Зона карантина

*** - Микаэль... - я отстранился от него, - остановись. Что ты делаешь? Парень выпустил меня из объятий и стал ладонями растирать свои влажные щеки. Он смотрел в сторону и ничего не говорил. - Объясни мне... почему? - я положил руки на его плечи и крепко сжал свои пальцы. Какое-то время он шмыгал носом и снова от волнения покусывал свои губы. И, наконец, он произнес немного хриплым голосом: - Ты мне нравишься... кажется, я даже... тебя люблю. - Так! Стоп! Остановись! - я поднял руки вверх и отступил назад. - Во-первых, не разбрасывайся такими словами. Ты ведь совсем меня не знаешь! А, во-вторых... кажется, я теперь совсем ничего не понимаю. Я думал, у тебя к Даниле чувства, разве не из-за него ты вчера устроил это представление? - Нет... не из-за него. Из-за тебя, - жалостливо произнес он. - Из-за меня? - удивился я. - Я пытался помочь... - продолжал хныкать он. - Помочь? И как это должно было помочь мне? - Я думал, если он возненавидит тебя, тогда оставит в покое! - чуть ли не выкрикнул он. - Он, вообще-то, чуть не убил меня, забыл?! - парировал я. - Я ведь остановил его! Я знал, что остановлю. По-другому он бы от тебя не отстал. И я ведь извинился... - буркнул он, снова размазывая по щекам слезы. - Ну, и идиот же ты! Ты же понимаешь, что только хуже сделал?! - злился я. - Хочешь сказать, что я во всем виноват? - он с вызовом смотрел на меня покрасневшими от слез глазами. - Ты-то зачем согласился лечь под него? Почему не отказался? Я когда вас вчера увидел... так разозлился... И, вообще, - он отвернул лицо, - если бы ты меня тогда не ударил ничего бы случилось. И я до сих пор не понимаю... за что?.. Микаэль вдруг проскользнул спиной по стене и сел на корточки. Приложив руки к лицу, он начал громко всхлипывать. Черт! - Ты чего разревелся? Эй, - я присел рядом, опустившись на одно колено и попытался заглянуть в его лицо. - Мика... - Ты меня ненавидишь, да?.. - дрожащим губами произнес он. - Чего выдумал? Если бы ненавидел, сидел бы тут с тобой? - я тяжело вздохнул, глядя на то, как он льет слезы. - Эй, ну не реви, а то затопишь крышу. Расплакался совсем, как маленький. Тебе, кстати, сколько лет? - ласково спросил я его. - Ше... шестнадцать, - ответил он, вздрагивая от плача. - Семнадцать скоро будет. Значит, на год младше меня. А я всегда почему-то думал, что мы ровесники. - Успокаивайся, ладно? - я поднял над ним руку и, просунув ее под капюшон, нежно коснулся его светлых волосы. - Слышал такое, что на холоде плакать вредно? Можно простудиться. Ты ведь не хочешь заболеть? Когда-то так же меня успокаивала мама. - Хо... хорошо, - он снова вздрогнул, ладонями стер с лица влагу, а после обнял колени руками и прижался к ним щекой. - Иди домой, Мика. Ладно? - я прикоснулся к его руке и сжал в ладони его холодные пальцы. - Руки совсем ледяные. - Но ты так и не сказал мне, почему ты тогда ударил меня? Почему так разговаривал со мной? Почему... - не закончив вопрос, он снова начал всхлипывать. Выходит, мое прежнее холодное отношение к нему действительно беспокоит его. Стоит ли мне открыть ему правду? - Почему?.. - глубоко вздохнув, я все-таки решил признаться. - Просто ты напоминаешь мне одного человека, которого я не хочу больше видеть. Я и из России уехал, чтобы забыть его. - Он плохой? Он тебя обижал и ты его возненавидел? - Микаэль вытер лицо о рукав куртки и поднял на меня вопросительный взгляд. - Хм... скорее наоборот. Я его очень любил, - с разочарованием в голосе произнес я. - Любил?.. Тогда я не понимаю... - он покачал головой. - Это было не взаимно, - объяснил я, - он любил другого, а это очень больно. Наверное ты прав, он меня очень обидел. И тогда я решил, что лучше его ненавидеть, чем любить. - Значит, я похож на него? И чем же? - растерянно спросил Микаэль. - Твои глаза... волосы, фигура, голос... - я нахмурился и отвел взгляд. - Очень многое в тебе напоминает мне о нем. Поэтому я так... - Но я - не он! - вдруг воскликнул парень и неожиданно набросился на меня - он сбил меня с ног и обхватив руками, прижался к моей груди. - Я тебя не обижу. Обещаю! Я растерянно сидел на прохладной поверхности крыши, слушая сбившееся дыхание парня. - Так ты серьезно... ну, про любовь говорил? - осторожно спросил я. - Да. - И про то, что помочь мне хотел? - Да. Вот как... И что же я должен ответить ему? Я совсем ничего не понимаю - в голове какой-то кисель. Картинка совершенно не складывается - уж слишком много белых пятен. Признание Микаэля просто, как снег на голову: с одной стороны я невероятно взволнован от этой новости - я и о таком и мечтать не мог, но с другой - а не очередная ли это провокация? Ведь вчера он устроил целое представление, и это у него вышло довольно мастерски. Вдруг он снова ведет со мной какую-то игру? - Мика, прости... - стиснув зубы, я попытался оттолкнуть его, - я все равно не могу тебе поверить. То, что ты сделал вчера... - Я докажу! - он еще крепче обхватил меня, не давая мне возможности пошевелиться. - Я все исправлю! - Как? - растерялся я. - Я расскажу Даниле правду! - он поднял на меня большие синие глаза. - Если я сделаю это, ты простишь меня? Сможешь мне поверить? Тум-тум-тум-тум - мое сердце буквально сходило с ума. Черт... из-за его близости я снова начал терять контроль. Вдруг я осознал, что он сидит верхом на моих бедрах и его пах прижимается к моему. - Да, тогда я тебе поверю, - пробормотал я и, запустив руки под его куртку, обхватил его за талию и подтянул ближе к себе. Черт... снова поддаюсь эмоциям... Но ничего не могу с собой поделать. - И тогда ты не будешь больше спать с Данилой? - немного неуверенно спросил он. - Не буду. - И я хочу, чтобы ты... - он сжал губы, а после тихо добавил, - со мной был. А ты... этого хочешь? - он смотрел на меня из-под ресниц. Хочет, чтобы мы встречались? Это... это... и я ведь этого же хочу! Очень хочу! - Да... - с придыханием ответил я, а после сдернул с него капюшон и запустив руку в светлые волосы, потянул его к себе и коснулся губами его щеки, - но только, если сделаешь, как... Но я так и не смог закончить фразу - он снова накрыл мои губы своими губами и увлек в страстный и долгий поцелуй. Все тело горит от его прикосновений, хочется наслаждаться вкусом его губ, хочется большего... хочу его целиком. Хочу, чтобы он был моим. Всегда. Не могу я его ненавидеть. Не хочу больше избегать его. Я целовал его с неудержимой жадностью, словно утолял сильнейшую жажду после длинного марафона. И, хотя все это лишь образы, которые я представлял в своей голове, я чувствовал это насыщение - он, действительно, смог заполнить пустоту внутри меня - каждая клеточка моего тела возрождалась из какого-то забвения. Я не ошибся - он мое лекарство и я должен заполучить его чего бы мне это не стоило. Я должен забрать его у Данилы! Но сейчас мне нужно остановиться! Нельзя идти на поводу у эмоций! - Мика, поднимайся, - глубоко дыша, я отстранился от Микаэля и, взяв его за руку, спихнул с себя, потом встал на ноги и потянул его за собой. Он стоял передо мной съежившись от холода. - Ты весь дрожишь, - я осторожно коснулся его щеки. - Мне страшно... - заскулил он, обнимая себя руками. - Почему? - Я боюсь, что ты снова оттолкнешь меня... Сейчас обещаешь, что мы будем вместе, а потом просто пошлешь меня... - он выглядел очень взволнованным. - Поговори с Данилой и я тебя больше никогда не оттолкну, слышишь? - я наклонился и прижался своим лбом к его. - Только, если обманешь, ничего не выйдет. Больше я тебе не смогу поверить. - Обещаю! - он смотрел на меня большими синими глазами. - Сегодня же все ему расскажу! - Хорошо, - я прижал к себе его дрожащее тело, - тогда, увидимся завтра, ладно? - Да, - прошептал он, положив голову на мое плечо, - увидимся завтра. Когда я вернулся в свою комнату, не раздеваясь, сразу же упал на кровать. Лишь на входе, скинул с себя ботинки и куртку. Стаса еще не было - наверное, опять внизу сидит в комнате отдыха, в последнее время он зачастил туда ходить - по вечерам ребята со всей общаги собирались большой компанией смотрели фильмы, играли в карты и разные настольные игры. Он меня несколько раз звал с собой, но я всегда отказывался - мне было совсем не до веселья. Как же я устал... глаза закрываются сами собой. Но мне нужно все обдумать, сопоставить все факты. Если раньше я плыл по течению, позволяя обстоятельствам управлять моей жизнью, то теперь я сам хочу все решать. Теперь у меня есть конкретная цель и я должен бороться за нее. Сначала стоит понять, что во всей этой запутанной истории идет в "плюсы", а что в "минусы". И в столбец с "плюсами" первое, что стоит занести - это признание Микаэля. Совершенно неожиданное, но, кажется, искреннее. Хотя я обязательно должен расспросить его о том, как это произошло, что он вдруг полюбил меня - я ведь ничего такого не сделал, напротив, лишь грубил ему... Ладно, к черту сомнения! Допустим, это правда и он в самом деле влюблен в меня - в жизни всякое бывает, и он, как я понял, хочет быть со мной - значит, настроен серьезно. Это тоже "плюс". Третье, что стоит отметить - он, не смотря, на отношения с Данилой, которые судя по всему очень дороги ему, решился рассказать ему правду о вчерашней ситуации - то есть, он готов рискнуть и потерять его доверие. Пожалуй, на этом все "плюсы" заканчиваются. Теперь о "минусах". А их, пиздец, как много! Пожалуй, самый главный "минус" - это Данила. Он буквально, как кирпичная стена между нами. Второе: я ничего толком не знаю об их отношениях с Микаэлем - лишь какие-то обрывки. Я понял лишь, что Мика вроде как обязан жизнью Даниле и что они любовники, при чем отношения у них далеко не равнозначные. Нужно было подробнее расспросить об этом Микаэля, но рядом с ним сегодня я не мог мыслить трезво - все вопросы будто вылетели из головы. В-третьих, я даже не спросил, что конкретно собирается Мика сказать сегодня своему брату. Надеюсь, он признается ему в том, что чувствует ко мне, иначе все это не имеет смысла. Ладно, допустим, он расскажет ему о своем проступке в спальне, и даже, если Даня поверит брату, позволит ли он ему встречаться со мной? А, если нет?.. Черт! Почему я об этом не подумал сразу? Ладно, этот момент отложим - будем действовать исходя из ситуации, я уверен, мы обязательно что-нибудь придумаем. Блядь, у меня уже к горлу начинает подступать тошнота, а голова трещит по швам от всей этой истории, особенно учитывая насколько "минусы" перевешивают "плюсы". Но это еще не все. Самая большая проблема в самом Микаэле. Хоть я и отнес его признание в "плюсы", все же стоит насторожиться. Его поведение до нашего разговора на крыше, совсем не подтверждает его слова о том, что он влюблен в меня. Та его усмешка в спальне, а после этот шантаж на парковке - они рушат всю мою теорию первого столбца. Может быть, мои сомнения все-таки имеют вес? Или я чего-то не знаю? Боже, сейчас голова взорвется! Так... ладно... я слишком многое додумываю, а это отвлекает от самого важного. Сейчас я точно уверен, что Микаэль мне совсем не безразличен, и, значит, потеряв его... я снова буду опустошен. Наверное, это даже добьет меня. Не уверен, смогу ли я справиться... Выходит, сейчас самое главное, чтобы Мика исполнил то, что обещал. Если он это сделает, то и я не отступлю! Не сдамся! Пойду до самого конца! Все. А теперь хватит думать. Нужно поспать. Все решится завтра! *** Когда я проснулся, меня знобило и все тело ломило от боли. Похоже, простуда. Вот, черт... Это Микаэль вчера плакал на холоде, а заболел почему-то я. Весело - ничего не скажешь. Я сел в кровати, обхватив голову руками, и осмотрелся. Стас стоял ко мне спиной и надевал футболку. - Сколько времени? - хриплым голосом спросил я. Блядь, еще и горло болит. - Проснулся? - мой сосед обернулся на меня. - Ты неважно выглядел и я решил тебя не будить. На тренировку идешь? - Не знаю... - я растер глаза руками, - кажется, у меня температура. - Тогда оставайся, я зайду к врачу и возьму для тебя лекарства, - он подошел ко мне и приложил ко моему лбу свою ладонь, - да, горячий. Ложись-ка ты обратно в постель. Я обнял себя руками, и почувствовал, что вся моя одежда влажная от пота. - Хочу раздеться, - пробормотал я. - Давай, помогу, - он присел рядом и стал расстегивать пуговицы на моем кардигане. - Я и сам могу... - я растерянно смотрел на его руки. - Не отказывайся, - он мне тепло улыбнулся, - позволь позаботится о тебе. Я знал, что у Стаса есть младший брат, которого он всегда опекал. Вероятно сейчас ему его недоставало и теперь все его трепетные чувства перешли на меня. - Спасибо... - немного смущенно пробормотал я. Он снял с меня кофту, а после помог избавиться от футболки. - У тебя синяк на спине, - заметил он, - где ты это так? Черт! Наверное, отметина осталась после удара Данилы. - На тренировке, кажется, зацепили, - соврал я, отводя взгляд. - Нужно быть осторожнее, - он коснулся моей спины и провел вдоль места удара, - такой долго заживать будет. Может, тебе мазь прихватить от синяков? - Ладно, - согласился я. - Джинсы снимать будешь? - спросил он, опустив взгляд ниже. - Выходит, тебе уже вчера плохо было, раз ты в одежде уснул? - Устал очень, съемки тяжелые были, - я отклонился назад, чтобы расстегнуть ремень и Стас тут же потянулся к нему, - не надо, с этим я сам справлюсь, - остановил я его. - Почему ты такой? - он нахмурился. - Никогда к себе не подпускаешь. И я сейчас не имею ввиду твои джинсы. Я вижу, что у тебя что-то случилось, но ты ничего мне не рассказываешь. Всегда один. Ни с кем не общаешься. Может, я могу чем-то помочь тебе? Блин... не хочу. Не хочу ему ничего рассказывать. Он сам не понимает, во что я могу его впутать. - Расстегни, - я кивнул в сторону ремня, - помоги мне. Видишь, я разрешаю. - Дурак, - он закатил глаза и принялся расстегивать ремень, - ты же понял, я вовсе не об этом говорил. - Сейчас ты мне можешь помочь только с этим, - я оперся руками о кровать и приподнялся, чтобы он смог стянуть с меня штаны. В следующий момент в дверь постучали, и не дождавшись нашей реакции тут же толкнули ее - она с грохотом ударилась о стену и мы увидели, как в комнату вошел Данила. - Интересно, чего это вы тут делаете? - он смотрел на нас с кривой усмешкой. Я чувствовал, как меня окутывает страх. Сам пришел. Но почему?.. Очевидно это связано с тем, что рассказал ему Микаэль. Интересно, как Даня отреагировал на это признание и что он собирается делать дальше? Стас перевел на меня обеспокоенный взгляд, а после резким движением стащил с моих ног джинсы. - Марш под одеяло! - строго сказал он мне, поднявшись на ноги, он кинул мои штаны на спинку кровати, а после направился к Даниле. - В чем дело? - он встал прямо перед ним, будто заслоняя меня от опасности. - Я к Андрею пришел, поговорить нужно, - холодным голосом сказал здоровяк. - Он простыл и у него температура. И, если тебе интересно, что мы тут делаем - я просто помогал ему раздеться. Андрею нужно поспать. Я сам о нем позабочусь. - А тебе на тренировку топать не надо? - напирал Данила, щуря темно-карие глаза. - Я сейчас пойду. Думаю, если немного опоздаю, ничего страшного не случится, - Стас сложил руки на пояс, продолжая загораживать меня от брюнета. - Я с ним посижу, а ты беги, давай. Опаздывать нехорошо. - Я сам решу, что мне делать. Уходи. А то заразишься ненароком, - шатен был непреклонен. - Дай ему отдохнуть. - Да ничего я ему не сделаю, чего ты его выгораживаешь? Влюбился что ли? - Данила усмехнулся, а после обошел Стаса, толкнув его в плечо. - Я сказал, что просто немного побуду с ним. Не нужно тут драму устраивать. Я, может быть, тоже волнуюсь за него. Стас развернулся и растерянно посмотрел на меня, будто спрашивая: "Все в порядке? Ты не против остаться с ним?" - Иди, Стас, - я тепло посмотрел в его глаза, - не беспокойся. Данила обо мне позаботится, - я попытался улыбнуться. Не хватало мне, чтобы и Стасу досталось из-за меня. Нет, пусть лучше уходит. Его нельзя впутывать! - Ладно, - Стас торопливо надел на себя куртку и обулся, - я принесу лекарства. Отдохни, как следует, - обратился он ко мне. И, бросив напоследок хмурый взгляд на Данилу, накинул на плечо лямку спортивной сумки и вышел из комнаты. - Какой у тебя интересный сосед, - ухмыльнулся брюнет и подошел ко мне, - я даже испугался, что он прогонит меня. Опасный парень! - с сарказмом произнес он. - Зачем ты пришел? - слабым голосом спросил я, забираясь под одеяло. - Соскучился, - ответил он и присел на край моей кровати. - Хотел тебя увидеть. - А, ну, ясно, - бросил я, устраиваясь удобнее, - посмотрел? Теперь можешь идти. Но он вдруг наклонился и прижался губами к моему лбу: - И правда горячий. Ты чего вдруг заболел? - Хобби у меня такое, - бросил я. - Как вижу мудака, сразу в жар бросает. Интересно Микаэль с ним поговорил? Если да, то почему Данила так себя ведет? Слишком у него настроение хорошее. - Хобби, значит. Понятно, - он широко улыбнулся и заботливо укрыл меня одеялом, натянув его до самого подбородка. - Принести тебе чего-нибудь? Может, чай тебе приготовить? - Не надо строить из себя заботливую няньку, - буркнул я, - просто скажи, зачем пришел и уходи. - Я же уже сказал, что соскучился по тебе, - он снова наклонился ко мне и нежно поцеловал меня в щеку. - Прости, что не поверил тебе тогда. Микаэль мне все рассказал. - О чем ты? - встрепенулся я. Данила приподнялся и запустил пальцы в мои влажные волосы. - Он ведь нарочно так сделал, чтобы меня разозлить, - брюнет тяжело вздохнул и положил руку на мое плечо. - Мика очень привязан ко мне, понимаешь? У нас с ним непростые отношения. И сам мальчишка очень непростой, поэтому я так его оберегаю. Когда ему было девять, у него умерла мама и он очень сильно переживал. Для него это было большим стрессом, он долго не мог смириться с этой потерей. И, когда его отец через год решил жениться на моей матери, кажется, это добило его. Он воспринял это, как предательство. По-моему, это ужасно, когда ребенок в десять лет режет себе вены, - он вдруг остановился и, кажется, его лицо несколько побледнело. Микаэль пытался покончить с собой?.. Еще, когда совсем был ребенком... У меня даже дыхание перехватило от такой новости, а по телу прокатилась волна холода. Данила нахмурился и продолжил свой рассказ: - Это я его тогда нашел - маленькое, хрупкое почти безжизненное тело и так много крови... К счастью, я успел вовремя и врачи смогли его спасти. Это был кошмарный год для всех нас. Была реабилитация, лекарства, психологи. Но он закрылся ото всех и никого к себе не подпускал. Но однажды, я пришел к нему в комнату и попытался заговорить, говорил все, что у меня на сердце было и что-то в тот момент в нем переключилось. Ведь мой отец хоть и не умер, но тоже бросил нас с мамой. Я ведь практически в том же положении оказался, что и он. И я помню сказал ему тогда: "Зачем страдать в одиночку, если можно делать это вместе?" Он не сразу со мной начал говорить, но я все равно приходил к нему каждый день и разговаривал, сначала это был просто монолог, но однажды он начал отвечать мне. Как-то он мне признался, что ему сняться кошмары, и в тот день я предложил ему: "Хочешь, я сегодня останусь у тебя?" и он кивнул. С тех пор он всегда засыпал только со мной. Родители сначала были против, но потом, заметив, как Микаэль "оживает" на их глазах, позволили нам спать вместе. Когда ему было двенадцать, он сказал мне, что любит меня и поцеловал. В губы. Я сначала растерялся и не знал, как реагировать, но потом и сам стал тянуться к нему. Невинные поцелуи переросли во что-то большее, - Данила снова вздохнул и сделал паузу. - Но время шло, и было ясно, что так дальше продолжаться не может. Мне было двадцать, когда я ему признался, что я хочу других отношений с другими людьми, а он ответил, что ему плевать: "Спи с кем хочешь, только не бросай меня". Так он сказал... и я не смог ему отказать. Теперь ты понимаешь, почему он так себя ведет? - он посмотрел на меня своими темными глазами. Некоторое время я молчал, пытаясь принять эту историю. Она многое объясняла, но только вот, я одного не мог понять: что же Микаэль сказал вчера Даниле? Почему Даня тут? Почему он целует меня, заботиться обо мне? Почему рассказывает мне все это?! - Так Мика вчера сказал тебе, что сделал это из-за тебя? Притворился, что я его насилую, чтобы тебя разозлить? Будто из ревности, да? - взволнованно высказал я свои предположения вслух. - Да, он ведь любит меня. Он сам мне однажды сказал, что никогда не сможет влюбиться ни в кого другого, - Данила опустил взгляд. - Я редко кому позволяю у меня на ночь оставаться и, видимо, он понял, что у меня к тебе все серьезно и разозлился. Вот пиздец... Значит, он так и не смог признаться Даниле в своих чувствах ко мне. Да, что же он творит?! Господи... Он снова все испортил! - Он больше ничего не сказал? - с надеждой в голосе спросил я. - Нет, - брюнет пожал плечами, - больше ничего. Значит, не сдержал обещание. А, может, и нет у него ко мне никаких чувств? И, вернувшись вчера к Даниле, он вдруг осознал это? - Если честно, я даже думал, что ты ему понравился, - вдруг сказал Даня, - ведь это он уговорил меня защитить тебя тогда, когда ты ему губу разбил. Странно так себя вел, никогда его таким не видел, - он задумчиво на меня посмотрел. - Ты его ударил, а он плакал, умоляя меня сделать что-нибудь, чтобы тебя не выгнали отсюда. Я даже приревновал немного, - он усмехнулся - Но в любом случае, я бы тебе помог. Андрей, - он ласково провел рукой по моей щеке, - давай, попробуем начать все сначала? Я ведь об этом хотел с тобой поговорить. Я искренне сожалею о том, что сделал. И то, что я тогда сказал... в общем, не хочу я тебя насильно заставлять. Ты мне, правда, очень нравишься! Нам же было хорошо вместе? Начать все сначала? Значит, встречаться с Данилой? Но... я не хочу быть с Данилой! Я хочу быть рядом с Микаэлем! Только с ним! Я сейчас же должен сам рассказать все Даниле. Я ведь решил, что пойду до конца! Мне нужно просто передать ему все, что мне вчера сказал Микаэль! Если он сам не смог, то я... Черт... нет! Я не могу... не могу, блядь! А что, если Микаэль будет все отрицать? Что, если он передумает и решит взять свои слова назад? И как это будет выглядеть? Значит, я должен сначала поговорить с ним. Да, мне просто нужно немного времени, чтобы во всем разобраться. Еще рано делать какие-то выводы. - Не молчи, пожалуйста, - слова Данилы прервали мои мысли. - А как же Мика? - прошептал я. - Тебе все равно, что он чувствует? Я не хочу вставать между вами. - Мика... я поговорю с ним. В конце концов, когда-нибудь нам все равно придется с ним расстаться. Может быть, ему и правда стоит уже начать самостоятельную жизнь, как считают родители, я ведь не смогу всегда быть рядом. К тому же он сам говорил, что ему здесь скучно. Возможно, мне удастся уговорить его вернуться в Берлин к отцу. В Берлин? Нет! Микаэль не должен уезжать! - Ты серьезно? - я чуть ли не подскочил в кровати. - Разве так можно с ним?! - Ему уже не десять лет, - холодным голосом произнес Данила, - я уверен, он все поймет. - Ты же разобьешь ему сердце! - я почувствовал, как у меня в груди неприятно кольнуло. - Поплачет и успокоится. Мне тоже без него будет тяжело, но ведь так нельзя всю жизнь. Мы все-таки братья. - Выходит, ты не любишь его... если бы любил, было бы все равно братья или нет. Тем более вы не родные... - Поэтому я и не хотел тебе ничего рассказывать! - выпалил Данила. - Знал, что ты жалеть его будешь. Но и мне его жалко... и твои слова будто ножом по сердцу режут. Но разве я в этом виноват? Виноват, что я хочу с тобой быть, а не с ним? Я тебя люблю, а не его! - он вдруг подскочил с кровати и спрятал от меня лицо. - Выздоравливай... я позже еще зайду, - сдавленно произнес он и подошел к двери. На несколько секунд он остановился, будто хотел еще что-то добавить, но так ничего и не сказав, схватился за ручку, резко распахнул дверь и поспешно скрылся за ней. И что это только что было?! Какое-то время я лежал на кровати и в каком-то ступоре пялился на закрытую дверь. Он что, только что признался мне в любви? Выходит... Микаэль и Данила оба в меня влюблены?! Вот, че-ерт! И что же мне теперь со всем этим делать?..