Ветра Зимы

      Солнце садилось за многовековыми деревьями Речных Земель. Начало смеркаться, и на небосклон вышла луна и звезды. Молча на могучих конях, ехали Джейме Ланнистер и Бриенна Тарт. - Не думаешь, что пора отдохнуть? Мы едем уже день, - устало посмотрев на спутницу, сказал Джейме. - Да.. Неплохая идея. Потом вы поедете один. - Вы, - передразнив Бриенну, спешивался Джейме.       Джейме посмотрел ей в глаза. Что-то в ней казалось ему странным. Что же больше: ее молчаливость или ее нервный и беглый взгляд. Обычно он мог разговорить ее. Она явно была к нему неравнодушна. Возможно, Джейме чувствовал к ней что-то. Да, она была уродлива, но одни уродливы внешне, а другие душой. «Мы стоим друг друга».       Бриенна разводила костер, упрямо смотря на поленья, которые лежали здесь до их приезда. Джейме рассматривал ее. Много времени прошло с их последней встречи. Видимо, она успела с кем-то подраться. На ее лице красовались раны и пару синяков, шея ее была тоже в синяках. Наверное, нападавший пытался ее задушить. - А где Подрик Пейн? - Ну, неважно, - коротко ответила женщина. - Мне нравился этот малый.       Ответа не последовало.       Бросив попытки разговорить ее, Джейме растянулся около дерева, достав вино из походной сумки, он начал распивать его, делая вид, что не замечает взгляд на себе. - Что у нас на ужин? – все-таки спросил Ланнистер. - Кролик. - Не люблю их, но буду довольствоваться и этим, - сделав глоток вина, растянул он. Перекусив мясом ненавистного кролика, Джейме протянул вино Бриенне. - Попробуй, оно лучшее во всем Вестеросе. Бриенна сделала глоток и поморщилась, вкус вина был ее неприятен. - Зря ты так, мы обиделись, - обняв штоф с вином, надул губы Джейме. Легкая улыбка появилась на ее несимпатичном личике. Ланнистер сверкнул глазами и протянул ей еще вина. - Нет, спасибо. Надо же мне нести караул ночью. Эти земли небезопасные. - Тут ты права. Доброй ночи, - развалившись на земле, зевнув, ответил лев. - Добрых снов.       Джейме услышал отдаляющиеся шаги. Сон пришел быстрее, чем он думал. Ему снилась Серсея: ее золотые волосы, зеленые глаза. И Бриенна ему тоже снилась. Она была в шикарном голубом платье. Бриенна весело танцевала с Ренли. На местах рядом с Робертом Баратеоном сидели Джон Аррен, Эддард Старк и его леди-жена Кейтилин. В толпе танцевал Джоффри с Мирцеллой. Они улыбкой приветствовали Джейме. Серсея подошла к нему и на глазах у всех поцеловала его в губы. - Идем, потанцуем, любимый, - улыбнулась сестра. Вдруг все стало в черных тонах. Роберт был весь в крови, Джон Аррен бледен, Эддард без головы, Кейтилин до ужаса бледна и безобразна. Все превротились в мертвецов. Серсея была бледна, как снег.       Джейме проснулся, услышав плач рядом. Он аккуратно приподнялся, увидев Бриенну. - Что случилось? - Все нормально, - вытерев слезы тыльной стороной руки, сказала она. - Я вижу, - Джейме подсел к ней, дружественно приобняв ее. - Я просто не верю, что это все закончилось. - Понимаю тебя, - поцеловав в лоб, сказал мужчина. Бриенна неожиданно оттолкнула его. - Не надо. - Хорошо. Может, тогда поедем? - Да. Ты поедешь. Езжай, все время прямо не сворачивая. - А ты? – удивился Цареубийца. - Я не могу, прости, - повернув лошадь, она поскакала прочь.       Проехав еще час, Джейме заметил группу людей во главе с человеком в шлем Клигана. - Мы тебя заждались, - прорычал человек в шлеме. Все вокруг засмеялись. Кто-то скинул его с лошади, подойдя сзади. Из толпы вышла женщина в капюшоне. Воцарилась мертвая тишина. Она сняла капюшон черного плаща. - Кейтилин.. Не может быть, - онемел от ужаса Джейме. - Может! – кто-то толкнул его, и он оказался на коленях. Приложив руку к горлу, женщина начала что-то тихо говорить. - Миледи говорит, что ты не сдержал обещания и должен будешь умереть, - прогремел рыцарь в лимонном плаще. Кейтилин Старк продолжала что-то говорить. - Ты умрешь сегодня. Взять его, - процитировал рыцарь. Три человека схватили его и понесли к петле на дереве. Одев ему петлю на шею, мужчины отошли. - Твое последнее слово? - Простите, миледи, я не смог. Но я хотел. Кейтелин расплылась в улыбке. Веревка сдавила шею Цареубийцы, а в глазах потемнело. «Идем, потанцуем, любимый».