Безумие.

Тишина. Ни звуков природы за окном, ни горничных за дверью. Все будто вымерли и осталась лишь я: жалкая, убогая, униженная. На часах 3 утра. За окном зима, в голове пустота. Ничего не осталось, всё как будто сдохло где-то там внутри. Я перевернулась на бок и закрыла глаза. Уже не плачу, всё что можно уже выплакала, больше некуда идти. Тупик. Обратно перевернулась на спину. Открыла глаза. Посмотрела на потолок. Какие-то умудренные узоры, какие-то загогулины, какие-то круги. Круги под глазами. Не сплю уже четвертый день. Прошел год, но я по-прежнему вижу страшные сны, я по-прежнему падаю в обмороки и я по-прежнему жду его сильной и большой руки. Я хочу, чтобы он помог мне встать, глубоко вдохнуть свежий воздух и просто спрятать у себя в объятиях. Flashback - Я хочу увидеть ее! - спокойный, но властный голос послышался за дверью. Я закрыла глаза, молясь, чтобы ее не впускали ко мне в палату. Но, к сожалению, дверь приоткрылась и высокая худощавая женщина, у которой цвет волос напоминал колосья пшеницы, а глаза отдавали зеленоватым оттенком, медленно вошла и присела на стул, стоящий возле койки. - Я знаю, ты не спишь, - вальяжно сказала она, слегка постукивая пальцами по подлокотнику. Я открыла глаза и уставилась в потолок. - Злишься на меня? - Сделай одолжение: выйди отсюда и больше не заходи. - спокойно ответила я. - Пойми, я сделала это для тебя! Я ведь хотела как лучше. - Для меня? - я хмыкнула, - ты это сделала для кого угодно, но только не для меня. - Арина... - И что ты этим добилась? Снова положила меня в психушку? Лишила последнего... Я ненавижу тебя. Хочу, чтобы ты сдохла, тупая мразь. Она слегка улыбнулась, продолжая выстукивать пальцами. - Ни капли не изменилась. Всё такая же нахалка и грубиянка. Сразу видны мои гены. Наступила тишина. Я так сильно хотела врезать ей, но мои руки и ноги были привязаны. Ёбанная психиатрическая больница. Какого макара я здесь нахожусь вообще? Приходиться терпеть и создавать иллюзию нормальности. Кто-то настойчиво постучал в дверь и не дождавшись ответа, открыл ее. - Прошу прощения, Светлана Викторовна, но нам срочно доложили о том, что вы обязаны быть на этом вечере. - протараторил один из подручных моей мамаши. - Что ж, - она медленно встала, - оставлю тебя в одиночестве, подумай над своим поведением как следует! И да, ты очень меня огорчила этой выходкой с побегом, тварь... - широко улыбаясь, вальяжной походкой она вышла из палаты. Находится с ней рядом тоже самое, что кинуть маленького беззащитного мышонка в вольер к гадюке. Ужасное зрелище + много крови. Наконец я могу вдохнуть поглубже. Тварь... Это в ее стиле. Сколько помню себя - эта кличка до сих пор принадлежит мне. Пока был жив папа, она вела себя тише воды, ниже травы, а сейчас... В общем ужасная женщина. После почти года отсутствия, она забежала ко мне на пять минут, заставила почувствовать себя беззащитной и одинокой, и ушла, будто всё так и должно быть. Если бы можно было бы сравнить всю мою ненависть к ней в этажах, то это была бы Дубайская башня, с которой, к слову, я собираюсь спрыгнуть в своих мечтах. Они считают меня больной, вкалывают успокоительные и наркотики, почти не разрешают ходить и не разговаривают со мной. Иногда выключают свет и я трое суток нахожусь в полной темноте. Никакой музыки, никаких телевизоров. Полная изоляция от социума. Мои ноги онемели, я почти не могу пошевелить ими; руки, будто вата, не слушаются меня; спина вросла в кровать. Это было концом. Хуже уже просто быть не могло. Я опять одна, опять наедине с собой. *** Еще раз глубоко вздохнув, я села. В глазах сразу же появились вертолетики, стало не по себе, захотелось лечь обратно и представить, будто это все происходит не со мной, будто это страшный сон, что вот я проснусь, он рядом, он со мной. Но нужно вставать, иначе будет только хуже. Подойдя к окну, я распахнула его и меня обдало легким ветерком. Было немного холодно, но я умела терпеть, терпеть до потери пульса, до последнего вдоха. Облокотившись на подоконник и достав из пачки сигарету, я затянулась. Прошло полтора года, а я до сих пор курю и медленно умираю. В чем суть моего существования? Почему я нахожусь здесь, в этом месте, в это время, одна... По щекам покатились горячие слезы, напоминая, что я до сих пор жива. Душа плачет, хочет кричать, хочет уйти, всё забыть и стать свободной. Где-то там далеко меня ждут, меня любят, меня хотят, а я здесь торчу, оплакивая себя каждую ночь. Изменить ничего нельзя, всё уже решено, другого выхода нет, всё, что мне остается - ждать... В дверь постучали. - В принципе, как обычно, - Слава вошел в мою комнату с черной коробкой в руках. Я промолчала. - Что? Ничего не скажешь? Даже не попытаешься съязвить? - он ухмыльнулся и подошел ко мне настолько близко, что расстояние между нами сократилось до минимума. - Отойди от меня, - заскулила я, выбрасывая сигарету в окно. - Не хочу, - обнимая меня, сказал он. - Ммм твои волосы как всегда чудесно пахнут! Это сводит меня с ума... Я тяжело задышала, ставя руки перед собой и пытаясь отпихнуть от себя назойливого брата. Хоть мы и были родными по крови, но он не считал меня своей сестрой. Сколько помню себя, он вечно ко мне лез, вечно лапал, вечно хотел. Раньше я была слишком сильна, чтобы дать отпор, а теперь... Теперь я сломана, подавлена и убита. Не могу ничего сделать с этим озабоченным уебком, не могу защитить себя. Какая же я соплячка! - Боишься? - Пожалуйста... Остановись, - я посмотрела ему в глаза и с этого момента я перестала узнавать в нем родную кровь, брата. Теперь он казался мне чужим, незнакомым мне человеком. - Я пришел сюда не для того, чтобы тебя трахнуть, хотя это было бы слишком идеально, а для того, чтобы отдать тебе это, -он показал на черную коробку, которая спокойно стояла на столе. Когда он прекратил обнимать меня, я резко отстранилась от него и решила все же посмотреть, что там. - Ну как тебе? Миленькое, правда? - он сел в кресло, не сводя с меня своих янтарных глаз. Я стояла, как оцепеневшая, впиваясь взглядом в вещь. - З-зачем? - Время пришло, Арина, они больше не могут ждать, - неожиданно грустно сказал он. *** В лицо подул прохладный ветер, напоминая мне о том, что очередной год подходит к концу. Декабрь - самый печальный из всех месяцев в году. Почему именно декабрь, а не, к примеру, плачущий сентябрь, грязный октябрь или холодный ноябрь? Я долго искала ответ к вопросу и, наконец, он сам пришел мне на ум, когда я увидела, как люди в ожидании праздника, в ожидании чего-то сказочного, чего-то необычного, готовятся, тратят деньги на елки, на подарки, на украшения своих домов, договариваются о вписках или просто посидеть в кругу своей семьи, а потом что-то рушиться. То один не может, то у другого проблемы, то с третьим что-то случается. И в конечном итоге все празднуют новый год как попало, не так... И мечты не сбываются, как ты не жуй бумажку с пожеланиями. Просыпаешься первого января с головной болью и ужасным чувством, идешь на кухню доедать "прошлогодний" салат и ждешь, когда же в новом году исполнятся твои мечты... И этот декабрь не отличался от предыдущего, разве что жуткая ухмылка на лице моей мамаши теперь мелькает всюду, куда бы я не пошла. - Ты чудесна! - воскликнула она, разводя руки в стороны. - Я не я в нем. - сдавленно прохрипела я, спускаясь вниз по лестнице. - Не мямли! У меня голова начинает болеть от этого, - она театрально закатила глаза, протягивая ко мне свою руку. Я неохотно взяла ее. - Сегодня ты точно будешь самой красивой девушкой на этом вечере. - Смотрю, ты надела на себя мой подарок, - брат стоял у самой дальней колонны, вальяжно облокачиваясь на нее. - Тебе идет. - Вот видишь, ты прекрасна! - взвизгнула мама и потащила меня к машине Пока мы ехали в машине, я без остановки молилась всем богам, чтобы они сделали этот вечер, как можно более короче. Я не готова к тому, что ждет меня там. Не сейчас, только не сейчас... - Если вздумаешь выкинуть какую-нибудь глупость, я клянусь, что обстригу тебя в монахи и отправлю в Тибет! Поняла? - голос моей мамаши звучал угрожающе. Я медленно кивнула, вылезая из машины. - А вот и вы! - мужчина, лет пятидесяти, с огромным пузом направлялся в нашу сторону. - Я уж думал вы не приедете. - Ах, что ты, Ален, ты же лично попросил нас здесь быть,- столько фальши и наигранности в ее словах, что аж блевать тянет. - Мы были очень рады принять твое приглашение. - А где наша сегодняшняя главная гостья? - Меня зовут Арина, очень приятно познакомиться с вами, - сказала я, кланяясь этому человеку. - Ооо, ты и вправду прелесть! Меня зовут Ален, прошу, будь здесь,как дома. Этот странный старикашка пожал руку моему брату и все мы направились в его особняк. - Ален, подожди секундочку, - мама схватила меня за локоть и отвела в сторонку. - Что еще? - Его зовут Александр, на год старше тебя, весьма хорош собой, - она поправила мое платье и побрызгала меня духами. Ее слова подытожили мое чувство страха и у меня закружилась голова. Мать схватила меня за локоть и потащила к двери. Ален улыбнулся еще шире и распахнул перед нашими лицами большую дубовую дверь. Комната,в которой находилось порядком тридцати человек, была ярко освещена и из нее исходил приятный дурманящий аромат еды. Все люди затихли и уставились на меня, брата и маму. Стало еще больше не по себе. Эти взгляды, эти перешептывания.Уж лучше в канаве гнить, чем с этими выскочками общаться. - О, Светусик, - напудренная блондинка подбежала к маме, целуя ее в щеки. - Мы так давно не видались! А это кто? - Леночка, это моя дочь - Арина. Она год училась за границей и только месяц назад приехала к нам. - она сделала такое лицо, будто безумно скучала по мне и только и делала, что ждала меня. Пхаха.Забавно, не правда ли? - Да? Как престижно! - Леночка криво улыбнулась,осматривая меня с ног до головы. - Арина, - Ален подошел ко мне и легко, аккуратно взял под локоть,- вам нужно познакомиться с каждым в этом зале. Только подумала, что через пару минут я встречу свою судьбу, как мой живот скрутило и меня дико начало тошнить. - Простите, мне что-то нехорошо, не подскажите, где уборная? - Все в порядке? Может, нужен врач? - Просто скажите, где туалет! - он начинает меня бесить. - На втором этаже, сразу налево. - Спасибо. Я вышла из зала и наконец смогла вздохнуть в полную грудь. Мысль о том, что я продлила свою свободу, не могла не радовать меня. Открыв дверь в туалет, я поспешно вошла внутрь. Подойдя к раковине, я повернула ручку крана и из него полился поток ледяной воды. Набрав ее в руки я хорошенько умылась, отрезвляя свой разум. -Все хорошо, все хорошо, все хорошо, - как завороженная повторяла я. - А вдруг он вполне хорош собой? Вдруг у него нет кривых зубов или залысин? Боже, Арина, мне стыдно за тебя! Ты променяла Руслана на это, на всю эту жизнь. Вдруг душевая кабина позади меня открывается. - Что за нахуй?! - воскликнула я, чуть ли не падая в обморок. - Вообще-то это мои слова, - высокий блондин, атлетической внешности, обмотал свои причиндалы полотенцем и ступил на пол. - Стой там! - закричала я. - Стою. - улыбка не слазила с его лица, а голубые глаза искрились, как звездочки. - Я просто сплю. Это все сон, нужно просто ущипнуть себя. Ай! - Ах-ха-ха. Тебе не нужна помощь? - А чем ты можешь мне помочь, если не работаешь киллером? - вздохнула я, направляясь к выходу. - Может, я тот самый? - улыбнулся он еще шире, подходя к раковине. - Тогда я - мать Тереза! - сказала ему напоследок и закрыла дверь. Сказать честно, такого я не ожидала.Как я могла не заметить очевидного? Сука, что за самодовольный педик! Ненавижу таких, как он. Стоп. Получается, он слышал тот бред, который я несла, думая, что нахожусь одна? Господи, ну и позор! Да кто он вообще такой и что он здесь забыл? Он не выходил у меня из головы, вообще вся ситуация грызла меня изнутри. Даже когда меня представляли каждому человеку в зале, его образ был перед глазами. - Пора! - шепнула мне на ухо мама, хватая за руку. Я затаила дыхание, мысленно утешая себя. - Арина, это Саша Васнецов, твой будущий муж, - пропела моя мама. Я медленно подняла глаза и встретилась с его нереально большими и голубыми глазами. - Добрый вечер, - эта улыбка, этот голос. Это был он. Парень из ванной. - Ну же, не стой, как вкопанная! - сказала мама, щипая меня за руку. А я не могла ничего сказать, меня пробила дрожь. - Ха-ха, какая милашка! Арина, верно? - он взял меня за руку и поцеловал тыльную сторону кисти, не сводя с меня глаз. Я не хочу. Не хочу выходить за него замуж. Я хочу обратно в Питер к нему, домой. Но исправить ничего уже нельзя, меня связали с другим, не милым сердцу моему, человеком.