Вместо меня?

Только спустя час после того, как ушел Чанёль, до Бэкхёна начало доходить, что произошло. Во-первых, Пак его поцеловал. Во-вторых, он пригласил Бэка на свидание… Пак Чанёль, которого он любит уже почти шесть лет. Неужели такое правда возможно? Судьба решила сжалиться над ним? Ведь взгляд и прикосновения Чана не могли врать – ему действительно нравится старший. Не опасаясь испугать соседей, Бэкхён громко-громко закричал, потом засмеялся, включил любимую песню и начал танцевать. Ему давно не было так хорошо. Чувство эйфории и счастья просто разрывало на части и очень хотелось с кем-то поделиться своей радостью. Первый номер, который он собирался набрать, принадлежал КенСу. Но что он ему скажет? Может быть, стоит признаться лучшему другу? Или сразу обоим? Точно! Бэк решил, что позовет Чонина и КенСу в гости и расскажет им правду… Но только после того, как они с Чанёлем окончательно станут… парой? Бэкхён снова засмеялся и упал на диван. До сих пор не верилось, что мечты сбываются…Парень закрыл глаза и тихонько провел кончиками пальцев по губам. Стоило лишь губам Чанёля прикоснуться к его, как он, правда, вспомнил. Вспомнил, что прошлой ночью он тоже чувствовал этот вкус и сумасшедший адреналин. Даже сейчас, просто от воспоминаний, сердце начинало бешено колотиться, и пересыхало в горле. Телефон оповестил о пришедшем сообщении. Догадываясь, что это может быть Пак, Бэкхён быстро вскочил с дивана и направился искать свой гаджет. Сообщение действительно было от Чанёля. Чанёль: Вылетаю через пару часов. Повезло, что есть билеты. Раньше вылечу, раньше прилечу. Бэкхён улыбнулся. Он чувствовал себя как влюбленный подросток, который наконец-то убедился, что его чувства взаимны. От каждого знака внимания от Пака хотелось визжать и прыгать. Пусть он не написал ничего такого, но в сообщении чувствовалось, что директор, еще не улетев, хочет вернуться назад. Захотелось в ответ написать что-то нежное и приятное. Бэкхён: Мне будет уже непривычно засыпать без тебя) Чанёль: После такого заявления, единственное, что мне остается – постараться управиться с делами в Китае за день. Бэкхён: А это возможно? Чанёль: Я очень постараюсь! Бэкхён: Хорошо тебе долететь! Ты же напишешь мне еще? Чанёль: Волнуешься? Ваваааа…. Конечно, напишу! Кстати. Бэкхён, обещаешь, что не будешь ругаться, если я буду делать всякие глупости? Конечно Бэк волнуется…А еще Бэкхён скучает. Даже несмотря на то, что Чанёля нет рядом чуть больше двух часов… Бэкхён: Волнуюсь, конечно! И смотря, что это будут за глупости) Чанёль: Романтические. Но мне очень хочется! Бён закрыл лицо ладошками и застучал ногами по кровати. Неужели это он еще вчера собирался навсегда отказаться от Чанёля? Какой бред! Он теперь его ни за что не отпустит… Бэкхён: Ты собираешься делать это из Китая? Чанёль: Не совсем. Увидишь! ;) Бэкхён: Эй! Я же умру от любопытства! Чанёль: Хехе! Мне пора) Я позвоню! Видимо, пока они болтали, Чанёль уже добрался до аэропорта. До Китая лететь каких-то два часа… А потом пара дней в Китае… Да Бэк сойдет с ума! От грустных мыслей его отвлек звонок в дверь. Бэкхён никого не ждал. Единственный человек, который мог без предупреждения заваливаться к нему домой, сейчас регистрируется на рейс в Пекин, а остальные всегда вежливо сообщали о визите. Открыв дверь, Бэк еще больше удивился, поскольку на пороге стоял молодой человек, судя по кепке, из службы доставки, и держал в руках огромного коричневого медведя рилаккуму. - Бён Бэкхён? - Да, - парень напротив выглядел абсолютно безэмоционально, в то время как сам Бэк был крайне удивлен. - Тогда это – вам. И вот тут еще записка, распишитесь, пожалуйста, - вручив медведя, который был в половину роста хозяина квартиры, и получив подпись, парнишка откланялся и ушел. Сомневаться, от кого прилетело это плюшевое чудо, не приходилось. Интересно только, что именно написал его отправитель в записке. «Я банален, да? Хаха. Пусть медведь защищает тебя, пока меня нет рядом. А когда я вернусь, мы выселим его на диван. Целую, Чанёль.» Бэкхён взял в руки мордашку плюшевого зверя и чмокнул его в носик. - Знал бы ты, как сильно я тебя люблю, Пак Чанёль. И вовсе это не глупости романтичные, это так мило… Решив, что нужно тут же поблагодарить Пака, даже если телефон директора уже отключен, Бэк тут же набрал сообщение. Бэкхён: Чанёль, медведь очаровашка! Спасибо тебе за него! Мне никто еще не делал таких подарков. И… я тебя тоже целую. Удачного полета, или, если получишь сообщения после, плодотворно тебе потрудиться. Решив, что смотреть, не отрываясь, в телефон и ждать ответа – глупо, Бэкхён включил один из любимых фильмов и устроился на диване с медведем. Лежать с Чанёлем, конечно, было бы удобнее, но выбирать не приходится. Очевидно, что он задремал, потому что когда он открыл глаза, разбуженный настойчивым телефонным звонком, экран телевизора уже погас, а за окном было темно. На экране высветилось имя Чанёля, и Бэкки поспешил ответить на звонок. - Привет, Чанёль, ты уже в Пекине? - Привет, - как-то слишком сухо ответил Пак, - Да, даже уже успел пообщаться с отцом. - Ого. Долго же я спал! – Бэкхён сел, потирая глаза кулачком. - Всё хорошо? Ты хорошо долетел? - Да, спасибо, я долетел отлично, без задержек. Что-то в голосе любимого тревожило Бэкхёна. Внутри зародилось предательское волнение, которое мгновенно прогнало весь сон. - Точно всё хорошо? Извини, просто у тебя голос не как обычно… - Бэкхён, мне нужно тебе кое-что сказать. Признаться, я даже не предполагал, что дела могут обернуться в эту сторону, - голос, кажется, слегка задрожал. Чанёль сглотнул и продолжил. – Бэкхён, мой отец сказал, что нашел в Китае отличного партнера, совместный бизнес с которым сделает нас чуть ли не монополистами на рынке юридических услуг в Китае… - Тебе придется остаться в Пекине надолго? – сделал предположение Бэк. В голове мелькали тысячи мыслей – одна печальнее другой. Но, пожалуй, вариант, что Чан задержится в Китае не самый худший. - Нет. Я вернусь в Сеул уже завтра… Просто… Черт, Бэкхён, мне было проще бы сказать это тебе в глаза, чтобы ты понимал, как мне тяжело… - Бэкхён никогда не видел Пака в подавленном настроении, поэтому даже не мог представить, как тот сейчас жмурит до морщинок глаза, упираясь лбом в стенку. - Чанёль, что случилось? – Бэк встал и подошел к окну. Высоко на небе одинокая луна несмело бросала свет на темные улицы. Где-то горели фонари, создавая матовое свечение города. «Грустные декорации для слишком печального фильма. Сейчас где-то фоном должен заиграть печальный саундтрек…» - подумал Бэкхён и тоже зажмурил глаза, приложив руку к бешено бьющемуся сердцу. Если Чанни так трудно, значит то, что он собирается сказать на самом деле серьезно. - Я понимаю, что мы ничего друг другу не обещали, и мы с тобой не встречаемся, но я правда собирался пригласить тебя на свидание, хотел, чтобы мы сходили в кино, а потом бы я проводил тебя до дома, поцеловал… И каждый день делал бы какие-то романтичные мелочи, чтобы заставить тебя влюбиться в меня так же, как я влюбился в тебя… Слушая приятный голос Пака, Бэкхён почему-то расплакался… Чанёль говорил так, будто он прощается или хочет навсегда исчезнуть из жизни старшего. Последняя фраза заставила его окончательно раскиснуть. Слезы уже безостановочно потекли по щекам. - Я… Я ведь люблю тебя, Чанёль. С первой нашей встречи… - Любишь? Боже, Бэкки... Пожалуйста, не плачь, ты не должен плакать… И не должен говорить, что любишь меня. Бэкхён, я… женюсь. До конца этого года. На дочке папиного партнера. А после уеду навсегда жить в Китай. Только так наши компании смогут стать партнерами… Медленно присев на пол у окна, Бэкхён сам себе усмехнулся. Вся его жизнь последнее время напоминает американские горки – он то счастлив до безумия от того, что провел с Паком выходные, то видит его с КенСу и решает навсегда вычеркнуть из своей жизни, а потом странная ночь и такие желанные утренние поцелуи, а вот теперь, кажется, всё полетело в такую дыру, из которой Бэку не выбраться. Чанёль женится. И будет жить в Китае. И Бэкхён больше никогда его не увидит… - Бэкхён, почему ты молчишь? - А что я должен говорить, Чанёль? Ты же сам сказал, ты ничего мне не обещал. Мы не встречаемся. Я всего-навсего вот уже почти 6 лет люблю тебя и не вижу никого вокруг, а последняя неделя была лучшей в моей жизни. Спасибо тебе за нее. Спасибо, что позволил почувствовать, каково это, когда тебя любит любимый тобой человек, как это засыпать и просыпаться в самых теплых объятиях на свете, как отключают от реальности сводящие с ума поцелуи. Спасибо, что просто был целую неделю в моей жизни, Чанни. Я не имею права ничего от тебя требовать. - Бэкхён, я… Я не имею права так подводить отца. Если бы был хотя бы малейший шанс отказаться, я бы отдал всё, чтобы приехать сейчас в Сеул и сцеловать каждую твою слезинку, а после сделать так, чтобы ты больше никогда не плакал… - Не говори таких вещей. И вообще, пожалуйста, не звони и не пиши мне. Я возьму отпуск без содержания, пока ты не уедешь в Китай. Мы не должны больше видеться. Я не смогу, понимаешь. Я никогда не мог, но теперь, зная… Истерика всё нарастала. Бэкхён начал захлёбываться своими собственными слезами. Если вчера он думал, что больнее уже не будет, то сегодня понял, что бывает. И не просто больно, а невыносимо. Кажется, Чанёль говорил что-то еще, но Бэк уже не слышал, погружаясь в какое-то полуобморочное состояние…Мысленно моля про себя «Пусть это окажется сном… Пусть это окажется сном…» Он проснулся на диване, крепко прижимая к себе плюшевого медведя. Экран телевизора погас, а за окном было уже темно. Ощутив легкое дежавю, Бэк понял, что все лицо мокрое от слез… Моментально вспомнив причину, грудную клетку словно свело судорогой. Чанёль… Когда зазвонил телефон, а на нем высветилось имя, Бэкхён вздрогнул… Он же просил его не звонить… Рука автоматически нажала «Принять вызов». - Привееееет! – весело протянул Пак. - А я уже в Китае! Быстро, правда? Рейс прошел без задержек. Сейчас закину вещи в отель и поеду на встречу с отцом. У старшего закружилась голова. Что Чанёль только что сказал? Он прилетел в Китай? Сейчас поедет на ужин с отцом? Тогда то, что было раньше… Просто сон??? - Бэкки, ты чего там, уснул? - взволнованно спросил директор, не услышав никакой реакции. Осознав реальность, истерика накатила по новой. Бэкхён в голос разрыдался, заставляя Пака не на шутку испугаться. - Бэкхёни, что случилось? Почему ты плачешь?? - Просто, - всхлип, - Просто плохой сон, Чанни… Очень плохой… - Хороший мой, ну чего ты, ну не плачь… Блин, я сейчас должен быть там с тобой… Кажется, ты правда совсем не умеешь спать без меня… Бэк, это всего лишь сон… Голос Чанёля был таким теплым, нежным и заботливым, что успокоиться не получалось. - Что тебе приснилось? - Я не хочу вспоминать. Я больше никогда не хочу вспоминать этот сон, Чанёль. Еще больше не хочу, чтобы он стал реальностью, я тогда умру. - Боже, Бэкки, не говори так! Пожалуйста, не плачь, постарайся успокоиться… Позвони КенСу или Чонину, пусть они приедут к тебе? Тебе не страшно одному? - Нет, нет… Я слышу твой голос и мне не страшно… - плевать, что сейчас подумает Пак. - Тебе… приснилось, что со мной что-то случилось? – аккуратно догадался Чанёль. Бэкхён глубоко вздохнул и постарался ответить. - Не с тобой… С нами… Это «Мы» так приятно кольнуло сердце младшего, что он готов был пешком или вплавь добираться до Кореи, только чтобы обнять Бэкхёна. - Обещаю, Бэкхён, я обещаю тебе, что с Нами все будет хорошо. Я вернусь и мы пойдем на свидание… Я банально отведу тебя в кино на последний ряд целоваться… А потом провожу до дома и мы снова будем целоваться, я буду каждый день делать маленькие глупости, чтобы ты улыбался и смеялся… Реальный Чанёль говорил такие похожие слова на слова того Пака из сна… Но они были совсем другие. Они обещали, они дарили надежду, они убеждали Бэка, что с Ними действительно будет хорошо…