Сверхъестественные материалы

      На берегу реки, оцепленном желтой лентой, лежал утопленник — совсем еще юнец, ровесник Альфреда, красивый и сильный. Вернее, он был красивым до тех пор, пока не захлебнулся: раздувшиеся черты лица, посиневшая кожа, липкая холодность обнаженного тела. От мысли, что, если бы он, Альфред, вовремя не спохватился и не убежал, то сейчас был бы на его месте, Джонсу стало дурно, его замутило, и он поспешил отвернуться, сглатывая мерзкий ком в горле. «А ведь он так молод, как я, ему бы жить и жить», — и его чуть не вывернуло наизнанку. Кажется, единственное, что заставило его хоть чуть-чуть успокоиться — это легшая на локоть ладонь Артура.        — Несчастный случай? — как через слой ваты, прозвучал голос Франциса.        — Пока что следов насилия не обнаружено, — ответила темнокожая судмедэксперт, осторожно переворачивая тело. — Похоже на случайность — здесь дурные места, плавать нехорошо.        — Русалка утопила, — едва слышно просипел Альфред, смаргивая невольные слезы с глаз, однако эти слова не остались незамеченными для Артура. Впрочем, агент ни на секунду не поверил в легенду: нечего плавать в запрещенных местах. Хотя парня жалко.       Тем временем пришел и шериф, разогнавший зевак. Отпускные агенты ФБР тоже двинулись прочь, Альфред поплелся за ними. Перед глазами стояла виденная вчера русалка, ее черные бездонные глаза и вытянутая костлявая рука.       И еще кое-что не давало юноше покоя, а именно — неизменное шило в «пятой точке», пинками толкавшее его на поиски истины, которая, как известно, всегда где-то рядом.       Собственно, Артур так и предполагал, что после встречи с русалкой напарник не будет сидеть на месте. А уж утопленника мальчишка точно записал на счет «женщины-рыбы». Так что он не особо удивился, заметив пропажу юнца вскоре после случившегося. Решив, что «чем бы дитя не тешилось», предпочел заняться более расслабляющими вещами, а именно — чтением, а затем и легкой дремой под стук начавшегося дождя по окну. Францис, выразив соболезнование родственникам погибшего, ушел в местный магазин, а уж по даже самым мелким магазинчикам он мог таскаться часами, не замечая времени.       Лишь вечером, когда дождь уже лил как из ведра и когда Артур уже начал немного беспокоиться, как же подопечный доберется до дома без зонта, на пороге объявилась «пропажа» — мокрая до нитки и со странным для Франциса выражением лица. Впрочем, Артура это выражение вовсе не удивило: Альфред занялся очередным расследованием. Бессмысленным, разумеется.       Хотя мальчишка еще ни разу не ошибался… но эти мысли Артур гнал из головы прочь.        — Связи между жертвами нет, — выпалил Альфред, отряхиваясь, как собака, и разбрызгивая капли воды чуть ли не по всему холлу. И, разумеется, игнорируя негодование хозяина дома.        — Какими еще жертвами? — вскинул брови Артур.        - Ну, всеми теми, кто утонул на вашей реке за последние пару лет.       Артур обернулся к недоумевающему Францису и демонстративно закатил глаза:        — Началось. Это несчастные случаи, придурок. Конечно, между ними нет связи.        — Да слишком уж много у вас утопленников — не в обиду, Франц! Тут явно что-то нечисто. Может, русалка, а может, и преступник, который прикидывается русалкой — помнишь про инопланетян, чупакабру и мумию? И я хочу провести свое собственное…        - Так, всё, — прервал тараторящего юношу Артур, сердито хмурясь. — Слушай, извращенец, — обратился он к Бонфуа, — у тебя нет каких-нибудь наручников и кляпа, чтобы держать этот ходячий кошмар на привязи, пока отпуск не закончится, и я не заберу его в город?        — Есть только розовые шелковые простыни — можно его в кокон закутать, — в тон ему ответил Францис, окидывая Альфреда задумчивым взглядом, на что тот скривился.        — Да ладно, не будьте занудами! Совпадений не бывает! Это всё явно неспроста! ***       «Всплеск преступлений начался десять лет назад. Хм… Конечно, и до этого люди тонули, но десять лет назад начали особенно часто», — подперев голову рукой, Артур листал архивные записи в единственном полицейском участке деревни Натчез. Альфред убежал расспрашивать свидетелей, сталкивавшихся с русалкой, а Кёркленд тайком тоже занялся расследованием — чтобы убедиться, что напарник не наломает дров. И вот теперь он листал старые желтые страницы (по старинке в деревушке всё еще использовали бумагу вместо компьютеров) и вчитывался в местами выцветшие слова.       Неожиданно кое-что зацепило внимание Артура. Сверкнув глазами в блеклом свете лампочки, он склонился над записями. … — Шериф…        — Просто Тим, — отозвался местный шериф — высокий нордический мужчина со шрамом, пересекавшим бровь. Он оперся о капот своего джипа, который до этого он любовно начищал до блеска. — Там Ваш помощник лазил в архив, Вы в курсе? — он с неприязнью глянул на агента холодными светлыми глазами.        - Да, в курсе, — несколько более ядовито, чем хотелось бы, ответил Артур. — Кажется, в его неожиданном любопытстве есть резон. Видите ли, он выяснил, что некоторое время назад гибели на реке излишне частые. Я же узнал, что они существенно участились десять лет назад. — Он чуть запнулся: он не любил говорить на щекотливые темы. А кто любит? — Я понимаю неуместность моего замечания, однако случаи утопления участились после гибели Вашей жены там, на реке.        — Сестры, — сухо поправил шериф. — Эмма была моей старшей сестрой.        — Прошу прощения, мои соболезнования.       Шериф промолчал, сверля Артура холодным взглядом.        — Вы считаете, это как-то повлияло на возросшее число утоплений? — в голосе прозвучало такое презрение, что даже Артур, привыкший к самым различным интонациям, едва заметно поёжился.        — Совпадение? Возможно. Простите за отнятое время, Тим, — он уже было развернулся, чтобы уходить, однако шериф добавил:        — И я запрещаю Вам и Вашему помощнику копаться в архивах или еще где-либо. Перепутаете всё, а мне потом восстанавливать.       Беседа с шерифом Тимом не вылезала из головы Артура. Его запрет интуитивно показался ему странным, однако, по логике, в нем ничего необычного не было. Кёркленду и самому бы не понравилось, если бы в его город приперлись посторонние люди и начали лезть в его дела. По возвращении домой к Францису он, разумеется, поделился с ним информацией в предельно аккуратных выражениях. Бонфуа выразил недоумение, мол, и в голову бы не пришло ничего подобного.       И весь вечер Артур ощущал на себе его странные взгляды — словно бывший напарник знал, что он собрался делать.       А вот Альфреду он ни слова не сказал. Из гордости. Не хватало, чтобы малец снова хвастался своей потрясающей догадливостью, умом и тем, что недоверие агента оказалось напрасным опять. ***       Спрыгнув в траву под окном и глубоко втянув в себя насыщенный холодной осенней влагой воздух, Артур покачал головой, поражаясь сам себе. С каких это пор он вылезает из окна и тайком собирается пробраться к реке, чтобы исследовать берег? Конечно, проще было бы сделать это днем, но «а» — гордость, и «б» — надежда самому увидеть эту «русалку» и убедиться, что это всего лишь обман.       Да и местные поздние вечера просто изумительны! Невольно Артуру вспомнился осенний Лондон, мокрый парк, палые листья и продирающий по незащищенной коже острый холодок. В то время он тоже был в отпуске, вот только он не был занят всякой подозрительной ерундой вроде выслеживания мифических русалок. А всё влияние Джонса, чтоб его!       Вот и место утоплений. Ничего примечательного: большой валун возле берега, река здесь прямая и спокойная… Почему же в столь мирном месте тонут люди? Прислушавшись к порывам ветра, вызывающим невольные слезы на глазах, Артур приблизился к валуну. Включил фонарик, осмотрел камень со всех сторон, ощупал гладкую поверхность. Валун как валун, ничего особенного. Хотя нет, погодите… Он потер пальцем темное пятно на верхушке камня, присмотрелся к нему, принюхался. Растер между пальцами, глядя, как состав рассыпается липкими крошками по коже. Похоже на ржавчину. Откуда здесь ржавчина?       А затем Артур услышал плеск воды. Резко подняв фонарик, он чуть ли не нос к носу столкнулся с существом, точь-в-точь из рассказов Франциса и Альфреда. Существо издало странный скрипящий звук, и, повинуясь резко взметнувшейся интуиции, агент обернулся в попытке увернуться от того, кто был сзади.       Однако не успел. Последнее, что он видел перед тем, как потерять сознание от удара в висок, были длинные светлые волосы, налипшие возле голубых глаз.        - Ну, ну, ну! Подними трубку! — тем временем носился по гостиной Альфред, тщетно пытаясь дозвониться напарнику. Как назло, ответом было лишь равнодушное механическое «Абонент временно недоступен». Францис тоже свалил куда-то — вроде в ближайший магазинчик, и, как обычно, пропал там, благополучно не слыша телефона — как и обычно. И чувство того, что происходит что-то очень плохое, не покидало юношу. Наконец, не выдержав, он накалякал записку для Бонфуа, и, схватив куртку, бросился к реке.       Преступник тоже не терял времени даром. Порадовавшись, что телефон Артур отключил заранее, чтобы его не беспокоили, блондин последним пинком ноги отправил бессознательное тело агента Кёркленда в самое глубокое место реки. То место, где тонут все.