Слендер. История мести.

Глава1. Был обычный сентябрьский вечер в стиле «Ничего не предвещало беды». Начинало смеркаться, от асфальта исходил неприятный жар, что складывалось с эффектом бани из-за прорванной неподалёку трубы горячего водоснабжения. Благо, к дому Слендера шла труба только с холодной водой, поэтому неудобств его «семья» испытать не должна… Сойдя с заасфальтированного тротуара Слендер направился прямиком по плохо вытоптанной тропинке в сторону леса. Лес был далеко не дремучим, не страшным и не содержал в себе диких животных, страшнее, чем белки. Но тем не менее до дома идти было полчаса. К счастью для Слендера в этом районе Америки зимой температура редко опускалась ниже нуля, поэтому участь замёрзнуть в лесу ему не грозила. Ветки привычно и очень приятно хрустели под ногами, иногда Слендер даже представлял, что он маньяк одного из фильмов ужасов, которые в огромном множестве он просматривал по нескольку раз, а хрустящие ветки – это кости его жертв. От этой мысли становилось как-то приятно, а чувства одиночества и никому ненужности на какое-то время тухли. Ветка, которую Слендер неловко отодвинул, хлестнула его по щеке, оставив на ней кровоточащий порез. Крови было мало, она даже не текла, но грусть почему-то сразу наполнила сознание парня. Даже эта жалкая мёртвая ветка против него. Что за мир? Справа был обрыв высотой метра четыре, в котором был тоннель в заброшенную шахту. Слендер стоял прямо на нём, рассматривая внизу тушку мёртвого зайца, почему-то прыгнувшего вниз. - Наверное, тоже был таким, как я?- предположил вслух Слендер и по краю спустился с обрыва, прямо к «трупу» животного. Если этот заяц был никому из своих сородичей не нужен, то именно Слендер должен его хотя бы похоронить. Просто обязан. Пока юноша руками копал могилку, закапывал зайца и искал камень, хотя бы приблизительно похожий на надгробие, прошёл час. За это время заметно стемнело, хотя уверенно идти в нужном направлении ещё можно было. - Пора,- кивнул Дик, когда Слендер поднялся с корточек и стал отряхивать ладони от песчаной почвы. - Привет!- Кейт, которой позволили присутствовать на «церемонии» только из-за её слёз, первая вышла к Слендеру, улыбаясь и махая рукой. Тот сначала удивился, а когда увидел семерых парней за её спиной – заметно побледнел. - Привет, красавчик,- хмыкнул Дик,- Даже неловко как-то… Парни, давайте вы начнёте? Я присоединюсь. - С удовольствием,- гыкнул один из банды, ударив битой по левой ладони. Слендер попытался бежать, карабкаясь вверх по склону, но, оступившись, съехал вниз. Пока он, глотая страх и слёзы, пытался встать, его настиг сильный удар чем-то тяжёлым по голове. Перед глазами поплыло. Следующие несколько ударов по лопаткам, рёбрам, почкам и вновь по голове, были практически неощутимы. - Потащили его вовнутрь,- приказал Дик, достав из сумки большой фонарь,- Если его всё-таки будут искать, то следы будут не такими явными. Кейт, которая с интересом наблюдала за избиением, споткнулась о камень. Он как-то нелепо торчал из земли. Ударом ноги девушка отбросила его в сторону. Теперь могила зайца была могилой неизвестного солдата. Внутри было немного душно, воздух был затхлый, в нём в обилии плавала пыль. Но желание причинить боль было настолько велико, а молодые организмы были настолько сильны, что эти мелочи можно было бы и опустить. Но с ними картина более красочна, не правда ли? - Сюда его,- Дик указал рукой место у стены, вдоль которой были протянуты две трубы,- Привяжите его. Дик поставил фонарь таким образом, чтобы как можно лучше было освещено именно место расправы. Тело Слендера, безвольное и обмякшее, привязывали к трубам толстой бечёвкой, но даже если бы это были совсем тонкие верёвки, Слендер не выбрался бы – слишком слаб он был. Закончив, парни отступили от пленника. К Слендеру подошла Кейт. Было похоже, что ранее она всё обсудила с Диком, поскольку её действия не вызывали никаких эмоций на лице Дика. Нежными руками приподняв голову Слендера, девушка приблизилась к его губам и стала покусывать их. Через некоторое время юноша начал приходить в себя, но от боли после ударов битой его движения были вялыми. Проведя языком от уголка его губ и осыпая поцелуями шею, Кейт дошла до груди. Не экономя времени, девушка расстегнула каждую пуговицу его пиджака, а затем и рубашки, отбросив галстук за спину юноши. Гладя бледное тело Слендера, Кейт водила языком по его груди, оставляя в некоторых местах засосы. Сдвинулся с места один из парней. Почти не обращая внимания на девушку, он брезгливо стянул пиджак и рубашку с правой руки Слендера. Положив его руку на землю таким образом, чтобы локоть был направлен максимально вверх, он с силой надавил на сустав. Раздался жуткий хруст, рука мгновенно отекла и посинела от натекающей крови из разорванных сосудов. Слендер закричал от боли так, как только мог, но взяв его голову в свои руки, Кейт впилась своими губами в губы Слендера. Со стороны это выглядело нелепо и ощущения Слендера сложно описать, а тем более представить их. Сидя у него на бёдрах, Кейт языком ласкала губы Слендера, что через некоторое время заставило его перестать кричать и смириться со своим положением. Боль в руке становилась постепенно всё привычнее, голоса в голове шептали успокоиться и уверяли Слендера, что всё будет хорошо. Но природу не обманешь; кости и разорванные хрящи сустава тёрлись друг о друга, что вызывало жуткие мучения. Кейт в очередной раз коснулась своими губами губ Слендера. Бешеный крик девушки заставил вздрогнуть всех парней рядом, особенно Дика. Когда нервы у всех успокоились, а Кейт перестала носиться в темноте, махая руками и выкрикивая всевозможные нецензурные ругательства, которым научила её жизнь, всё встало на свои места. Нижняя губа девушки была разорвана пополам, она безобразно висела и с неё капала кровь. Кейт сжимала рот и пыталась не кричать, чтобы остановить кровотечение. Ей было страшно, больно и обидно, что ей, такой хорошенькой, причинили боль. Это только подтверждает то, что чувства самого Слендера со сломанной рукой описать невозможно вовсе. Разъярённый Дик с силой с размаха ударил ногой Слендера в лицо. Раздался хруст, челюсть юноши была сдвинута под неествественным углом, изо рта капала кровь. Слендер от удара потерял сознание. Тело Слендера осыпалось всё новыми и новыми ударами, но юноше было всё равно – он еле дышал, мечтал скорее умереть и практически не чувствовал боли. Лишь дикое чувство обиды – за что с ним так? Что он сделал, кому причинил страдания? Прокушенная губа не в счёт, это способ защиты. Боль, причинённая Кейт, для Дика была заводным ключом. Полоснув ножом по рёмню, задев при этом оголённый живот Слендера, Дик быстрыми движениями стянул с юноши брюки, будто он был куклой. Ноги юноши были усыпаны большими родинками, равно как и некоторая часть груди и живота. Через полминуты Слендера лишили одежды, оставив его в застиранных трусах, уже намокших от непроизвольного мочевыделения. Дик поморщился от этого жалкого зрелища. Но, мгновенно отвлёкшись на собственную сумку, лежащую у его ног, вспомнил о чём-то. Наклонившись к сумке, Дик достал из неё два скальпеля, медицинские ножницы и острый нож. - У мамы спёр,- пояснил Дик, мать которого работала хирургом,- Мы пострижём его родинки… Слендер застонал. Он пришёл в себя, увидел острые принадлежности и почему-то сразу понял их предназначение. По два парня навалились на каждую ногу Слендера, двое держали его тело, чтобы не дёргался. Тень Дика, увеличенная близко расположенным фонарём, полностью накрыла жертву подростковой жестокости и необоснованной ненависти. - Я не стану тебя пугать,- произнёс злым голосом Дик,- И не для своего удовольствия я это делаю. Я закончу всё быстро, но постарайся не орать. У меня болит голова. Опустившись на колени у живота Слендера, Дик поднёс скальпель к первой, самой большой попавшейся на глаза родинке. Она находилась слева, на коже, закрывающей последнее нижнее ребро. Прижав скальпель боком к коже Слендера, Дик аккуратно срезал родинку. Слендер дёрнулся, не больше. Медленно и аккуратно Дик срезал коричневые наросты на коже. Кейт взяла в руки нож. Опустившись между двумя парнями, держащими правую ногу, на колени, Кейт безжалостно полоснула по коже, срезав не только родинку, и приличный кусок кожи. Побежала кровь. Дику надоела рутинная работа, теперь он, как и Кейт, простыми рубящими движениями буквально отрубал ненавистные ему, почему-то, родинки. Слендер кричал, боль была невыносимой, но один из «помощников» надёжно держал его рот. Когда тело Слендера было ужасно изувечено, пыльный пол вокруг был залит натёкшей кровью, а у Слендера больше не было сил кричать, парни, Дик и Кейт расступились. Вдруг Дик вновь взял в руки скальпель. Подойдя к измученному и буквально истерзанному телу Слендера, он тихо произнёс: - Ты больше никогда не увидишь этот мир. Мир, которого тошнит от тебя, которому ты не нужен. А мать твоя, последняя придорожная шлюха, даже не вспомнит о тебе. Сказав это, Дик вогнал скальпель Слендеру в левый глаз, выковыривая его, как недоваренное яйцо. Через минуту он повторил эту операцию, но уже с правым глазом. Слендер бессильно уронил ослёплённую голову себе на грудь. Две кровавые струйки потекли по телу, постепенно срываясь с рёбер на землю. Дыхание юноши становилось всё слабее, постепенно пропав вовсе. В полной тишине, в пыльной темноте, лежал труп юноши, высеченный фонарём. Изрубленное тело, избавленное от ненавистных кому-то родинок, было до боли жалким на вид. Кровь на ранах начинала сворачиваться, умирая вслед за хозяином. Сердце больше не могло биться, мозг не мог порождать мысли, а глаза больше не были способны увидеть мир, которого тошнит от юноши с родинками, мир, которому он не нужен. - Пошли отсюда,- уставшим, и немного напуганным хриплым голосом произнёс Дик,- Сначала к речке, отмоемся от этой дряни. Биты и ножи оставим здесь. Вместе с ним. Группа из восьми человек покинула пещеру, оставив её переваривать свежий труп Слендера. То ли от посмертных конвульсий, то ли по некой иной причине, дёрнулась сломанная рука Слендера.