. Становилось тепло и уютно, будто так было на самом деле. У водопада, словно в романтической киноленте, она целует его в губы. Они долго лежат на клетчатом одеяле, просто глядя друг другу в глаза. Его глаза напоминают траву, на которой устроили пикник. Елена всегда боялась высоты, но с ним запросто забиралась на крышу дома или высокие горы, чтобы просто понаблюдать за рассветом. И каждое утро ей надо было напоминать себе, что это сон. Мистера Идеал не существует. Во всем виновата её скрытая романтическая сторона. Подсознательное желание найти родственную душу. Желание, мешающее настоящим отношениям. Никто не мог дать Елене того, что нужно. Никто, кроме мифического парня с вечно лохматыми волосами и зелеными глазами. Так было до того, как она увидела его наяву. «Я схожу с ума», - первые банальные мысли пришедшие в голову. Но парень из снов никуда не исчезал. Смотрел на неё, осторожно, будто тоже не веря, что она реальна. Знакомая темная клетчатая рубашка с закатанными рукавами, те же самые взлохмаченные волосы. Музыка и смех коллег из больницы пропали, поглотив их двоих в вакуумный шар. Она закрыла глаза и почувствовала его ладонь на её щеке. Со стороны это казалось странным, но какое ей дело до мнения окружающих? Жизнь Елены состояла из работы, приема пищи и снов. По-настоящему Гилберт жила только во сне, и теперь, когда иллюзия превратилась в реальность, никакие слухи ей не помешают. Она выводит его на танцпол, кладет голову на грудь и ловит ощущение, словно знает этого странного парня полжизни. - Я не умею танцевать, - слышать его голос наяву непривычно и приятно. - Ничего, - они почти стояли на месте. Она старалась услышать биение его сердца. Тишина. Перед ней будто стоял оживший труп, потому что списать на резкую потерю слуха Елена не могла – музыка слышалась отчетливо. Он отошел на шаг, и Гилберт неуверенно подняла голову. А затем, парень заглянул ей в глаза, будто пытался заглянуть в душу. - Всё хорошо, Елена. Просто вспомни, - его губы стали слишком четкими. Голову повело от резкого прилива воспоминаний. Её жизнь словно перерисовал по своему усмотрению безумный художник. Или, точнее сказать, братья Сальваторе решили обеспечить счастливую жизнь девушки, только не понимали, что лишили её особого смысла. - Елена… - он боялся, и на долю секунды, она почувствовала удовлетворение. – Мы сделали это… - Для моего блага, - она грустно улыбнулась. – Только блага не было. Только пустота. Я не хочу так больше жить. Стефан ожидал пощечины или того, что она уйдет. Объятия он не ожидал точно. - Я не знаю, сколько времени мне отведено. Но… не уходи больше, - её шёпот мог услышать только он. – Я не хочу быть вампиром, но без тебя жить я не хочу ещё больше. - Я был бы с тобой вечность, - его голос приглушали её волосы. Елена долго молчала. Всё это было известно ей давно. Но, самое важное, что с ним каждая минута, словно час. Гилберт не нужно становиться вампиром, чтобы быть с ним вечность. Они создавали её сами.