Глава 6
2 ноября 2015 г., 03:37
***
Катя собирала вещи. Мама сказала, что главное ничего не забыть, чтобы не вернуться. Вспомнив о маме, Катюша улыбнулась. Какие они все же замечательные, ее родители. Папа вначале пытался сделать грозное лицо и «повоспитывать», а сейчас каждую минуту спрашивает, как она себя чувствует, да как чувствует себя его внук. И почему он так уверен, что будет мальчик? Смешной. Катя- то знает на все 100%, что у нее будет девочка с почти черными глазами Андрея, с его неотразимой улыбкой, харизматичная и яркая как он, ее папа. Вспомнив об Андрее, Катюша присела на кровать и задумалась. Она простила его, простила раз и навсегда. В тот момент, когда узнала какой подарок он сделал ей на День ее Рождения, она его и простила. Ей очень хотелось, чтобы у Андрея все было хорошо, чтобы фирма его выжила и чтобы он был счастлив. А она никогда не станет ему мешать жить. В дверях палаты показалась голова Зорькина. Значит за ней уже приехали. Вот сейчас получат выписку и поедут на новую квартиру. Спасибо родителям, Катя только заикнулась, что хотела бы исчезнуть из поля зрения всех, кто ее раньше знал, как мама с папой быстренько обменяли свою квартиру на другой район, доплатили и теперь у них не двушка, а трешка, чтобы у маленького тоже была своя комната, пусть крохотная, но своя. Теперь Андрей ее никогда не найдет. Даже если бы захотел. Он, конечно же, не захочет, но так, с обменом, Катюша сможет думать, что Андрей ее все-таки искал, но не нашел. Так приятнее думать. Ведь правда? — Колька, заходи, поможешь с вещами. — Привет, Пушкарица. Ты как? — Нормально. — Катька, я долго думал. Очень долго. И вот, что я хочу тебе предложить. Ребенок не должен расти без отца. Давай поженимся и запишем малого на мою фамилию. Катя расхохоталась. — Поженимся? Я и ты? Нет, Коленька, я тебя слишком люблю, чтобы выйти за тебя замуж. — Катька! Ты мне отказываешь? — Конечно. — Смотри, такими женихами не разбрасываются. А знаешь, я тогда крестным буду. Ладно? — Договорились, Колька. Будешь крестным. — Кать! Ну, мне-то ты можешь сказать, кто отец нашего ребенка? — Зорькин! Поссоримся! — Все-все. Молчу.***
В тот вечер, когда все могло пойти по другому, в тот вечер, когда Андрей уже знал, как искать Катю, все пошло кувырком. Прилетела мама. С Ромкиной подачи прилетела. И понеслось… понеслось на долгих четыре дня. Вначале мама пыталась его ругать, потом стыдить, потом взывать к разуму. Но сдался Андрей только тогда, когда маме вызвали скорую. И то… сдался — это не совсем точное слово. Скорее согласился поговорить. Если до вызова скорой на все у него был один ответ: «Оставьте меня в покое», то после сердечного приступа мамы, он согласился поговорить. — Андрюшенька, ведь все рушится в «Зималетто», неужели тебе это безразлично? — Мама, ты даже не представляешь насколько. — Но почему? Ты же так хотел стать президентом, ты же с детства мечтал о «Зималетто»… Ну, неужели ты из- за этой странной девочки можешь забыть о фирме, о людях, которые там работают, наконец, о Кире. Это же немыслимо. Ты только вспомни, какая Кирюша умница, какая красавица. Как она верна тебе, как тебя любит. — Мама, остановись. Я не люблю Киру. Я устал от нее. Я видеть ее не могу. Я слышать ее не могу. Вечные звонки, вечный контроль и ревность, ревность, ревность. А этот ее ничем не оправданный снобизм. Эта ее манера унижать людей, тоже мне, аристократка. — Андрей! Кира ведь не просто так ревнует. Ведь ты ей все время поводы давал. — Мама! А что она хотела? С ее фригидностью, с ее постоянными скандалами. Да любой на моем месте давным давно бежал бы от этого ада. — Хорошо. И что, эта нелепая девочка лучше? Она тебя подставила, она фирму подставила. Она предала нас всех, а тебя подставила. Что мне отцу сказать? Как дальше быть? Что делать? — Не знаю, мама. Катя знала, а я не знаю. Я ничего без нее не знаю. — Сынок, ты что же ее любишь? — Еще вчера я не знал, а сегодня я могу тебе сказать. Да, мама, я ее люблю. Я так ее люблю, что если не найду, то и жить не стоит. — Ты с ума сошел. — Так положи меня в психушку. Может хоть там, когда меня накачают психотропными, мне станет легче. Я забуду о той боли, которую причинил Катюше. Это было последней каплей. Маргарита Рудольфовна поняла, что все очень серьезно. И Андрей не блажит. Он влюблен и страдает. Андрея нужно было спасать.***
— Кать! Тебя выписали? — Да, Юлиана. — Тогда жду тебя у себя к 11.00 — Договорились. Буду. Пушкарева приехала на свою новую работу без опозданий. Ровно к 11.00 — Итак, ты с сегодняшнего дня моя младшая, пока, компаньонка. И должна меня слушать безоговорочно. Не раздевайся, мы уходим. — Куда? — Увидишь. Ты принесла антикризисный план? — Да, вот он. Катя достала из сумки папку и передала ее Юлиане. — Ну, что. Поздравляю нас всех. Пиар агентство Виноградовой выходит на новый уровень. Отныне мы не только пиарим, но и разрабатываем бизнес планы и антикризисные планы. И мы сейчас идем отмечать это событие. — Мне пить нельзя. — Я знаю. Пить мы не будем. Мы будем себя баловать. Но, повторяю, ты должна слушаться меня безоговорочно. Юлиана подхватила Катюшу под локоть и вывела на улицу, где их давно ждало такси. Они ехали минут 20 и остановились возле салона красоты «Celebrity», что на Маяковской. — Зачем нам сюда? — спросила вдруг оробевшая Катя. — Ты помнишь? Безоговорочно! Все. Вперед. В новую жизнь!
Примечания:
Что- то я слишком подробно все описываю. Не скучно?
