Лишь одно страдание

Рин в этот день исполнилось шестнадцать лет. - Кагомэ-чан, – девушка с утра пораньше ворвалась к подруге, и разрушила стоящую там тишину своим звонким голосом, - Сещёмару-сама ещё не приходил? - Нет, – сонно ответила Кагомэ и, протерев глаза, посмотрела на воодушевлённую Рин. Девушка была одета в своё самое лучшее кимоно, волосы её были разбросаны по плечам, на лице красовалась самая милая улыбка, а в глазах горели огоньки. – С днём рождения, – привстав с футона, произнесла Кагомэ. - Спасибо! – Рин вновь улыбнулась девушке, а затем, развернувшись, пошла к выходу. - Куда ты? Искать Сещёмару? – с иронией в голосе произнесла Кагомэ и плюхнулась на футон, с которого пыталась встать, но всё же решила ещё немного поспать. - Зачем его искать? Сам придёт! – Рин одела на ноги сандали. – Я к Инуяше и Кохаку, они сказали им надо с чем-то помочь. - Эх, ну ладно, иди, – Кагомэ помахала девушке рукой, в знак того, чтобы та поскорее оставила её одну и дала отдохнуть ещё хотя бы часик, в ответ Рин лишь хихикнула и выбежала из домика. Сегодня Рин, всё, что её окружало, видела в ярких красках. Дома, что прежде были обычными серыми зданиями, становились другими: яркими и изящными, а не обычными и убогими. Люди, дети, что ходили по улице: все они заставляли улыбку Рин становится всё шире, а настроение росло с каждой секундой. Даже воздух казался ей каким-то другим, и она вдыхала его полной грудью. Сегодня был особенный день. - Я пришла, – крикнула Рин и посмотрела на Инуяшу, который выгружал какие-то огромные мешки из телеги. - С добрым утром, Рин, – поздоровался с девушкой Мироку и ткнул своим посохом Инуяшу.– Побыстрее, пожалуйста, – за эти слова мужчина получил недовольные возгласы со стороны полудемона. - С добрым! – Девушка подошла ближе и посмотрела на содержимое телеги: несколько мешков, похоже, что с рисом, корзина редьки, и несколько корзинок с овощами и фруктами. – Откуда это? – удивлённо произнесла Рин, а затем, смекнув, хитро посмотрела на монаха. – Мироку-сама, это плата за ваши услуги в качестве изгнанника демонов? - Верно, Рин, верно – кашлянув, произнёс мужчина. - Сестра снова будет злиться, – сказал Кохаку, взяв в свои руки корзинки. – Рин, возьми вон тот мешок. - Ладно, – девушка взяла в руки вязанные мешочек, который оказался не таким уж и лёгким, каким выглядел на первый взгляд. – Тяжело. - Пришла помогать, помогай, – вставил своё слово Инуяша, закинув на плечи два мешка с рисом и потопав в сторону домика бабушки Каэдэ. - Да, да, – с улыбкой на лице ответила ему Рин и пошла вместе с Кохаку. – У кого на этот раз? - Соседняя деревня. - Ооо, – протянула девушка и задумалась, - а разве там есть кто-то, кто может столько дать? - Появился, как видишь, – парень свободной рукой провёл по волосам Рин и улыбнулся. – Сегодня ты красивее, чем обычно. - Это комплимент? Или же намёк на то, что я обычно не красивая? – девушка захихикала, ей были приятны слова Кохаку, поэтому на её щечках появился лёгкий алый окрас, а на лице засияла смущённая улыбочка. - Думай, как хочешь. Положив мешок на пол, Рин вздохнула с облегчением, ведь, наконец-то, она освободилась от гнёта этой тяжести. Инуяша, кинув мешки с рисом, направился обратно к телеге, чтобы забрать остальные, а Мироку последовал к домику Инуяши, явно чтобы разбудить Кагомэ. На лице у Рин появилась улыбка: она обожала такую повседневную жизнь. - С добрым утром, Рин, – поздоровалась бабушка Каэдэ и посмотрела на мешки и корзинки, - похоже, сегодняшний улов у Хоши-сама удался на славу. - Каэдэ-сама, а ничего, что вы встали? – обеспокоенно спросила девушка, ведь женщина уже находилась в преклонном возрасте и любая нагрузка для организма, могла очень плохо сказаться на её здоровье, которое и так было не ахти. - Рин-чан, ты, что же считаешь меня настолько старой? - Нет-нет, что вы, Каэдэ-сама! Вы ещё полны сил и ничего страшного в том, что вы встали, нет, просто…, - речь Рин прервала сама бабушка Каэдэ своим смехом. - Ну и славно, – женщина спустилась, чтобы одеть свои сандали, а Рин, взяв её за руку, помогла выйти наружу. Бабушка Каэдэ боялась когда-нибудь не увидеть этого голубого неба, в котором резвились пташки, радуясь полученной жизни; жителей этой деревни, что так добродушно приветствовали её, когда проходили мимо; Каэдэ боялась перестать дышать этим воздухом, что смешал в себе запах только что распустившихся цветов и свежеиспеченных булочек. Так же женщина боялась больше не почувствовать тепло, что исходило от руки Рин, не увидеть её улыбки и не услышать её пения. Каэдэ боялась оставить девочку одну. - Сегодня тебе уже шестнадцать, – присев на лавочку, произнесла бабушка, сжав ладонь Рин в своей руке. - Да, Каэдэ-сама, – с улыбкой на лице ответила девушка. - Ты стала старше на один год, но не стоит этим так гордиться, ведь ты ещё ребёнок. - Каэдэ-сама, я для вас навсегда останусь ребёнком. Господи! А ведь мои ровесницы в эти годы уже выходят замуж, а некоторые рожают детей. Поэтому! Каэдэ-сама, хватит называться меня ребёнком, ведь я далеко не ребёнок… - Может и так, - согласилась со словами Рин, женщина, но при этом всё равно не желала верить в то, что эта маленькая девочка и правда выросла. – Тебе предстоит выбрать, по какой тропе ты пойдёшь в своей жизни, Рин, ответь, что ты выбрала? – Девушка какое-то время просто молча смотрела на мальчишек, что бегали возле скамейки с деревянными мечами и что-то кричали, а затем заливались звонким смехом. Улыбка с лица Рин спала, когда мальчики убежали к своей матери. - Я, правда, должна выбрать? – девушка знала ответ на свой вопрос, она не просто должна, она обязана! - Неужели ты ещё не определилась? – с усмешкой спросила бабушка Каэдэ. Рин хихикнула. - Просто я не хочу делать кому-то из них больно… - Они не маленькие. - Каэдэ-сама, вы не поняли! Сещёмару-сама – мой идеал! Он прекрасен во всём, я с самого детства им восхищаюсь! И услышав от него, что в мой шестнадцатый день рождения он хочет услышать ответ, с кем же я останусь,… это шокировало меня! Поэтому я окончательно запуталась: зачем, такая как я нужна Сещёмару-сама? Ведь Рин – человек! Если я выберу остаться в мире демонов вместе с Сещёмару-сама, то это очень плохо скажется на его репутации. Я не могу этого позволить! Тем более, хоть я и восхищаюсь им, и, быть может, могла бы отдать ему свою жизнь, но я… никогда не любила Сещёмару-сама в этом плане. Он был моей семьёй, и даже сейчас он – моя семья. Я так боюсь её рушить. Поэтому, Рин не знает, что ей выбрать. - То есть, ты не хочешь остаться с Сещёмару? - Хочу! – крикнула Рин и сжала свои ладошки в кулачки. – Очень хочу! Но я так же хочу быть с человеком, которого очень люблю, я хочу деток от этого человека, я хочу семью, – Рин усмехнулась. – Сещёмару-сама нет места в этом моём будущем. - Тогда почему бы тебе не остаться с тем, кого ты любишь. - Каэдэ-сама, вам так легко сказать. – Рин улыбнулась и посмотрела на солнце. – Ослепляет, согласитесь? Я хочу, чтобы моё будущее было таким же. Ошибка непростительна. Я хочу быть полностью удовлетворена своим выбором, но пока мне нечего ответить на ваш вопрос. - Сещёмару-сама! – крикнул Джакен и кинулся к своему господину. – Сегодня снова идём к Рин? – Демон посмотрел на своего преданного слугу, а затем поднял голову вверх. - Слишком тихо.