Двое не спят

- Не тяни уже, - тоскливо произнес Майтимо, отворачивая лицо. - Мой лорд. Финдекано, который лежал рядом, подперев ладонью щеку, тихо рассмеялся. - «Мой лорд»? А как же «Финьо, чтоб тебя пинком в Ильмарин через Валинор»? - Никогда бы не посмел сказать ничего подобного моему королю, - покачал головой Маэдрос. Рыжие волосы разметались по подушке, а лорд Химринга был необычно мрачен даже в присутствии своего друга. - Но ведь говорил же. В помрачении рассудка? - Должно быть. Мне нет оправдания и прощения, так? - Ну, разумеется, - рука Фингона скользнула вниз по телу любовника, и тот заметно напрягся. Нет, Майтимо, как обычно, оставался ироничным и в то же время бесстрастным, но Фингон наизусть знал любимое лицо и видел, как брови чуть нахмурились, а губы сжались. - Да перестань ты, - Финдекано, напротив, находился в приподнятом и смешливом настроении. Покрывало чуть съехало, и он тут же его поймал, заботливо накрывая возлюбленного. - Я же не возражаю против того, что твои братья обсуждают, кто из нас тут король и королева нолдор. - Что?! Это кто такое сказал? Небось, Тьелко... голову ему откручу. - Не надо, он еще не всех дев в Белерианде совратить успел... С открученной головой ему это вряд ли удастся. А если серьезно, братья тебе просто завидуют. Нет, не хотели бы занять твое место, а завидуют твоему влиянию. - Завидуют? Сами бы попробовали... - Да? Я тебя внимательно слушаю. Кого мне предложишь - Морьо или Кано? - А почему именно их? - с подозрением прищурился Майтимо. - Это они просто твоего характера не знают. - А характер у меня мягкий и спокойный, не забывай. - Я помню... мой лорд, - так же мрачно ответил Маэдрос, чувствуя, как рука друга медленно прошлась по бедру. - Слушай, ну карай ты меня уже быстрее, сил нет терпеть... - Пощады не дождешься, - Финдекано тряхнул головой, и перевитые золотом тяжелые косы упали на грудь возлюбленного, прикрывая давние, зажившие шрамы. - Я так и знал... - Маэдрос попытался расслабиться, чувствуя, как тонкие и сильные пальцы нащупали вход в тело, и чуть зажмурился, ожидая боли и прерывисто вздыхая. - Финдекано, ты не только Отважный, но еще и Безжалостный. - Ничего подобного... мне тебя каждый раз жалко. И перестань так жмуриться, а то я подумаю, что тебе и в самом деле больно. - Вовсе нет, - Майтимо даже приподнялся. - Я еще помню, как ты счел, что мне больно... ты же меня ласками измотаешь. - Время у нас есть, вполне могу... ночь длинная. - А, так значит, воля моего короля обрекает меня на муки в течение всей ночи? - И это ты еще легко отделаешься. Но вот в прошлый раз я как-то никаких особенных мук у тебя не увидел... - А когда это было-то? - хмыкнул Маэдрос. - Я уже и не помню. - Вообще-то, при твоем прошлом посещении Хитлума. - А, так вот чего у меня так... - Давай, начинай уточнять, где и что у тебя болело после... но ты, суровый и сильный воин, даже в седле наутро ровно сидел. Герой. Хотя нет, герой ты был вечером - я столько выпить не могу... - Финьо, перестань издеваться! - Маэдрос выдохнул и чуть приподнялся, потому как пальцы Финдекано как раз проникли чуть глубже, и он постарался устроиться удобнее. - Я уже скоро вообще не смогу разговаривать... - Ты и во время можешь, - хмыкнул Финдекано, лукаво закусывая губу. - Первый раз вспомни. - В смысле, первый раз, когда я... - Майтимо, откуда такое смущение в голосе у сына Феанора? Вы же там непревзойденные ораторы все через одного. В первый раз, когда ты мне отдался. Заметь, даже я уже привык так говорить. - Я все эти разы помню! Все пять, даже если считать тот, когда я напился. - Семь, - улыбнулся Фингон. - Ты не один раз напился. И пожалуй, один из этих разов я не буду тебе пересказывать... - А что я натворил?! - Ничего особенного. Кроме того, что сам чуть ли не умолял. - Да не может быть такого, - уверенно заявил Маэдрос. - Что, так со мной не нравится? - Хм... да нет, почему же, нравится... это когда было? После твоей коронации? - О, да ты что-то помнишь? - Смутно. Пальцы Финдекано покинули тело, и Майтимо выдохнул. Терзать его перестали, а это значило, что в ближайшем времени стоит ожидать... - Смотри на меня, - Фингон повернул голову возлюбленного за подбородок, удовлетворенно наблюдая, как в глазах Маэдроса вспыхнуло яростное пламя негодования — и тут же погасло. - Ну, давай уже, - тоскливо произнес он. - Еще раз такое скажешь — и следующий раз будет куда более жестким, - безмятежно пообещал Финдекано. - Ну... надеюсь, я тебе до следующего раза еще отомстить успею, - усмехнулся Маэдрос. - Не сможешь... Я-то вовсе не считаю, что подобное умаляет мою королевскую или нолдорскую честь... О, как глаза-то засверкали! Мне это по душе, - Финдекано легко переместился, словно в бою, и на лицо Майтимо упали аккуратно заплетенные черные волосы старшего сына Финголфина. - Лучше помолчу, - процедил он. - Да, у тебя даже благоразумие где-то там есть... типичное нолдорское благоразумие. Как звучит-то... - Финьо, не доводи меня, а? - Странно, я думал, тебе это нравится. - Да не в этом смысле... Ох, да что ж ты творишь, - Маэдрос невольно выгнулся и закусил губу, впиваясь пальцами неповрежденной левой руки в предплечье возлюбленного. - Пояснить, что я творю? - выдохнул Фингон. - Ты вроде раньше быстро соображал... - Нет, я тебе даже мстить не буду, - пробормотал Маэдрос, запрокидывая голову. - Вызову тебя на поединок за такое... - Я твои приемы, Майтимо, знаю лучше тебя самого.... Да, и вот эти тоже, кстати, - Фингон потянулся за поцелуем, и ему тут же ответили горячие сухие губы. - Так что не рассчитывай на победу. Поцелуй так толком и не прервался — партнеры только чуть отстранились друг от друга, двигаясь уже в едином ритме. Маэдрос непроизвольно мотнул головой, почувствовав, как его отнюдь не нежно тянут за волосы, а в следующую секунду уже не смог сдержать и стона, сорвавшегося с губ. - И не говори, что тебе это безразлично или не нравится, - Фингон снова накрыл его губы своими, но не до конца, словно желая впитать в себя стоны и дыхание возлюбленного. Маэдрос почувствовал, как рука Фингона отпустила его волосы и скользнула по телу, к поясу и чуть ниже. - Не дождешься, - прохрипел Майтимо. В такие моменты ему было совсем мало надо — уже достаточно скоро тело пронзила сладкая судорога, перед глазами замелькали разноцветные круги, центром которых сейчас была тонкая золотистая ленточка в заплетенной косе. Маэдрос чувствовал, как его телом еще упиваются - ощущались и последние резкие движения, и последние отчаянные ласки, но он уже пребывал как будто не здесь, наблюдая все происходившее сквозь пелену яркого, поистине пламенного чистого наслаждения. Чуть позже и Фингон взял свое — содрогаясь и склоняясь над возлюбленным, неосознанно ища губами его висок или пряди волос.... Нет, за наслаждение никто из них никогда не благодарил другого. Они еще не скоро улеглись, как приличествовало бы супругам после вдохновенной любви — обоим казалось, что они ненадолго потеряли сознание. Могли пройти пара минут или пара Эпох — никто не заметил бы этого. Маэдрос, закрыв глаза, машинально гладил Финдекано по предплечью, еще чувствуя напряжение в его руках — одна из них сейчас обвила его за плечи, другая — за талию. И ослаблять стальную хватку воина эти руки явно не собирались. Маэдрос, первым немного пришедший в себя, сейчас покорно терпел невменяемость возлюбленного, отлично зная, что и сам в такие моменты не вполне владеет собой. Надежные объятия сильных рук были даже приятны, и Майтимо прикрыл глаза, погружаясь в легкую дрему — сейчас можно было расслабиться, а этого ему обычно не доводилось, да и он сам себе не позволял. Впрочем, как оказалось, прошлое могло отравить и это — Маэдросу словно наяву померещилось, что те же руки обнимают его, завернутого в синий плащ на спине Великого Орла, а состояние между сном и реальностью напомнило то полубессознательное состояние, в котором он находился тогда несколько дней. Даже снова почудилась постоянная боль, то резкая, то ноющая... - Финдекано... - прошептал Майтимо, отчаянно хватаясь за призрачную защиту. Фингон мгновенно открыл глаза и приподнялся на локте. - Опять? - встревоженно спросил он. - Все хорошо. Я здесь. Держи меня за руку. Сейчас пройдет. Финдекано не торопился с утешениями — знал, что сделает только хуже, возлюбленный никогда и никому не позволял себя ни жалеть, ни успокаивать. Поэтому он даже несколько отстранился, только сплетая пальцы с пальцами левой руки своего Майтимо, и тот сразу стал дышать ровнее, а через несколько томительных секунд открыл глаза. - Наверное, мне не стоило... - нахмурился Фингон, но тут же увидел знакомый взгляд серых глаз с поблескивающими в них искорками. - Даже для того, чтобы навсегда избавиться от твоего очаровательного возмездия, я бы не сказал, что тебе чего-то не стоило делать. Это было бы нечестно. Со мной все хорошо, Финьо. Ты всегда волнуешься за меня больше, чем следовало бы. - Зная твой характер, я волнуюсь за тебя ровно столько, сколько и следует, - Фингон успокоенно улегся рядом и повернулся на бок, чтобы видеть лицо Майтимо. - А то и меньше, чем следует. Хочешь поспать? - А ты что, со мной уже закончил? Фингон фыркнул, отбрасывая волосы на спину: - Видя твое состояние, я тебя пожалею и сегодня больше не трону. - Ну ты и... Где так натренировался, на дипломатических переговорах с Тинголом? Мне теперь что, самому напрашиваться, что ли?! - А это уж как пожелаешь. Маэдрос на несколько мгновений призадумался, а потом объявил: - Сейчас будет речь. - Торжественная? - Фингон с интересом взглянул на возлюбленного. - Весьма. - А то мне их не хватает... но от тебя обычно даже соблюдения положенных церемоний не дождешься, так что я слушаю. Начинай. - Обращаясь к тебе, Владыка народа нолдор, сын светлого Амана и сиятельного рода Финвэ... - Ох, нет. Честное слово, даже посланцы Ородрета со своими заготовленными речами так мои уши не терзают. Может, сразу к делу? - Сразу к делу — обычно моя прерогатива, - хмыкнул Маэдрос, но кивнул и продолжил в том же стиле. - Ваше беспокойство за меня согревает мне сердце, и я принимаю его от своего Владыки с глубочайшим почтением и радостью, но столь нежного внимания вашего я не заслуживаю. И повседневные дела мои, и душевные заботы находятся в полном согласии и равновесии, никаких страданий я не испытываю. Если вам за совершенный мною проступок будет угодно своею властью подвергнуть меня наказанию, я приму его с честью и смирением, и... - Майтимо, - Фингон прикрыл глаза рукой. - А ты-то этого где набрался, не в Химладе же? Знаю я, как ты управлять умеешь. Речи тебе Макалаурэ пишет, но ты обычно и без них обходишься — владения братьев объехал, всем по шее дал, и снова все в порядке... - А тебе не нравится, как я умею управлять? - нахмурился Маэдрос. - Ты же знаешь, я в твои дела обычно не лезу. И обычно мы можем договориться. - Ну, не всегда, - усмехнулся Майтимо. - Я еще помню, как мы с тобой в позапрошлом году поругались. - Да это все помнят. Нельданаро мне на следующий день сказал, что всерьез опасался за королевский дворец и за жизни правителей... - Мы же двери закрыли! Знали ведь, что ругаться будем. - А под этими дверями знаешь сколько эльдар уши грело? - язвительно поинтересовался Фингон. - Ты же не стеснялся ни в выражениях, ни в силе их озвучивания. Если хотел скрытности, нам надо было уехать куда-нибудь подальше. - Да, я тогда... лишнего тебе сказал. Честно говоря, вообще думал, ты прикажешь меня пару дней где-нибудь в подземелье подержать, чтоб остыл. - А ты прав, была у меня такая мысль, - усмехнулся Финдекано. - Ты ведь кого угодно довести можешь... - Почему же не сделал этого? Я бы не стал сопротивляться. Наверное. - А толку? - тоскливо протянул король нолдор. - Я же первый через два-три часа не выдержу. Ну, как сам отойду. Ты-то куда дольше злиться можешь... Мне тебя станет жалко, сам пойду тебя освобождать и чуть ли не каяться. Оно мне надо? - Я это учту, - улыбнулся Майтимо. - Моя слабость к одному рыжеволосому воину вообще предоставляет тебе слишком большие возможности, - напоказ нахмурился Фингон. - Назови хоть раз, когда я бы ими воспользовался. - Нет, в бесчестности тебя не упрекнуть, - покачал головой Финдекано. - Впрочем, тебе это не мешает врываться в Хитлум во главе отряда и требовать короля прямо сейчас, здесь и немедленно. Хорошо хоть, тебе выдержки хватает, и ты не пытаешься уложить короля прямо сейчас, здесь и немедленно... - Ты так говоришь, как будто я твоими желаниями вообще не интересуюсь, - возмутился Маэдрос. - А в нетерпении ты меня всю жизнь упрекаешь. Знал бы ты... В Химринге холодно и неуютно. Разве что Макалаурэ приедет на свадьбу кого-нибудь из воинов, попинает, чтоб занавеси постирали и ковры перестелили, потерзает арфу и уедет. Под его пение я хоть засыпаю спокойно... - Майтимо, - Фингон порывисто прижался к возлюбленному. - Не надо... Сейчас все хорошо. И мы вместе. Как смогу — я тоже к тебе приеду. - Ты только заранее предупреди, - обеспокоился лорд Химринга. - И не подумаю. Сделаю тебе приятное и приеду неожиданно. - Не надо! Представляешь, что мои приближенные подумают при неожиданном визите короля нолдор? - Что их лорда сейчас повесят на ближайшем дереве? - Именно. Да и вообще, я тебе покои приготовлю. - Меня и твои покои устроят. А у тебя там что, и голову преклонить негде? - Да есть, конечно. То близнецы со своими воинами приедут, то Карнистир привезет гномьего пойла... а оно забористое, надо сказать... ночуют же все как-то. Но это не для короля. Уж слишком по-походному. - Тебе рассказать, как я ночевал во время перехода через Хэлкараксэ? Ты так говоришь, будто я изнеженная дориатская дева. - Нет. Но все равно, это не для короля. Кстати, а это гномье пойло у меня еще осталось. Пока. Приезжай побыстрее, надо тебе дать попробовать. - Майтимо, у тебя каждый раз при нашей встрече какое-то навязчивое желание меня напоить, - вздохнул Фингон, перебирая рыжие пряди. - И ведь тебе удается. Я что, такой забавный, когда выпью? - Ты расслабляешься, - задумчиво ответил Маэдрос. - Смеешься, любишь весь мир... я даже Валинор вспоминаю в такие минуты. В прошлый раз еще и королевский венец померить дал, давно я этого дожидался... - Да?! Я этого не помню... надеюсь, мы были одни? - Конечно. Я бы не стал тебя компрометировать. - И как тебе... на померить? - Давит немного. У меня, наверное, голова больше. А вообще, я когда-то его уже мерил... в переносном смысле... приятно, конечно, но не могу сказать, что мне слишком понравилось. - Да как это вообще может нравиться, - покачал головой Финдекано. - На свою долю я роптать не смею, но знаешь... не было бы этого всего, я бы просто к тебе в Химринг уехал. Пожили бы... как подобает нолдор. - Так приезжай. Пару месяцев-то тут без тебя уж как-нибудь? - Пару месяцев — да, - Фингон чуть приподнялся и нежно провел рукой по щеке и уху возлюбленного. На губах того играла непринужденная ласковая улыбка. Совсем такая же, как и в дни юности, теперь она резко контрастировала с неровным белым шрамом, пересекающим бровь. Финдекано вспомнил того Майтимо, которого он вырвал из оков Моргота и привез в Хитлум — израненного и изломанного, с неровно отрезанными волосами — и помотал головой, отгоняя страшные воспоминания. Сейчас все было хорошо, и не хотелось задумываться над тем, что будет дальше. - Я приеду, - кивнул Фингон. - Но тебя предупреждать не буду. Как король, вполне могу. Должны же в этом быть и положительные стороны. - Представляю, какая суматоха начнется... Даже интересно на это поглядеть. - А может, и стоит предупредить... - Финдекано тоже представил и задумался. - Братьев позовешь. Сколько я их уже не видел! - Ну, по крайней мере Тьелко и Курво ты раньше не горел желанием видеть. - И их зови, - махнул рукой Финдекано. - Всё равно они все про нас знают. Раньше не думал, что буду скучать по твоим братьям. Но в вашей компании мне спокойно и весело. - Так это пока они не поругаются... - Майтимо, покои для меня готовить не надо, а вот братьев предупреди, чтоб при мне не ругались, а? Сделай мне такой подарок. Маэдрос на секунду задумался, чуть нахмурился, и серые глаза его блеснули сталью: - Хорошо. Сделаю.... хм... мой лорд. - Знаешь, мне за них уже страшно, - усмехнулся Фингон. - А вообще-то, только ты во всем Белерианде можешь делать невозможное — указывать феанорингам, как им следует себя вести. - Вернусь — напишу братьям, - фыркнул Маэдрос. - Как приедешь, тебя будет ожидать атмосфера полного дружелюбия и взаимопонимания. А если что не так — ты мне только скажи. - Может, все-таки поспишь? Ты явно устал. - Нет. Мне жаль времени. У нас с тобой его всегда было немного. - Даже в Валиноре, - грустно кивнул Фингон. - От отца твоего прятались, от всего Тириона... - Но твой-то отец знал. Ведь когда застал нас, меня не убил... даже покрывал нас иногда. - Ему это было тяжело, - вздохнул Фингон. - Давай не будем. А то снова вспомню об отце. - Хорошо. Но спать я все равно не хочу. - На втором этаже есть арфа, - вспомнил Финдекано. - Могу притащить и тебе поиграть. Под песни Макалаурэ-то ты засыпаешь. Мне с Кано, конечно, не равняться, да и я давно не касался струн, но могу попробовать. - Да ну тебя, - пробурчал Майтимо, обнимая возлюбленного за плечи. - Еще я тебя тут отпущу по дворцу бродить... И так у тебя завтра все утро повседневные хлопоты займут. - А потом можем поехать погулять. Хочешь? Прихватим еды, в траве поваляемся, можем поединок на мечах устроить — тебе ведь такое нравится. - Еще бы не нравилось. Ты рядом, и никто не отвлекает. И в такие моменты очень хочется послать письмо в Аман для Валар. - Какое еще письмо? - удивился Финдекано. - Что бы ты хотел им сказать? - Что проклинать они меня могут сколько угодно, но я уже был счастлив здесь... что бы там дальше не случилось. Финьо, я все равно не сплю, так ты собираешься или нет? - Что собираюсь? Карать тебя далее за необдуманные слова? - Ну, - помрачнел Маэдрос. - Ладно. Дарую тебе свое прощение. - Ох, да быть не может... благодарю, Владыка, а развернуть вас можно? - А что, так хочется отомстить, сын Феанаро? - насмешливо осведомился Финдекано. - Вот после этого — уже не хочется, - пробурчал Маэдрос. - Но хоть обнять-то дозволите? - Дозволю, - Фингон аккуратно повернулся на бок, привычно стараясь не задеть поврежденную правую руку возлюбленного. - Обнимай, великий воин. И спи. Завтра отыграешься.