Случайная помощь

— Не выйдет, — говорит парень, не меняя позы. Он сидит у стены, равнодушно закрыв глаза, устроив ненужную сейчас винтовку между колен и уткнувшись затылком в бетон. Молодой красивый парень, хотя где вы видели в Диптауне старых и уродливых? С одинаковой вероятностью он может оказаться как взрослым мужиком, так и девочкой-подростком, но в любом случае его надо вытаскивать. Я оглядываюсь. Бункер выглядит, как и полагается выглядеть бомбоубежищу — серая бетонная коробка с облупившейся краской на стенах, плесенью в углах и одинокой мигающей лампочкой под потолком. Подозреваю, настоящие укрытия на случай ядерной войны намного комфортнее, но это игра, а в ней главное атмосфера. Дверей, люков и средств коммуникации нет. О чем вообще думали создатели, включая в систему подобную ловушку? — Вставай и помоги, — командую я. Не бывает безупречных кодов, особенно в многоуровневых бродилках, пусть вся их интеллектуальная составляющая и сводится к поиску патронов и аптечек. Всегда находятся трещины, пустоты в стенах, тайники, задуманные проектировщиками или оставшиеся от предыдущих игроков. Я принимаюсь методично ощупывать стены, изучая все, что можно отломить и что отваливается само. — Можешь не стараться, — отвечает парень, даже не пытаясь подняться, но во взгляде появляется интерес. — Это замкнутая система. Она не включена в игру. Я отряхиваю руки от пыли и оборачиваюсь к нему. — Решил опробовать свои силы, хакер хренов. Да я же ее как свои пять пальцев знаю, — он поднимает глаза к потолку, обращаясь то ли к себе, то ли к самой глубине. — А теперь я тут сдохну, как последний дурак. Он пару раз прикладывается затылком о стену. Губы расползаются в ухмылке. Похоже, начинается истерика. — Боже, какая ирония, — он заходится безумным смехом, сотрясаясь всем телом. Я быстро подхожу и уже заношу руку для пощечины, но он вдруг открывает глаз, и взгляд совершенно ясный. — Не надо, — говорит он ровным голосом, и я отступаю. Пару секунд думаю, потом спрашиваю: — Как ты сюда попал? — Написал программу, создающую двери. Прошел сквозь эту стену, — он стучит по бетону около своего плеча. — Только проход оказался односторонним. Что поделать, я всегда был паршивым программистом. Я усаживаюсь рядом. Сам я прошел через тот же ход, но чего-то необычного не заметил. Хотя это Диптаун, здесь странность — норма жизни. — Скажи мне свой адрес, я приеду и вытащу тебя. — Серьезно? — для человека, готового умереть в ближайшие сутки, парень слишком весел, и это уже тревожный знак. — А если я живу где-нибудь в Австралии? — Скорее уж на Камчатке, слышно, что русский, — выговор у него немного странный, но так и страна у нас не маленькая. — Могу позвонить родным или в службу спасения. — Русские живут не только в России, — еле слышно произносит парень. — В любом случае ты не сможешь этого сделать. Надеюсь, твой таймер включен. Мне таймер не нужен. Я в любой момент могу выйти из глубины. Пойти поесть, принять душ, сообщить владельцам игры о незадачливом хакере. Сколько у меня времени? Судя по поведению, взаперти парень пробыл недолго. Вот только какой смысл быть особенным, если перекладываешь ответственность на других, как обычный человек. Если не получается вывести напрямую к терминалу выхода, попробуем по-другому. Я вытаскиваю из кармана очки-сканер и вглядываюсь в парня. От его спины идет яркий алый шнур, по которому иногда пробегают белоснежные искры. Надеваю перчатки — новая разработка Маньяка, еще не опробованная, — и хватаюсь за кабель. Тот сопротивляется и норовит вырваться, словно шланг для полива под полным напором. Пережать не получается, сколько бы усилий я ни прикладывал. Перехватываю поудобнее и тяну на себя. Парень с удивлением следит за моими движениями, должно быть, я выгляжу забавно. Перчатки начинают дымиться, но часть стены, куда уходит провод уже покрывается мелкими трещинами. Несколько рывков — и бетонная крошка бьет в разные стороны, освобождая проход на волю. Наверное, на этом стоит остановиться, но слишком уж хочется узнать, на что способна новая игрушка Маньяка. Я дергаю со всей силы, и натяжение пропадает, шнур обмякает в моих руках, становится тусклым, искры исчезают. Парень вскакивает на ноги, он уже бледнеет. — Как… Кто… Пара секунд — и он исчезает. Я смотрю на обрывки ткани, покрывающие мои руки, и на остатки шнура, затем оглядываю дыру, образовавшуюся в стене. Можно найти ближайший терминал и выйти в реальный мир. А можно по-другому. Я улыбаюсь и шепчу "глубина-глубина, я не твой". *** Дмитрий открыл глаза и с омерзением стянул шлем. Во рту пересохло, язык еле двигался, ужасно хотелось пить. Он провел в глубине часов восемь—десять. Определенно не стоило заходить с личного компьютера без таймера. Считать себя гением программирования — тоже. Пора было признаться самому себе: работа администратора подходила ему куда как лучше. — А ты думал, раз создал ее, то теперь она тебе подчиняется? — прохрипел он. — Дурак ты, Дима. Она сама выбрала себе хозяев, и ты в их число не входишь.