Сила любви

- Харука! Гонщица надавила на тормоз, и машина, протестующе взвыв, замерла перед бросившейся наперерез девушкой. Длинноногая шатенка с убранными в высокий хвост волосами и легкомысленными сережками окинула машину Харуки безумным взглядом, словно не замечая, что чуть не погибла. - Харука, Усаги не с тобой?! - Как видишь. - Тено двинула рукой, предлагая осмотреть машину самостоятельно, если её слова не вызывали доверия. Кабриолет не позволял спрятать кого бы то ни было, но, невольно заражаясь состоянием шатенки, девушка с трудом подавила в себе желание заглянуть в карман кресла – вдруг Усаги на самом деле спряталась в узкой щели, куда мог пролезть разве что котенок. - Что случилось, Мако? - А... Нет, ничего, не бери в голову. Всё в порядке. Окинув Харуку опустевшим от напрасной надежды взглядом, девушка сорвалась с места и исчезла так же внезапно, как и появилась. - Макото... - Харука уже разворачивала машину. Было понятно, что от подруг Усаги она ничего не добьется. Рей уже звонила ей с утра, и напряженным голосом легкомысленно спрашивала, не у неё ли зависла эта несносная. Усаги часто пряталась у Харуки от невыученных уроков, и гонщица не придала звонку значения. Если ни Рей, ни Мако ничего ей не объяснили, значит и к Минако с Ами подходить смысла не имеет. Эта компания часто пропадала в самое неурочное время, не спала но ночам, пропускала школу, и глаза Усаги с каждым днем становились на всё более и более мокром месте. А ещё она отказывалась объяснить, что с ней происходит. - Во что ты вляпалась, Оданго? Два светофора она пролетела на красный. Будут проблемы с полицией – ну и пусть. Штрафом больше, штрафом меньше... У подъезда она резко сбросила скорость, второй раз за короткое время украшая асфальт жирной линией горящих покрышек. Кабриолет ювелирно вписался на стоянку, и Харука рванула по лестнице в свою квартиру, не дожидаясь, пока пискнет сигнализация. Дверь распахнулась с грохотом, ботинки отлетели в сторону шкафчика для обуви, а Харука уже успела осмотреть кухню и ванную комнату. Когда она ворвалась в спальню, то чуть не упала на пороге от внезапного торможения. Усаги безмятежно спала у неё на постели, укрывшись мангой для девочек, томами которой в изобилии замусорила всю квартиру. Харука судорожно перевела дыхание, почти оползая по косяку от облегчения. Столько нервов, а эта девчонка, как всегда, спит! Усаги зашевелилась, и Харука уже почти решила немедленно задать ей все наболевшие вопросы, но та всего лишь поворочалась на кровати, не просыпаясь и не выпуская из рук мягкого переплета. Харука покачала головой и, обойдя кровать, опустилась на пол напротив лица спящей подруги. Тонкая рука свисала, удерживая раскрытыми желтоватые страницы манги. На развороте во всей красе летел откуда-то сверху человек в черном плаще и маске, закрывающей глаза. В руке он сжимал шпагу, в петлице дремала белая роза, и вся поза дышала благородством. Нарисованный рот был раскрыт в грозном окрике смутным и уже отступающим теням, а благородная дама, находящаяся на грани обморока, раскрывала в восторге глаза, понимая, что её сейчас спасут. Харука хмыкнула, но вынимать книжку не стала. Усаги была слишком большим ребенком, а Харука слишком маленькой взрослой, чтобы отнимать у подруги её мечту о принце.