50 сантиметров

После открытия соревнований Андрей потащил меня в нашу комнату за шиворот. Хорошо, что мы жили в отдельном корпусе гостиницы, и никто не видел этого. — Ты охуел?! — он закинул меня внутрь, как мешок с не очень приятным содержимым. — А что не так? — я сел на кровать, — ты в мои разборки не лезь. Он резко накинулся на меня и прижал меня к кровати. Стоп, такое мы уже проходили. Тогда им руководили водка и член, а вот сейчас — злость. Тут бы живым выбраться. — Какого хуя ты лезешь своим гребанным носом в дела команды?! — он крепко стиснул меня за шею. Я попытался убрать его руки, но чёрт, у этого придурка железная хватка! — Я никуда не лезу! Они сами напросились! Что тебя взбесило? — причин для такой злости я, если честно, не видел. Хотя, знаю я, как долго до него доходит. Причина могла быть одна. — Ты тупой? Как думаешь, кто меня вчера под спортзалом подкараулил? Андрею понадобилась секунда, чтобы осознать, что насчет тупого я оказался прав. Он отпустил мою шею, чем заставил меня закашлять, и слез с меня. Дышать было тяжело, шею будто до сих пор сжимали. Не-не-не, такие брачные игры мне совсем не по вкусу! Нужно вычеркнуть удушение из списка возможных извращений. — Прости. Ты им что-то сделал? - нет, ну почему сразу я?! — Да я просто в Максика влюбился! Вот встал мой член именно на него! Меня что, теперь убить надо?! — упс, кажется, из меня вылетело несколько лишних слов. — Влюбился? — переспросил Андрей и устало потёр лоб, — Ты ж не умеешь. — У тебя забыл спросить! — я поднялся и прошёлся вдоль всего номера. Из мебели тут были: две односпальные кровати, столько же тумбочек, шкаф, стол, Андрей и зеркало. Да, моего деревянного друга можно вполне указать как стул. Или табуретку. Или кресло, на крайний случай. — Погоди, значит мои медведи тебя побили? — он подскочил и пошёл к двери, — ты сможешь показать, кто? Начинается. В кого он такая истеричка? Не в меня ли? Если он сейчас попытается приструнить Давида и его шайку, то в команде начнется разлад. — Ты же хочешь, чтобы команда победила? — он кивнул, — тогда сделай вид, что ничего не понял и не знаешь. Иначе о командной игре забудь. — Но сегодня ты уже успел испортить всем настроение! Почти все теперь уверены, что Матвей спал с тобой и кинул. — Матвей? А, это тот бедняга. — Исходя из ваших тренировок, он в запасе. Его содействие с командой не так важно. А вот остальных я научу манерам после финального матча команды «Полярники», — интересное название для баскетболистов, которых все называют медведями. Андрей взглянул на меня с недоверием. Может, он помнил, как я расправлялся со своими врагами? — Ты же меня знаешь! Всё пройдёт отлично! — Вот именно, что знаю, — он открыл дверь, — делай, что хочешь, но только завтра после обеда. Официальные матчи кончатся, и мы останемся ещё на пару дней потренироваться. Я за вещами. — Спасибки! — я радостно захлопнул дверь за ним и с разбегу запрыгнул на кровать. Всё должно было пройти отлично, жаль, что Максика я почти не увижу. Но таковы правила — врачи появляются лишь на время матчей и тренировок, остальное время баскетболисты проводят в своём отдельном общежитии. Но два дня — это не вечность, да и позажимать его на тренировке всегда успею. *** На табло горел пугающе равный счёт, а чуть выше время быстро пересекало черту в тридцать секунд. — Медведи, вперёд! — кричала вся скамейка запасных и я в том числе. «Полярники» и «Бульдозеры» были главными фаворитами на этих осенних соревнованиях, и сейчас каждая из команд пыталась хоть на одно очко повысить счёт. В баскетболе я разбирался плохо. Пока Андрей занимался, я сидел в тренерской и доставал коллег Игоря Васильевича. Так что я не особо понимал, почему этот мяч нам не засчитали и почему судья назначил штрафные. Если честно, разбираться в правилах мне было и не нужно. Мои глаза вовсю следили за Максимом, который с самого выхода на поле продолжал вколачивать мячи в корзину с жуткой силой. И когда за четыре секунды до конца ему в руки отдали мяч, я не удержался и заорал, как сумасшедший: — Максим, вдарь им! — не знаю, услышал ли он, но эта энергия матча так поглотила меня, что я был готов ринуться на поле в качестве препятствия для противников. А потом обманное движение, медведи заблокировали «Бульдозеров» и открыли путь к корзине, прыжок, конец матча и ужасно громкий и радостный крик возле меня. — Выиграли?! — не нужно было даже видеть счёт, чтобы понять это. Запасные выбежали на поле, стали обнимать игроков, тренер и Андрей сдерживались и просто пожимали всем руки. Я почувствовал себя немного лишним в этой сплоченной спортивной семье, как вдруг кто-то высокий и потный сгрёб меня в объятья: — Умница, — Максим нагнулся, так что я смог обнять его за шею, — ты отлично сыграл. — Я слышал, — прошептал он и побежал обратно к команде. Этот милый жест видели все. Но злостью тянуло лишь от Давида. Может, остальные просто не поняли? Но мне было абсолютно всё равно. После того, как команды поблагодарили друг друга за игру, тренер собрал всех в круг: — Сейчас все в душ и отдыхать. Вечером встречаемся на входе в спортзал. Соревнования может вы и выиграли, но у нас сегодня ещё тренировочный матч со взрослой сборной этого города. Отпразднуем дома! Не зазвездитесь, вам ещё есть, к чему стремиться! Все разошлись, и меня отпустили. За эти дни я понял, почему кроме общего врача команде нужен свой. Вот как можно в полночь порезаться о консервы так, что мне пришлось накладывать швы?! Хорошо, что я взял с собой всё необходимое, да и анестетик не понадобился. Затем, мне пришлось промывать желудки тем, кто эту гадость съел. Максим в эти приключения не попал. Иногда хорошо, что рядом с ним бдительная тварь по имени Давид. Вечером на тренировочном матче Максим держался в стороне. Возможно, всё дело было в том, что на нас периодически косились. В принципе, я сначала сплю с одним участником команды, а потом обнимаюсь с другим. Шлюшка, не иначе. Я как раз думал над очередной местью, пока Дима, как я понял — один из лучших друзей Давида, ходил за чем-то в раздевалку. У каждой команды была собственная раздевалка с душевой. Неплохое место действия. Матч проиграли, сказалась усталость от соревнований. Игорь Васильевич расстроенно развёл руками и отправил всех в душ «смывать с себя звездную пыль». Я направился к выходу из спортзала, но немного погодя, снова зашёл внутрь и пошёл в раздевалку к медведям. Там были одни сумки и одежда. А за закрытой дверью слышался шумный спор и плеск воды. Отлично! — Трусики, трусики, — я осмотрелся и заметил парочку боксеров, которые не были спрятаны в сумки. Медведи имели странную привычку — после проигрыша они не заходили в раздевалку, а сразу шли купаться прямо в форме. Мне об этом Андрей рассказал. Значит, вещи никто не смотрел с начала тренировки. Я быстро заметил нужную мне сумку и засунул в неё найденное бельё. Вуаля! И обычный сокомандовец Дима превращается в извращенца! Тем более, вчера я тоже без дела не сидел. Быстро выбежав, я остановился в зоне слышимости и приготовился наслаждаться концертом. Наконец, команда с хохотом вышла из душевой. — Твою мать! Мои трусы! — о, первый обнаружил пропажу. — И моих нет! Какая сука уже второй день таскает наше бельё?! Давид, что за хуйня происходит?! Это кто-то из наших! —, а второй попался умненький. — Успокоились! — прикрикнул Давид, — сейчас каждый покажет мне свою сумку. Началась возня и раздраженные реплики. — Блять, Дима, — кажется, мой подарочек нашли. — Да, погодите! Не брал я их! Ну зачем они мне?! Эй, парни, я по-вашему изврат? — ух как мы заговорили, а голос-то дрожит! — Хах, ты же и вчера выходил во время игры, — кто-то был таким же наблюдательным, как и я. Вчера я провернул то же самое, но никто не стал обвинять своих. А Дима промолчал, когда увидел, что находится в его сумке. — Да это нам этот пидор в халате мстит! — подал голос Матвей. — За что бы ему вам мстить? Тем более, он вместе с нами был. А потом вообще ушёл! Что происходило дальше, я слушать не стал. Они ребята резвые, разберутся сами. Поэтому я весело пошёл к себе в гостиницу, где меня ждало пиво. Андрей, конечно, запрещал, но я мальчик взрослый, а потому его не послушался. В комнате, к моей радости, было пусто. Наверное, этот хмырь сейчас с тренером. Ну и отлично. Главное, чтобы он меня не разбудил, когда вернётся. Моё лицо теперь было украшено желтовато-фиолетовыми отметинами. Но я их почти не замечал, потому, что всех друзей капитана постигла кара. Матвея считают педиком, который решил соблазнить и бросить доктора, Дима, надеюсь, станет фетишистом в их глазах. Ещё двое попали под мою чистку желудка. Они долго не забудут этого! А что я? Мне тренер разрешил спасать их, как хочу. Остался лишь сам Давид. Хотя, что делать с ним, не знаю. Лишать команды капитана не хотелось. Публичные приколы опускаются сразу. Но сам я ему сделать не смогу ничего. Раздался стук в дверь. Почему-то я был уверен, что в этот раз обязательно исполнится поговорка о том, что дерьмо лучше не вспоминать. — Открывай! — ну точно! Голос Давида. Я послушался, но сразу вышел в коридор. Кто знает, что он мне в комнате сделает. А тут вроде как и орать не сможет. — Ты охуел? — он схватил меня за горло и прижал к двери. Опять моей бедной шее достается. И почему меня все вечно пытаются задушить? — Я тебе объяснил и в теории, и на практике, чтобы ты не лез сюда! Что ты блять устроил? Я уже не мог нормально дышать, какой там отвечать. Было страшно, особенно когда я понял, что он, в отличии от остальных, останавливаться не собирается. — Максим просто не смог тебе отказать! Ты понимаешь? Надо было тебя там не жалеть! — я всеми силами пытался убрать его руку, но с каждой минутой в голове становилось всё мутнее и мутнее. Когда я уже почти отключился, дышать вновь стало возможно. Я закашлялся и свалился на пол, пытаясь выкарабкаться из этого состояния. Через пару десятков секунд я смог сознательно осмотреться и понять, что произошло. — Я не собирался его убивать! Просто отключить! — Давид стоял на расстоянии от меня и зажимал рукой кровотечение из носа. А передо мной стоял Максим, и по тому, как он сжимал кулаки, было понятно, что является причиной крови. Внезапно Макс пошёл на Давида. — Это ты его избил? — он с замахом ударил капитана по лицу, — Отвечай! — Он тебя доставал! Ты же сам не рад был его приставаниям! Максим схватил Давида за воротник и встряхнул. — Не решай за меня! Не нравилось бы, уже бы давно всё решил сам! — он оттолкнул капитана, — ещё раз узнаю, что ты его тронул — не буду сдерживаться! Макс вернулся ко мне и помог подняться. Мы вместе зашли в комнату. — Ты вовремя. Он помог мне дойти до кровати. — Почему ты мне не сказал? — в его голосе всё ещё чувствовалась злость. — И зачем? Разругался бы со своим другом, как сейчас. Да и не слишком я пострадал. Не знаю почему, но на этих словах Максима замкнуло. Он опрокинул меня на кровать, а сам нагнулся к моему лицу. И поцеловал. Только не в губы, а в синяк. Затем легко прикоснулся губами к следующему. Когда на лице ссадины кончились, он опустился к шее. Со вчерашней ссоры с Андреем остались отметки, наверное, после сегодняшнего останутся ещё больше. — Ты чего? — я погладил Максима по волосам. Он не ответил. Только медленно провёл кончиком языка по красному следу. Меня кинуло в дрожь. Всё, что угодно, но не шея! Я попытался сопротивляться, но он снова лизнул меня. — Ты что, пёс?! Отпусти меня! — зачем он меня возбуждает, если сам же запрещает секс?! Ну всё, теперь моя очередь! Я пролез вниз и, пока он не смог отвернуться, прижался к его губам. В этот раз я не стал ничего делать. Он начал эту игру, пускай её и продолжает. Максим несколько секунд ничего не предпринимал, а потом начал медленно целовать мои губы, проникая своим языком внутрь. Кажется, это его третий поцелуй? Справляется он совсем неплохо! Спустя какое-то время, я уже вовсю дразнил его язык, периодически покусывая губы, а он протянул руку под меня и смело сжимал мой зад. Раздался хлопок открываемой двери и шаги. А мы замерли. Авось, не заметят! — Максим, значит поэтому ты спрашивал, когда я пойду обратно? — Андрей стоял напротив нас и улыбался, — ты Лёшу не раздави! А то мне страшно, когда ты сверху него лежишь. — Простите! — Макс подскочил, поцеловал меня в щеку и выбежал из комнаты. — И что это такое? — спросил Андрей и сел на соседнюю кровать. — Это самое милое создание из всех, что я знал!