От себя не убежать

— Нет, простите, у меня дела. До свидания, — отскочив от парня, сказала я. — Даже не представляешь, что ты упускаешь, — Лукас ухмыльнулся. — А точнее — кого. — Дверь захлопните, — я отвернулась, скрестив руки на своей груди. Ригер лишь усмехнулся. Закинув кожаную куртку на плечо, он направился к выходу. Я провожала его взглядом, нарушив при этом все правила хозяина дома. — Самовлюблённый индюк, ведь так, Мусьён? — спросила я, повернувшись к коту. — Какой невоспитанный молодой человек! Он нарушил моё личное пространство! Кот встал спрыгнул с кресла и быстро скрылся с моих глаз. Даже он уходит от меня, не желая слушать. Сев на край софы, я устало вздохнула. Лукас был так близко ко мне, он трогал мою шею, мою талию. Никогда ранее я не чувствовала себя так, как сейчас. Он пригласил меня на свидание, верно? Удивительно. — Джорджия! — позвал меня отец, заставив отвлечься от книги. Отложив Стивена Кинга в сторону, я встала с кресла, быстро направляясь к лестнице. В гостиной сидели родители, обсуждающие что-то между собой. — Что-то случилось? — Завтра приедет Йена, — посмотрев на меня, сказала Амели. — Это замечательно! — радостно вскрикнула я, а улыбка сама наползла на моё лицо. — Это не всё, дослушай, — с ноткой строгости сказал отец. — Завтра вечером у нас будет ужин с семьёй Ригеров, то есть с семьёй жениха Йены. — Жениха Йены?! — вскинув брови, спросила я. — Да, жениха Йены. Я выбирал для вас самых лучших, поэтому… Надеюсь, что угожу, — Николас улыбнулся. — Стоп. Женихов для нас? — уточнила я. — Да, женихов для вас, — отец выделял каждое слово точно так, как делала это я, — Вы уже достаточно взрослые, просто я — дурак, задержался и совсем забыл про то, что делает каждое поколение нашей семьи. Завтра мы встречаемся с женихом Йены, а уже на следующий день с предполагаемым женихом для тебя, — сказала отец и посмотрел на меня. — Если же Йене жених не понравится или наоборот, то он переходит к тебе, так сказать, из рук старшего в руки младшего. — Йена знает о своём женихе? — спросила я, поместив руки на талию. — Уже да. Она расстроена, — мама опустила голову. Развернувшись, я побежала наверх. Что за бред вообще? Безусловно, я знала об этих обрядах, но чтобы так фанатично относиться к этому! Я ещё не достигла восемнадцати лет, в конце концов. Схватив телефон со стола, я судорожно набрала хорошо известный мне номер: — Йена! — выкрикнула я, как только гудки прервались. — И тебе привет, Джо, — с той стороны послышались всхлипы. — Ты сильно расстроена? — спросила я, сев на свою кровать. — Ты ещё спрашиваешь? Я не хочу замуж за Ригера, я хочу замуж за своего мужчину, а не за пса, которого отец подобрал из-за редкой породы! Это просто издевательство. — Ты пробовала говорить с ними? — стараясь сохранять спокойствие, задала вопрос я. — Я пробовала… Всё пробовала… Они не хотят видеть моего Тима только из-за его семьи и увлечений. Им плевать на мои чувства — им нужна лишь выгода, а с Тима её не поиметь, — ответила сестра. — Я обязательно что-нибудь придумаю, обещаю, — прошептала я. — Я люблю тебя, сестрёнка. Возможно, раньше я не говорила этого, но это так, — также тихо сказала девушка. — Гарри, подхватывай Джо у талии, — строго сказал тренер. — Да, сэр, — парень улыбнулся, после чего постарался взять меня за талию. — Ты делаешь это неправильно! Я покажу тебе, — Билл подошёл к Гарри. Отойдя в сторону, я стала наблюдать за парнями. Геттман осторожно окольцевал талию кудрявого, затем, подняв его вверх, снова опустил на пол. — Понял? — спросил он, посмотрев в глаза Гарри. — Да, сэр, — парень залился краской. — А теперь точно также, только ты сделаешь это с Джорджией, — Билл улыбнулся и освободил моё место, вновь отходя в сторону. Я подошла к своему партнёру. Шаттс медленно положил руки на мою талию, затем поднял меня вверх. Совершив свой элемент, я расправила руки и полностью доверилась своему другу. Балет — довольно сложный танец, но мне он даётся легко. Я не могу сказать это о Гарри… Ему работа в паре даётся сложнее, чем мне. Он предпочитает пару, в которую входит мужчина, а не хрупкая девчушка. К тому же, в наше время не все так хорошо относятся к балерунам, да ещё и к балерунам-геям. Может быть, Гарри не стал бы заниматься данным видом танцев, если бы не был влюблен в Геттмана. Нашему тренеру работа даётся ещё сложнее. Кажется, ему трудно наблюдать за своим любимчиком, работающим с девушкой. Мы репетируем танец на конкурс, благодаря которому сможем выиграть поездку в Амстердам. Танцуем лишь я и Гарри, а Билл является нашим тренером и наставником. Поправочка: самым лучшим тренером и любимым наставником. — Всё, молодцы, ребятки, — Геттман улыбнулся, — на сегодня с вас хватит. — Как твоя нога? — спросил Шаттс, посмотрев на меня. — Приходит в норму. Я усердно работаю над ней, поэтому на конкурсе я вас не подведу. — Гарри, зайди ко мне в кабинет, а ты, Джорджия, свободна, — сказал Билл и завернул к своему кабинету, скрываясь с наших глаз. — Гарри, — прошептала я, положив руку на плечо друга, — держись за него. Вы отличная пара. — Спасибо. Мне приятно, что ты понимаешь меня… Эй, между мной и Билл ничего… — начал Гарри. — Замолчи и иди к своему голубку. Кудрявый покраснел от смущения и быстрыми шагами направился к кабинету. Его задняя часть выглядит довольно хорошо, даже слишком хорошо для молодого мальчишки. Жаль, что такие красивые парни предпочитают более красивых парней. Развернувшись, я направилась к раздевалке. Она была почти пуста, лишь маленькая девочка сидела на скамье и наматывала на ногу красивую ленту. — К выступлению готовишься, Джули? — спросила я, сем рядом с ней. — Ага, волнуюсь, сильно, — девочка вздохнула. — Не волнуйся. Просто представь, что ты взрослая и успешная женщина, которая занимается балетом и по этой части просто блистательна! Представляй, что все те, кто сидят в зале — твои истинные поклонники, а жури просто-напросто вип-персона. Не думай о том, что может что-либо произойти или не получиться… Просто расслабься и получай удовольствие! Балет — это танец наполненный эмоциями. Он показывает всю красоту и женственность девушки, поэтому не упусти свой шанс. Если какой-либо элемент не получится, то просто пропусти его или замени другим. Будь собой, — сказала я, всё это время не прерывая зрительного контакта с Джули. — Спасибо, — она мило улыбнулась мне. — Удачи! — крикнула я, вслед уходящей девушке. — Здравствуйте, — вежливо сказала я, впуская гостей в дом. — Я — Джорджия. — Добрый вечер, я — Биргит, — белокурая женщина протянула мне руку. — Проходите, пожалуйста, — не убирая улыбки с лица, я указала на столовую. Я провела гостей на нужное место и усадила их за стол. Родители мило беседовали, пока сын Ригеров сверлил меня взглядом. Опустив глаза в тарелку, я старалась не обращать на него внимания. Йена была не в настроении что-либо говорить. Отпросившись, она встала из-за стола и направилась в мою комнату. Родителям она сказала, что ей нужно в уборную, но я знаю, что она пошла звонить своему Тиму. — Ну, Ригер, идёмте мы покажем вам семейную реликвию, а детишки пока пообщаются, — мама улыбнулся, посмотрев на меня и Лукаса. — Идём, — Биргит поддержала её, вставая из-за стола. Родители скрылись с наших глаз. Напряжение нарастало, а воздух становился тяжёлым. Я достала телефон и уткнулась в его экран. Ригер смотрел на меня, ни на секунду не отвлекаясь. — Я, по идее, твой жених, — наконец, нарушил тишину Лукас. — Ты — не мой жених, ты — жених моей сестры, поэтому не стоит говорить что-либо на эту тему, — подняв свою голову, сказала я. — Твоя сестра не рада такому жениху, как я. Её парень, похоже, Тим Асид, а уж мне с ним не побороться, — парень вскинул брови и улыбнулся. — Откуда ты знаешь про Тима? Про него знала только я, — я скрестила руки на своей груди, с презрением изучая его лицо. — Я знаю Тима лично, — Лукас не прерывал зрительного контакта. — А теперь тебе стоит смириться с тем, что я твой жених. Ах, да, у нас есть пару недель до официальной помолвки. За эти дни мы должны, по идее, насладиться деньками свободной и холостой жизни, но наши родители решили, что это будет именно наше совместное время. Если тебя что-то не устроит, то ты сможешь отказаться только по окончанию этих дней, так смогу сделать и я. Но, по правилам, во время этих дней ты не сможешь отказаться, я, соответственно, тоже. Ну, а теперь я повторюсь — я твой жених. — Дерьмо, — прошептала я, при этом первый раз использовав такое слово в своей речи.